Чтение онлайн

– Что за рализии? Почему меня хотели убить? Кто? — хотя, я догадываюсь, кто... нет, знаю...

Эмма даёт точные сведения о рализиях, а потом качает прелестной головкой.

– Простите, моя госпожа, по второму вопросу у меня сведений нет.

Я принимаю ответ и отказываюсь от плавания в бассейне. Эмма крутнулась вокруг себя, рассыпалась мельчайшим золотистым, сверкающим туманом, и облачком пронеслась над водой до того, как полностью исчезнуть. Её выходка заставляет мои губы растянуться в улыбке.

Многое в голове становится на свои места. Вот как я потеряла ребёнка. Нашего с Яном сына... Так за что же император казнил свою сестру, если не за это? Я с трудом дожидаюсь вечера. После ужина Лайс сам ведёт меня в бассейн.

– Эмма сказала, что ты побоялась спускаться в воду. — он прыгает рыбкой и специально поднимает кучу брызг. — Смотри, всё в порядке. Иди ко мне. — муж протягивает мне руку из воды.

Я качаю головой, но всё же сажусь на тёплый бортик и очень осторожно опускаю в воду ноги.

– Лайс, почему ты так отреагировал на то, что я сказала про Тинарос? — я болтаю ногами в воде.

Муж подплывает и серьёзно смотрит снизу вверх.

– Мне трудно мириться с ним в твоей жизни... Но, кажется, я готов принять любое твоё решение... Ты тоскуешь, и я постоянно слышу эту твою боль разлуки, хоть ты и научилась очень хорошо её прятать... Она никуда не делась. Она в глубине твоих глаз, в чуть слышных оттенках голоса, в самых тайных уголках души.

– Лайс...

– Иди ко мне, истинная...
– муж хватает меня сильными руками за талию и стаскивает к себе в воду.

Я визжу, а Лайс прижимает меня к своему голому телу.

– Люблю тебя, Эрис...

Я обхватываю его талию ногами.

– И я тебя, Лайс...

Глава 56.

Через три дня наш джет вылетает в императорский дворец. Нас ждёт личный приём. Это очень странно... я помню дворец, прекрасные сады, но не помню лица императора.

– Не волнуйся, милая. — тёплая ладонь мужа легла на мою руку. — Император относится к тебе очень... трогательно. Тебе не о чем беспокоиться.

Киваю ему в ответ и стараюсь успокоить внутреннюю дрожь. Трудно оставаться спокойной. Я не помню его лица, но помню его имя. Оно крутится в голове, как вечно повторяющийся глюк системы — Найри, Найри, Найри... а рядом с его именем — Рахес... Жестокость этой семьи трудно переоценить.

Наш джет садится на ближайшую ко дворцу площадку. Я помню, как первый раз появилась здесь. Эти назойливые роботы-репортёры... как они всё время нагло лезли почти в лицо, стараясь взять его крупным планом. Сегодня всё по-другому. Нам никто не мешает. Мы с Лайсом спокойно проходим во дворец. Я чувствую эмоции мужа — спокойствие и гордость.

Император ждёт нас в одном из своих великолепных садов. Высокий алланиец в форме охраны дворца услужливо провожает нас к нему. Статный, очень красивый, с немного хищным, но благородным лицом, император улыбается, глядя, как мы приближаемся к нему. Лайс с уважением кланяется императору, я повторяю за ним поклон.

– Здравствуй, истинная! Мы рады приветствовать тебя дома. Мы так долго ждали тебя, электи.

Он берёт меня за руки, заставляя поднять взгляд к лицу.

– Мы прогуляемся с твоей супругой, Лайс. Ты не против?

– Конечно, ваше величество...
– Лайс отступает в сторону, давая нам дорогу.

С непонятным трепетом я беру под локоть императора. Мы медленно удаляемся по белоснежной дорожке, всегда цветущего сада.

– Скажи, истинная, ты вспомнила всё?

– Нет, Ваше величество... но я вспомнила очень многое.

– Я могу помочь. Ты хочешь?

– Разве вы можете смотреть и в мою душу? — я даже сбиваюсь с шага. — Ведь я не алланийка...

Император усмехается:

– Тебя даже Первый принял. Чему ты удивляешься?

Я не хочу, чтобы кто-то чужой касался моей памяти, тем более, брат жены адмирала.

– Можешь не отвечать, Эрис. Я всё понял. Твоё молчание — красноречивее любых слов.

Он подвёл нас к одной из кружевных, изящных скамеечек. Император сел и похлопал рядом с собой узкой ладонью.

– Присаживайся. Я хочу услышать от тебя подробности твоего столь долгого путешествия.

Наш разговор затягивается. Я рассказываю ему всё, что помню о плене. Осталось не так много белых пятен.

– Скажи, истинная, ты помнишь, что произошло на Сетне? — вдруг тихо спрашивает Найри.

– К сожалению, эта часть всё ещё покрыта туманом, Ваше величество.

– Конечно... потому что там ты пережила наиболее страшные моменты...

Вдруг сильные пальцы схватили меня за подбородок, фиксируя лицо, а тёмные глаза заглянули в самую душу. Поток чужого сознания, как цунами, смёл барьеры, оголяя пережитое на планете брата Яна.

– Зачем вы...
– только и слетает с моих губ вместе с прерывистым выдохом.

Найри тут же отпускает меня.

– Глупый вопрос, истинная. Чтобы ты вспомнила. Мы очень хотели, чтобы ты вспомнила именно Сетну и то, кто тебе помог.

Я тру пальцами виски. Нервный смешок невольно вырывается из груди.

– Так просто... Вы могли сразу помочь мне...

Император устремляет взгляд в сочную зелень раскидистых крон деревьев.

– Не могли. Ты и сейчас слишком слаба. Мы лишь чуть коснулись тебя своей силой. Даже не коснулись... так, мимо пролетели. Но мы хотим, чтобы ты помнила, кто спас тебя. Адмирал Ян Ал-Тэддис рисковал своей жизнью, давая шанс тебе. Не своего брата спасал, а тебя...

Я сжимаю руки на коленях и не отрываю от них взгляд.

– Я благодарна ему.

Палец императора упирается мне в подбородок и снова заставляет смотреть в опасные глаза.

– Благодарна? Ты его истинная. И даже чуть коснувшись твоей души, мы знаем всё о ней. Ты думаешь, ты сможешь сделать своего супруга счастливым, отказавшись от второго истинного? Хочешь правду?

Я веду головой, пытаясь вырваться из плена страшных глаз.

– Не дёргайся и слушай. — тут же тихо, но властно приказывает император, и я беспрекословно подчиняюсь. — Истинная может зачать ребёнка, только приняв своего истинного всей душой. Ты сможешь это сделать для Лайса, если часть твоей души, пусть даже совсем незначительная, занята Яном? И ты никогда не сможешь полностью отказаться от него. Тебе назвать причину?