Чтение онлайн

– Не надо, что ты, - остановила я его, - на кафедре должны быть лабораторные курточки, мне Ани говорила.

– Надо, надо, я сейчас себе курточку возьму, они жесткие, - и накинул мне на плечи свою огромную длинную рубашку. Хммммм, а если посмотреть...
– то... доходягой-то его никак назвать нельзя. Это что, его так портит одежда? Надо же... Фигура и мышцы не хуже, чем у Ари, так он еще и повыше. Благородный род так и вопит о себе. Я пошла за Рином быстрее, снова чихнула и завязала спереди рукава риновой рубашки. И пахнет приятно...так, куда-то меня понесло...ну вот, он хоть курточку накинул, теперь прилично и можно смотреть. Рин влез в безразмерную зеленую лабораторную робу, всю в старых пятнах и встревоженно обернулся ко мне.

– Так, тебе надо вытереться. Я сейчас, - скомандовал и сгинул в лаборантской. Вернулся с двумя маленькими полотенцами, которые вешали для рук около раковин и стопкой листов лигнина. Я потянулась к полотенцам, но он их мне не дал, сказав коротко:

– Довольно грязные, - протянул мне лигнин и сам стал аккуратно промокать сверху мои волосы, чтобы на них не оставалось легко отрывающихся при намокании кусочков. Я промокнула лицо, шею, руки, платье на груди, но вода продолжала капать с волос и одежды. Рин закончил с волосами и опустился на колени, потянув меня за ногу. Я непонимающе посмотрела на него.

– Дай мне, пожалуйста, ногу, ты же работаешь с целителями и должна знать, что мокрые ноги - это очень плохо!
– Каким-то наставительным тоном сказал он. Я поколебалась, но ногу протянула. Самой наклоняться к мокрому подолу платья не хотелось. Рин снял туфельку, промокнул лигнином ногу и обернул полотенцем. Потом вторую, потом аккуратно приподнял край платья и отжал его, и еще раз, и еще, по кругу, пока вокруг стула не образовалась довольно приличная лужа. Взял туфельки, напихал в них лигнина и поставил подальше.

Сходил за тряпкой, намотанной на веник и слегка смел воду в угол, где был слив от раковины. Внимательно посмотрел на меня. Я попыталась его успокоить:

– Не волнуйся, я хорошо себя чувствую, просто в поместье, где я была, было потеплее, чем здесь, это акклиматизация, - я снова развела руками и чихнула.

– Подожди меня, пожалуйста, здесь, - он хотел уйти, но обернулся и попросил: - пообещай не уходить!

– Хорошо, обещаю, если не выгонят, - одевать мокрые туфли совсем не хотелось. Рин убежал и появился минут через десять с какими-то листиками в руках и баночкой.

– Вот!
– Гордо продемонстрировал он.

– И что это?
– апчхи!

– То, что тебе надо!
– Рин зажег горелку и поставил на нее колбу с водой. Вытащил чистые керамические мерные стаканчики, насыпал в них листья - в один почти все и в другой парочку. Потом прошел к окну и достал из своей сумки, стоявшей на подоконнике, пару бутербродов, каждый на большом куске хлеба и кинжал. Очень такой приличный кинжал, - даже я смогла оценить качество, - и разрезал самый большой кусок хлеба вдоль пополам.

– Хочешь бутерброд? С бужениной и с сыром?

– Нет, - я отрицательно мотнула головой, - я обедала недавно дома.

– А я тогда с тобой и пообедаю, как раз собирался, правда не здесь, - парень улыбнулся.

Тем временем вода в колбе закипела и Рин залил листья в стаканчиках. Малина и мята, - определила я, - хорошо. Парень взял чистую лопаточку, открыл банку и намазал отрезанный от бутербродного куска хлеб медом. И откуда только взял!
– Удивленно посмотрела я на это чудо.

– Мед у целителей, малину и мяту - у травников, - угадал Рин мой вопрос, - держи!
– И он вручил мне хлеб с медом, положил чистый листочек лигнина вместо салфетки и подвинул керамический стаканчик, - пей, потом можно еще заварить.

Я заново рассматривала приятеля - те же темные сальные волосы, синяки под глазами, впалые щеки и синюшные губы. Но я первый раз видела его в кабинете с мерным стаканчиком в руках, зажигающего горелку и ловко снимающего горячую колбу тонкого стекла с огня. Пришлось признать, что зрелище очень приятное. Наверное, работать с ним в паре очень удобно... Ладно, я не работаю здесь, а домой я его пригласить не могу. И не надо. Я вспомнила Салта, - такой судьбы я точно не хочу, так что быстренько в следующем году выбираем мужа и вперед. Там уж поглядим, в какой стране я буду искать себе помощников, - я вдруг подумала, что Рин ведь может быть и не из Арианы...и почему-то расстроилась... и вообще, я же сейчас Ив, я не должна тут ничего знать!

– Пей, пожалуйста, пока горячее, - отвлек меня от размышлений Рин.

Я непонимающе посмотрела на него, на стаканчик и будто очнулась. Точно, сейчас надо не заболеть, все остальное потом. Я осторожно взяла стаканчик и, дуя, стараясь не обжечься, начала пить. Горло было подозрительно холодным... откусила от хлеба, подхватила падающую каплю, слизнула мед с пальцев, запила и блаженно зажмурилась, - тепло прокатилось по пищеводу и упало в живот. Хорошо. Глотнула еще и еще раз, и все...чай закончился. Перевела взгляд на Рина и показала пустой стаканчик и еще полкуска хлеба с медом. Он тоже как будто бы очнулся, сглотнул, кивнул, встал, снова быстро подогрел воды и залил мне листья еще раз.

– А ты почему не ешь?
– кивнула я на все еще целые бутерброды.

– Сейчас все съем, обещаю, - весело сказал он мне и взял свой стаканчик.

Мы выпили еще стаканчик напитка, потом еще. Я рассказала, что мы с Ани уже сдали почти все работы, а химия у нее осталась на лето, - там надо опыты ставить, а образцы дома. И поинтересовалась его успехами. Он пожал плечами и сказал, что вообще может уехать хоть завтра, если из дома напишут, но хотел еще недельку-две посидеть в библиотеке. Мы с ним еще немного поболтали за чаем, потом я обратила внимание, что за окном посветлело, - наверное, дождь заканчивается, - сказала я.

– Да, - он подошел к окну и выглянул наружу, - закончился, смотри, - двойная радуга. Нет, тройная!

– Покажи!
– Я в одних чулках подбежала к окну, шлепая по полу. Рин обернулся и недовольно нахмурился. Я развела руками, - полотенца не тапочки, на ногах не удержишь. Он подхватил меня за талию и усадил на подоконник.

– Смотри!

Я посмотрела вдоль руки, почувствовав тепло, исходящее от его тела, тут же ощутив, что мое платье мокрое и противно прилипает к телу. А радуга была шикарная, первая увиденная мною тройная радуга.

– Невероятно, можно, наверное, загадать самое несбыточное желание, - сказала я. Но сидеть так близко к стоящему парню мне было некомфортно, поэтому я быстро спрыгнула, пробежалась до туфель, выкинула в ведро напиханные в них уже совсем мокрые кусочки и натянула. Бррр, противно-то как. Быстро стянула Ринову рубашку, он только успел протестующе руку вскинуть и сказала:

– Спасибо тебе огромное за все, но я все еще мокрая, платье холодное и противное, так что я быстренько побегу домой, ладно? Если ты будешь в библиотеке, встретимся там завтра или послезавтра, хорошо?