Чтение онлайн

—Знакомьтесь, перед вами его первородство — Граф Мальцев! —заголосил дворецкий французик на ломаном русском.

— А это значит и есть, тот самый Максим Иванов? —ухмыльнулся граф. —Не таким я тебя представлял.

А уж, каким не таким представлял я себе графа… Внешне это был и не граф, а словно какой-то французский епископ. В длинной черной мантии и блестящих серебристых туфлях. Его лицо было столь знакомым… Один в один Сергей Артамонович… Только граф Мальцев был пониже ростом и намного шире в плечах. Но та же самая козлиная бородка, только без гусарских усов… У графа вообще никаких усов не было. В сочетание с этой самой козлиной бородкой его лицо мне показалось чудовищно странным и несуразным. А белесый парик придавал его виду еще большую нелепость.

— Ну что же, начнем наш ритуал, —громко произнес граф и хлопнув в ладоши, приказным тоном добавил: —Танцы!

Вдруг еще одна дверь отворилась и в зал выпорхнула словно птичка — Полина. На ней было черное бальное платье с золотистым поясом. Несмотря на мрачный наряд и холодное выражение лица эта замкнутая замухрышка словно преобразилась и влюбила меня еще больше. Она грациозно перемещалась в одиночном вальсе, кланяясь и приседая перед графом. Он смотрел на нее с вожделением и наконец-то словно охотник обхватил ее сзади, положив левую ладонь на грудь, а правой развязав ее пояс. Платье рухнуло на пол и Полина осталась полностью голая. Она вся раскраснелась и старалась прикрыть себя руками. Тут еще одна дверь в зал распахнулась и в комнату вывалил худощавый старик. Он был одет в серебристый камзол, солдатские порты и высокие сапоги. Он почти закричал на графа, но очень чутко, можно сказать как бы по-дворянски, не злобно и родственно, но при этом с самым настоящим упреком.

— Алексей!—крикнул старик графу. —Хватит уже твоей дьявольщины.

— Эх, опять ты дядюшка, —злобно глянул на него граф.

Старик снял свой камзол и накинул на Полину.Сам он остался в белой рубахе, на которой проглядывались капли крови.Старик подал знак головой и Полина на цыпочках отошла подальше от графа, который тут же рассвирепел. Он взял дядюшку за грудки и одним движением оттолкнул от себя, со словами:

— Хочешь, чтобы я снова тебя наказал?

— Ну, как видишь, в прошлый раз ничего не вышло… я все еще перед тобой, —проговорил дядюшка расстегивая рубаху. Тут я увидел на груди и животе старика свежие огнестрельные раны, они гноились и кровоточили.

— Оружие мне! —свирепо закричал граф.

— Ваше первородство, —тут же подскочил к нему дворецкий, доставая из-за пазухи какой-то причудливый и небольшой мушкет.

Вдруг я посмотрел на закутанную картузом Полину. Ее всю трясло. Краска стыда, за бездействие разливалась по моему лицу, сердце сжалось от мысли, что у меня не хватило мужества остановить графа, еще до вмешательства дядюшки. Теперь же я бездумно решил погеройствовать и помочь старику. Рассудок говорил мне всю сущую правду: не вмешивайся!

Я не долго колебался и все же решился остановить графа, который уже направил мушкет на своего дядюшку. Я схватил его за рукав черной мантии.

— Оставь! — отдернул свою руку граф, а затем оттолкнул меня и я почувствовал в нем такую физическую мощь, что тут же понял, вмешиваться мне не по силам.

— Стреляй же Алеша! — развел руки в стороны дядюшка и рассмеялся.

— Он еще и смеется! — взбесился граф. Его лицо перекорежило и он спустил курок.

Дядюшка упал на пол и его тело начало дрыгаться в припадке. Граф тут же набросился на него и стал бить кулаками по голове. Иногда он снова взводил курок, чтобы еще раз выстрелить из мушкета. Граф просто слетел с катушек.

