Чтение онлайн

И тут сам царь Иван III Грозный надолго отдает предпочтение второму лагерю, фактически поддерживает ересь жидовствующих. Угроза разгрома ереси исчезает. Апогеем торжества ереси жидовствующих в Москве становится заключение Василия — сына Ивана III — в темницу, жестокая казнь приближенных Василия, казнь приближенных царицы Софьи. Их утопили в Москве-реке. Софья Палеолог бежит на Белоозеро. Елена Волошанка — Молдаванка торжествует. Якобы в 1498 году — еще при живом Иване III Грозном — пышно венчают на царство ее сына ДМИТРИЯ. Он становится соправителем «Грозного».

Итак, якобы в XV веке, в эпоху разгара ереси, борются две силы: двор царицы Софьи Палеолог с сыном Василием выступает против жидовствующих, а двор Елены Волошанки с сыном Дмитрием — за жидовствующих [74], с. 142. Якобы в 1498 году Дмитрия возводят на престол [74], с. 152. В этот момент ему было около 14–15 лет. Его венчают СРАЗУ как только он достиг пятнадцатилетнего возраста, когда уже можно было венчать. Таким образом, известный рассказ ветхозаветной книги Есфирь об облачении в царские одежды Мардохея — это, по-видимому, назначение наследником и последующее венчание молодого царевича Дмитрия, сына Елены Волошанки. См. детали в книге «Библейская Русь», гл. 7.

• СЕМНАДЦАТЫЙ ВЕК.

В «историю Дмитрия» при Иване Грозном значительный вклад дали также более поздние события начала XVII века. Мы имеем в виде историю «Лже»-Дмитрия: 1605–1606 годы, а затем от 1606 или 1607 года до 1610.

Как мы уже говорили в книге «Новая хронология Руси», ДМИТРИЙ Иванович = Лжедмитрий 1605–1610, правил 5 лет, сначала в Москве, затем в Тушино. Считается, что в 1606 году Дмитрий был убит. Однако в том же (!) 1606 году, — а по некоторым сведениям в 1607 году, — снова приходит к власти ДМИТРИЙ, сегодня считаемый историками уже за другого человека [39], т. 12, с. 15. Его назвали «Лже»-Дмитрием Вторым. Однако его родственники — жена, ее родители и многие другие, видевшие ранее Дмитрия, признавали его тем же самым Дмитрием Ивановичем [39], [18]. См. также [18], т. 2, с. 131 и [44], с. 362–363. Поэтому мы и считаем, что Дмитрий правил вплоть до его убийства в 1610 году. Или, если угодно, это — «сумма двух Дмитриев».

Царевич Дмитрий = «Лже»-Дмитрий предпринял попытку захвата престола.

Она оказалась удачной. Хотя в прямом вооруженном столкновении Дмитрий потерпел неудачу, но, видимо, в Москве у него были сторонники, так как царь Борис «Годунов» был отравлен.

Рис. 5.38. «Лже»-Дмитрий I. С изображения Луки Килиана. Взято из [53], кн. 2, с. 735, илл. 289.

Считается, что примерно через год после вступления на престол, Дмитрий был, якобы, убит в результате еще одного боярского заговора, организованного Василием Шуйским. Один из старинных портретов «Лже»-Дмитрия приведен на рис. 5.38. Романовская версия уверяет нас, что «Лже»-Дмитрий был на самом деле Григорием или Юрием Отрепьевым, расстригой. Кстати, видно, что историки, по-видимому, специально, даже имя ему подобрали выразительное: ОТРЕПЬЕВ, явно намекая на близкое по звучанию слово ОТРЕБЬЕ. Мол, был он вовсе не царем, а грязным ОТРЕБЬЕМ, очень плохим расстригой, в общем мерзким человеком. Романовские историки вдохновенно расклеивали ярлыки — кому плохой, кому хороший.

Данный рассказ Геродота краток и туманен, однако соответствие с русской историей здесь все-таки просматривается.

• «Безумный» Камбис соответствует «безумному» Ивану Грозному. У Камбиса есть брат Смердис, вероятно МЛАДШИЙ, поскольку Камбис уже стал царем Персии, но опасается, что ему на смену придет его брат, то есть близкий родственник. В русской истории царевич Дмитрий считается сыном «Грозного», то есть тоже близким родственником. Он, естественно, МЛАДШЕ «Грозного».

• Согласно Геродоту, царю Камбису «приснилось», будто Смердис стал царем и голова его касается неба. В русской версии Дмитрий действительно был объявлен царем и занял престол. Этот факт звучит во всех трех отражениях «истории Дмитрия». В версии XVI века бояре присягнули Дмитрию — сыну «Грозному». В версии XV века, Дмитрий, сын Елены Волошанки, был возведен на русский престол. Наконец, в версии XVII века, «Лже»-Дмитрий стал царем Руси.

• В «древне»-греческом рассказе царь Камбис посылает своего преданного человека Прексаспа убить Смердиса. Посланец аккуратно выполняет приказ. Смердис убит.

