Чтение онлайн

— Я, правда, в порядке, Рэй. Всё хорошо. У меня есть любимое занятие. И девушка, которая делает мою жизнь счастливее.

— Девушка? Так значит с Фейт у вас всё серьёзно? — спрашивает Рэй, улыбаясь.

— Она мне нравится и я ей тоже, как это ни удивительно, — улыбаюсь я в ответ. Теперь, перейдя на более благоприятную тему разговора, я чувствую облегчение. Мы берём по пиву, и вскоре снова общаемся, как старые друзья. Мы говорим обо всём на свете и ни о чём конкретно. И я чувствую, что безумно соскучился по своему другу. Он часть меня. Часть моей жизни, от которой мне не спрятаться. И я рад, что теперь между нами всё налаживается.

Мы разговариваем несколько часов подряд. Но потом я понимаю, что мне нужно собираться в клуб, так что Рэй собирается и уходит. Я же принимаю душ, достаю из сушки чистые джинсы. С верхом приходится помучиться. Перерываю весь шкаф в поисках чистой рубашки, но нахожу только чёрную водолазку. Чёрт с ним! Надеваю её, беру кожаную куртку, ключи от машины и выхожу из квартиры, заперев за собой дверь.

Вечерние пробки Бостона не дают добраться до клуба в мгновение ока. Вместо этого моя машина медленно ползёт по запруженным улицам. Наверно проще было бы воспользоваться метро, В Нью-Йорке я так и поступал, но всё же это не совсем то, что нужно. Поэтому я продолжаю медленно тянуться в этой череде автомобилей. Спустя аж два часа я наконец добираюсь до клуба. Хорошо ещё, что я выехал заранее, а то точно бы опоздал. Сейчас же у меня есть целых двадцать минут, чтобы настроиться, выпить чашку кофе и найти Фейт. Мы с ней не виделись со вчерашнего дня, и я безумно соскучился. Надеюсь, она уже приехала.

Я нахожу её в небольшой комнатке, которая служит гримёркой и костюмерной одновременно. Она стоит лицом к большому овальному зеркалу и наносит макияж. Она так сосредоточенно выводит стрелки на глазах, что даже не замечает меня.

— Ты и без макияжа всех покоришь, — говорю я, подойдя к ней сзади и обняв за талию. Она опускает руки с подводкой и улыбается, моему отражению в зеркале.

— Знаю, но это же последнее выступление, нужно сразить всех наповал, — она поворачивается в кольце моих рук, и вот мы уже стоим лицом к лицу. Она прекрасна. Её дымчатые глаза в обрамлении чёрных ресниц и графичных стрелок выглядят ещё более выразительными. Она гипнотизируют и манят. На губах тёмная помада, оттенка спелой сливы. Хочется поцеловать её в губы, но я знаю, что тогда уже не смогу остановиться, а у меня выступление начнётся с минуты на минуту.

— Ты будешь смотреть, как я пою?

— Как и всегда, — она улыбается и зарывается рукой в мои волосы, — разве я могу это пропустить?

— Тогда я пойду, — целую её в уголок губ и стремительно выхожу из гримёрки, боясь остаться здесь с ней навсегда.

Небольшой зал перед сценой уже заполнен. Все столики заняты. На сцену направлен яркий прожектор. Так что когда я сажусь на стул и беру гитару, все это замечают. Я же не могу рассмотреть лица своих слушателей из-за этого света. Гул голосов и смех тут же стихает, стоит мне провести рукой по нотам. Сажусь удобнее на стуле и начинаю петь. С моего первого выступления у меня появились новые песни. Но публике больше всего нравятся те песни, что я написал в Нью-Йорке, так что мне приходится чередовать их, чтобы порадовать своих старых слушателей и новых. Напоследок я оставляю самую первую песню, которую я написал о Селесте. Почему-то её больше всего любят слушать. И поэтому, когда звучат первые аккорды, раздаются одобрительные аплодисменты. Сейчас я пою её легко, словно то, о чём говорится в песне, было не со мной, а с кем-то другим. Мне больше не больно, я пережил это. Благодаря Фейт, я могу идти дальше. Поэтому, когда звучат последние аккорды, и свет гаснет, я сразу же нахожу Фейт, стоящую у бара. Она улыбается, глядя на меня, а я улыбаюсь ей в ответ.

Убираю гитару в чехол и иду к Фейт, но на полпути натыкаюсь на знакомое лицо в толпе. Рэй. Он стоит недалеко от входа, скрестив руки на груди. Выражение лица не предвещает ничего хорошего. И я понимаю, что он слышал последнюю песню. Слышал, как я пел про поцелуй на крыше. И самое страшное, что он понял, про кого я пел. Я никогда не думал, что Рэй может узнать о моих чувствах к Селесте. Я этого не хотел. Но порой происходит именно то, чего мы так отчаянно боимся.

