Завороженная
Шрифт:
Приблизившись к жениху, Ливия улыбнулась ему.
Смолк орган, и преподобный Лейси стал говорить. Сквозь цветные витражные стекла окон лился солнечный свет.
В конце проповеди Ливия отдала свой букет белых роз Корнелии и сняла перчатку с левой руки. Алекс надел ей обручальное золотое кольцо и сжал ее руку. Церемония закончилась.
Викарий провозгласил их мужем и женой, выступил из-за кафедры и поднял вуаль с лица дочери.
– Вы можете поцеловать невесту.
Губы Алекса прикоснулись к ее губам, и Ливия почувствовала прилив восторга. Сегодня начинается ее настоящая жизнь. И хотя она понимала всю наивность своих ожиданий, но в этот момент искренне верила в то, что их путь будет усыпан розами.
Они вышли из церкви под звон колоколов. На улице собралась толпа. Со всех сторон молодых осыпали рисом. Снег ослепительно блестел, и глаза Ливии наполнились слезами.
У ворот их ждала бричка с запряженным в нее пони викария, украшенным по такому случаю белыми лентами. Алекс подхватил жену на руки, ловко обвил вокруг ее ног шлейф и, усадив в повозку, сел рядом.
– Я хочу побыть наедине со своей женой, – тихо сказал он, нежно прикоснувшись ладонью к ее щеке. Он обернулся к мальчишке, державшему под уздцы пони: – Дай мне поводья. Я повезу, а ты можешь пройтись.
– Как скажете, милорд. – Паренек спрыгнул с козел. – Я побегу впереди. – И помчался резвой рысцой.
Алекс прищелкнул языком, и неповоротливый пони медленно побрел по улице к дому викария.
– Жаль, что я не договорился доставить сюда мою коляску, – сказал Алекс. – Наш экипаж еле плетется. – Он прищелкнул языком и взмахнул поводьями, безуспешно пытаясь заставить пони ускорить темп. – Моя коляска…
– …летела бы как вихрь, – договорила за него Ливия.
Приятно было вот так непринужденно болтать с ним ни о чем.
Впервые и как-то вдруг она почувствовала, что реальность навалилась на нее своей тяжестью, словно вынырнула из шипучего шампанского на поверхность.
– Мой отец в день моей свадьбы никогда не позволил бы мне покинуть его пенаты в каком-нибудь другом экипаже. Только в его личном, – со смешком пояснила Ливия. – В этом смысле он несколько старомоден.
– Ну, когда мы действительно покинем его пенаты, мы сделаем это куда элегантнее, – пообещал Александр.
Ливия повернулась к нему и снова оказалась в море из воздушных пузырьков. Сердце ее подпрыгнуло в предвкушении счастья. Светлые волосы Алекса отливали золотом на солнце. Почувствовав ее взгляд, Алекс повернулся к ней. И вновь взгляд этих ярко-синих глаз наполнил ее желанием.
– Куда мы поедем потом? – спросила Ливия.
– Потерпи и увидишь. Обещаю, ты не будешь разочарована.
– Не сомневаюсь в этом, – сказала Ливия.
Мальчик, служивший на конюшне, уже поджидал их, когда Александр остановил пони у ворот дома викария. Спрыгнув на землю, Александр подхватил новобрачную на руки и задержал ее в объятиях на мгновение, прежде чем опустить на землю.
– Два часа, – твердо заявил он. – Два часа – и ни минутой больше, жена моя. Я хочу, чтобы в этот день ты принадлежала только мне, и, если потребуется, я засуну тебя в мешок, перекину через седло и умчу отсюда.
– Не возражаю, – рассмеялась Ливия, – но, боюсь, народ будет шокирован. Кроме того, – она вновь стала серьезной, – мы должны побыть с этими людьми по крайней мере пару часов. Все так добры к нам, и было бы невежливо поступить подобным образом. – Она взяла Александра за руку и повела его в дом.
Марта, которая оставалась в церкви до того момента, как молодые обменялись кольцами, суетилась в столовой, отдавая распоряжения деревенским девушкам, накрывавшим столы. Увидев Ливию, она всплеснула руками и поспешила ей навстречу.
– Поздравляю, моя дорогая, – сказала она, обнимая Ливию. – Какая чудесная получилась церемония, викарий выглядел таким счастливым. – Она похлопала Ливию по щекам. – До чего же ты красивая!
Тут она вспомнила о женихе, стоявшем рядом с Ливией, и присела в неуклюжем реверансе:
– Поздравляю, милорд… ваша светлость. Желаю вам счастья. Уверена, что пока этот ангелочек рядом с вами, вы не можете не быть счастливым. – Марта вытерла глаза краем фартука.
Алекс сдержанно поблагодарил ее. Сможет ли он когда-нибудь привыкнуть к тому, как ведут себя слуги в Англии, которые зачастую считают себя скорее друзьями семьи, чем наемными работниками. В России слуги знают свое место. Впрочем, система жесткой иерархии, существовавшая на его родине, вызвала к жизни таких, как Татаринов, с мрачной иронией подумал Александр.
– Ливия, Алекс, вот вы и дома! – воскликнула, подходя к ним. Аурелия – Пора приветствовать гостей, княгиня Прокова.
Уже через час Ливия начала весьма явственно ощущать нетерпение Александра. На свадьбе собрались только самые близкие из лондонских друзей Ливии. Алекс вполне комфортно чувствовал себя с Ником и Дэвидом и, разумеется, с ее отцом, но никто из местной помещичьей знати, казалось, не знал, как держать себя с иностранцем из далекой экзотической России. Их красноречия едва хватало на то, чтобы произнести с запинкой пару банальных фраз о погоде, об охоте, после чего наступала неловкая пауза. Алекс изо всех сил старался быть дружелюбным. Он говорил о ведении сельского хозяйства с помещиками, о лошадях со сквайрами, но усилия его были тщетны.
– Дитя мое, твой бедный муж похож на рыбу, которую вытащили из воды, – сказал дочери викарий. – Думаю, ты должна прийти к нему на выручку. – Викарий глотнул вина и одобрительно кивнул. – Должен сказать, приятно время от времени побаловать себя хорошим вином. – В глазах его мелькнул насмешливый огонек. Викарий умел посмеяться над собой.
– При желании ты мог бы каждый вечер выпивать по стаканчику, – смеясь, сказала Ливия.
– Но тогда я не получал бы такого удовольствия сейчас, – резонно заметил викарий. – То, что доставляет удовольствие, следует потреблять малыми дозами. – Викарий положил руку дочери на плечо и, посерьезнев, сказал: – Пройдем со мной в кабинет.
В кабинете Ливию оглушила тишина.
– Что-нибудь случилось, отец?
– Нет, – сказал он, опираясь о стол. – Не беспокойся. Я не стану давать тебе родительские наставления относительно брачной ночи: для этого у тебя есть подруги. Но я вот что хочу тебе сказать. Я всегда буду готов прийти тебе на помощь. Понадобится ли тебе совет или поддержка, обещай, что обратишься ко мне. Я отложил для тебя средства на случай, если… если что-нибудь произойдет. – Он сделал паузу. – Что-то непредвиденное.