В русской версии Борис Годунов якобы посылает в Углич своего доверенного человека — Михаила Битяговского со спутниками, и тот убивает юного Дмитрия. Кстати, «античное» имя СМЕРДИС могло получиться искажением имени ДМИТРИЙ, а именно, Дмитрий = ДМТР -> сМРДс = Смердис. Трагически погибают и «два других Дмитрия». Кстати, появление буквы С в начале имени СМЕРДИСА может являться следом слова САМОЗВАНЕЦ, которым тенденциозно прозвали «Лже»-Дмитрия романовские историки. То есть СМЕРДИС = С(амозванец) ДМИТРИЙ.

• По Геродоту, обстоятельства смерти Смердиса современники излагали двояко: либо был убит на охоте, либо его УТОПИЛИ. В русской версии XVI века младенец Дмитрий действительно УТОНУЛ, «выскользнув» из рук няньки. В версии XVII века «Лже»-Дмитрий был убит.

• Переворот, организованный Есфирью в метрополии Руси-Орды, опирался на ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ реформаторов. Сильно огрубляя ситуацию, можно говорить здесь о начале борьбы Запада против Востока. Любопытно, что такая же расстановка сил наблюдается и в «античной» истории Смердиса. Комментаторы говорят следующее: «Геродот сообщает здесь официальную персидскую версию. Камбис убил Бардию, а затем отправился в поход на Египет. В это время, воспользовавшись НЕДОВОЛЬСТВОМ ВНОВЬ ПОКОРЕННЫХ ПЕРСАМИ ОБЛАСТЕЙ (то есть Западной Европы — Авт.), маг Гаумата захватил власть… МАГ ОПИРАЛСЯ НА ЗНАТЬ ЗАПАДА. Противниками Гауматы был Гистасп и ЗНАТЬ ВОСТОКА» [16], с. 515, комментарий 21. Таким образом, и здесь Запад противостоит Востоку.

Итак, соответствие «античного» рассказа с русскими летописями достаточно заметно. При этом надо постоянно иметь в виду, что дошедшие до нас русские первоисточники были тенденциозно отредактированы Романовыми. А Геродот, как западный европеец, писал, скорее всего, «глядя издалека» на события при московском дворе. Ясно, что далеко не все детали были ему известны. Кормился слухами и пересказами. Иными словами, каждая из версий может оказаться искаженной и неполной. Однако собирая теперь их вместе, мы освещаем темные события середины XVI — начала XVII века более ярким светом.

Напомним, кстати, что, согласно нашей реконструкции, юный ордынский царевич Дмитрий был захоронен на имперском кладбище Руси-Орды в африканском Египте, как один из последних русско-ордынских правителей Империи. Это — знаменитое захоронение юного «фараона» Тутанхамона, обнаруженное Г. Картером в начале XX века. См. подробности в книге «Империя», гл. 19:5.

Тема убийства юного ордынского царевича явно не давала покоя Геродоту. Наверное, в его время она бурно обсуждалась и потому обросла самыми разными версиями. Во всяком случае, Геродот буквально на следующей странице вновь возвращается к убийству царевича, однако на сей раз в несколько ином освещении. Вот его рассказ. Действующие лица в общем те же: царь Камбис, его верный придворный Прексасп и юный «сын», погибающий во дворце.

«А вот какие дела творил Камбис в своем безумии против других персов. Как-то раз царь, говорят, сказал Прексаспу, который был у него в великой чести и докладывал ему дела (сын его был виночерпием у Камбиса, а это также — великая честь)… „Прексасп! Кем меня считают персы? Что они говорят обо мне?“. А тот отвечал: „Владыка! Они воздают тебе великую хвалу во всем, только говорят, что ты слишком пристрастился к вину“… А Камбис с гневом воскликнул: „Стало быть, персы считают меня пьяницей и безумцем?… Смотри, говорят ли персы правду или сами лишились рассудка! Если я попаду СТРЕЛОЙ В САМОЕ СЕРДЦЕ ТВОЕГО СЫНА, который стоит там перед дверьми, то ясно, что речь персов — вздор. Если же я промахнусь, то, значит, персы говорят правду и я не в своем уме“. С этими словами царь натянул свой лук и ПУСТИЛ СТРЕЛУ В МАЛЬЧИКА. И когда тот упал, то ПРИКАЗАЛ РАССЕЧЬ ЕГО ТЕЛО и осмотреть рану. Стрелу нашли в сердце, и Камбис со смехом и радостью обратился к отцу мальчика: „Прексасп! Тебе ясно теперь, что я не безумец, а вот персы — не в своем уме. Скажи-ка мне, видал ли ты на свете еще такого прекрасного стрелка, как я?“. Прексасп же, видя, что ПЕРЕД НИМ БЕЗУМЕЦ, и в страхе за свою участь, сказал: „Владыка! Я думаю, что даже сам бог не может так хорошо стрелять, как ты!“» [16], с. 149.