Я подхожу к нему, но он отворачивается и выходит из клуба. Спешу за ним, слышу, как Фейт зовёт меня, но не оборачиваюсь. Нужно объяснить Рэю всё. Рассказать, что больше это не имеет значения. Нужно извиниться. Я не могу потерять друга из-за такой глупости.

— Рэй, подожди, — кричу я, выбегая на улицу.

Рэй тормозит, сжимает челюсть рукой. Оборачивается ко мне и смотрит так, словно я его предал. Хотя, наверно так и есть. Но разве у меня был выбор? Разве можно сопротивляться чувствам? Я пытался. И к чему меня это привело?

— И как давно, Джош? — спрашивает Рэй, прожигая меня взглядом.

— Это уже не важно. Всё в прошлом.

— Да неужели? — Рэй подходит ко мне, выглядит он при этом, как разъярённый бык. — Ты целовал мою жену. И говоришь, что это не важно?

— Тогда она не была твоей женой. Я был пьян. Это была глупость.

Рэй бьёт меня кулаком в челюсть, и я отшатываюсь назад, чудом не упав.

— Джош! — слышу я испуганный крик Фейт. Она побегает ко мне, осматривает лицо и бросает гневный взгляд на Рэя.

— Всё в порядке, Фейт, — говорю я, аккуратно отодвигая её в сторону, не хочу, чтобы она случайно пострадала, — я это заслужил.

— Хоть в чём-то ты прав, — гневно бросает мне Рэй.

— Я должен был тебе признаться во всём. Но это было слишком сложно. Я закрылся и пытался бороться со своими чувствами сам.

— Так ты поэтому уехал? — спрашивает Рэй, кажется, ему стало легче после того, как он меня ударил. В его взгляде больше нет желания бить и крушить.

— Да, думал, что вдали от этого смогу излечиться.

— И как? Получилось?

— Нет, — вытираю рот рукой, и на ней остаётся полоска крови. Видимо губу он мне всё же разбил. — Но теперь всё прошло. У меня есть Фейт, которая помогла мне. И я люблю её.

Смотрю на Фейт и вижу слёзы в её красивых глазах. Её идеальный макияж вот-вот испортится, но ей кажется, нет дела. Она улыбается сквозь слезы и берёт меня за руку. Наши пальцы переплетаются, и я вижу, что этот жест не ускользает от Рэя.

— Так значит, ты больше не хочешь целовать мою жену? — спрашивает Рэй, скрестив руки на груди.

— Единственная, кого я хочу целовать, стоит рядом со мной, — отвечаю я.

Рэй кивает и устало трёт лицо. Он принимается расхаживать туда-сюда, о чём-то раздумывая. Из клуба выходит Александра, менеджер. Она зовёт Фейт на выступление, нетерпеливо стучит по своим изящным золотым часам.

— У вас всё будет хорошо? — спрашивает Фейт, опасливо косясь на Рэя.

— Да, не бойся, зажги там напоследок, — говорю я, улыбаясь ей сквозь боль.

— Хорошо, — она целует меня в щёку и спешит к Александре. Та недовольно что-то бормочет, увидев испорченный макияж Фейт. И взмахнув длинными белоснежными волосами, резко разворачивается на высоких каблуках. Фейт идёт позади неё и без зазрения совести парадирует менеджера. Я не могу сдержать смешка, глядя на неё. Когда девушки скрываются в клубе, я снова поворачиваюсь к Рэю.

— Не думал, что когда-нибудь мы поссоримся из-за девушки, — говорит он, устало опускаясь прямо на асфальт.

— Рэй, тебе больше не нужно думать об этом. Селеста любит тебя, и она доходчиво мне это объяснила. Вы оба подходите друг другу и заслуживаете счастье.

— Я никогда и не сомневался в ней. Сейчас я думаю о тебе, о том, как тебе пришлось трудно. Ты был один на один со всем этим дерьмом.

— Да, было сложно, но теперь всё в прошлом.

— Сейчас я понимаю, почему ты был таким странным в последнее время. Всё встало на свои места.

— Прости за это всё, — говорю я, опускаясь рядом с Рэем, — я был хреновым другом весь этот год.

— Да, но ты всё равно мой друг. Ты мой неказистый младший братец, — он треплет меня по волосам и прижимает к себе. Мы обнимаем друг друга. Теперь, когда между нами нет тайн, я ощущаю долгожданную свободу. Да, правда причиняет боль. Но с болью приходит спокойствие.