—Договорился, скотина! — продолжал он бить бездыханное тело. — Гадина дряхлая!.. Никогда не смей прерывать мой ритуал!

— Никогда не смейте его прерывать, — вдруг посмотрел мне прямо в глаза дворецкий. Я впервые увидел его змиеподобные зрачки. Мне стало по-настоящему дурно и я выбежал на балкон…

...Больше не было никакой тайги, холмов, сибири… Я увидел несколько деревьев, пару болотистых лужаек, а за ними небольшой канал и маленький остров с парочкой ферм и мельниц. Я взглянул на небо. Оно все было зловеще-багровым,а солнце в полузатмение.Вдруг кто-то нежно обхватил мою шею, я развернулся и увидел перед собой Ионессу. Мы стояли вдвоем на балконе, но я не мог оторвать свой взор от острова с фермами и мельницами. Окружающая обстановка, казалась мне очень знакомой…

— Что это за остров? — спросил я Ионессу.

— Остров старика Матиса, — ухмыльнулась моя собеседница.

— Старика Матиса?

— Все верно, Матисов остров.

— Значит мы в Петербурге? — мне стало совсем не по себе.

— Хватит слов! — вдруг разозлилась Ионесса. Она снова обхватила мою шею и протянула ко мне губы… я не сопротивлялся… но тут ее пасть разверзлась, она словно сбросила личину… я увидел ее змеиный язык… Ионесса впилась прямо в мои губы и стала… она стала словно высасывать из меня жизнь… я не мог пошевелиться и потерял сознание...

Я очнулся в гостинице, за окном светило солнце. Я лежал на кровати раздетый. Интерьер был очень знакомым. Тот же самый номер, что и во время моей прошлой командировки. На полу валялось несколько пустых бутылок из под вина. Я услышал шум в прихожей, немного присел и рассмотрел через зеркало Ионессу. Она была в красном платье, одевала свои туфли…

— Где мы? — громко вопросил я.

— Ничего ночка была, — улыбнулась Ионесса. — Но ты давай не засиживайся… Тебе сегодня тоже на завод идти. Сергей Артамонович ждет тебя в своем кабинете сразу после обеда!

Ионесса захлопнула дверь, я взглянул на часы: семь утра… Можно еще подремать…

Блог Максима Иванова.

Возвращение на завод, ч.2 (Старый добрый завод)

Работяги рассказали, что после моего отъезда на заводе шли нескончаемые ремонты. Окна и крыши всех корпусов заменяли; бетонные стены покрывали синей краской; электрические машины и всю аварийную генерацию перебирали несколько раз. Буква «Ш» теперь круглосуточно горела яркими синими огнями посреди ночной тайги.

Экспериментальный цех теперь был закрыт для всех рабочих бригад, кроме одной — ее возглавил (что меня сильно удивило) Друзилла Альбертович. Есть ли смысл ставить мастером, пусть и в очень ответственном деле, инженера по выходному контролю? При всей теперешней закрытости экспериментального цеха, он гудел все дни и ночи напролет. Оттуда доносилось эхо молотков и кувалд, перекрываемое гулом и скрежетом сверл и болгарок. Шум работ доходил даже до кабинетов заводоуправления, заставляя вздрагивать, не привыкших к звукам обработки металла, офисных клерков.

Сергей Артамонович все эти дни был очень задумчивым. Мне удалось пересечься с ним несколько раз. В одном разговоре, я как бы ненароком спросил, про его предков. Он юлил и я даже почувствовал его недовольство. Но все же Сергей Артамонович нехотя подтвердил, что он прямой потомок, одного из братьев Мальцевых и законный наследник завода. Выходило так, что другой наследницей завода была Анна Артамоновна… и по своему характеру она больше всего напоминала злобного графа из моего сна… в то время я решил, что это был сон, никак иначе и быть не могло. Но спустя пару недель я поменял свое мнение, точнее она меня заставила его поменять…