Чтение онлайн

Пройдя за палатками, фигура, поправив капюшон, скрывающий лицо человека, двинулась прочь со станции. Пройдя по тоннелю, человек остановился у двери с новехонькой табличкой, на которой было написано «Гуравлев С.А.». У двери, расположившись на ящике, сидел охранник. Автомат стоял прислоненным к стене. Фигура остановилась перед охранником. Невидимые под капюшоном глаза точно смотрели на сидящего охранника. Ганзеец исподлобья посмтрел на человека в плаще. Так продолжалось несколько секунд, после чего охранник демонстративно отвел взгляд. Человек в плаще вошел внутрь. Гуравлев был в хорошем настроении, глаза пьяно искрили радостью.

— Да, да? — лучезарно улыбнувшись, сказал Гуравлев. Человек в плаще закрыл дверь, повернувшись к главе станции. Сделав два шага к столу, за которым сидел Гуравлев, человек стянул мешковатый капюшон с головы, тут же спрятав руки в складках плаща.

— Ты… — Гуравлев моментально посерьезнел. — Ну и чего тебе?

Лулз стоял посреди кабинета в драном бесформенном одеянии, и опустив голову, смотрел напряженным взглядом на Гуравлева. Полы плаща резко вспорхнули, из под грубой ткани появился странно изрисованный пистолет.

— Хм- начальник Белорусской напряженно стукнул сухими пальцами по столу — И что же ты собрался делать? — дергано ухмыляясь, сказал он.

Лулз стоял молча и не двигался. Пистолет ровно лежал в его руке. Хладнокровие Лулза начало выдавливать из крохотной комнатки самообладание Гуравлева. Все яростнее он долбил пальцами по столу, а взгляд стал отрешенным, ушедшим внутрь самого Гуравлева.

— Ну и что я по твоему должен был делать, а? Ну что?… — неожиданное спокойствие в голосе начальника станции удивило даже Лулза, хотя внешне он этого не показал. — Как по другому?..-

Лулз стоял по прежнему не шевелясь, молча взирая на развернувшуюся перед ним сцену.

Гуравлев резко вскочил на ноги, и уперев руки в стол уже было собирался что то горячо высказать своему палачу, но в итоге не нашел сил выдавить нужные слова изо рта. Опустив взгляд, он боком присел на свой стул, и еле дрожа, обхватил спинку стула, словно спасательный круг.

— Я не хотел, видит бог, я не хотел- кажется Гуравлев даже всхлипнул.

Начальник Белорусской резко повернул голову, с прищуром посмотрев Лулзу в глаза.

— Ну, чего ждешь? Давай уже- и снова отвернулся.

Лулз как по команде начал что то бормотать себе под нос. Было невозможно разобрать что либо из этого бормотания, поэтому Гуравлеву так и пришлось сидеть и ждать пока он закончит.

— … меня зовут Лулз. — он сделал паузу и вздохнул — И это пуля… — Дверь с треском выбили и в крошечный кабинет ворвались два высоких человека в сером камуфляже. Гуравлев дернулся в сторону, но за полсекунды до того как Лулза прижали к полу, он выстрелил в свою жертву, попав ему в горло.

Удар. Сверху двое солдат скручивают его, пистолет уже давно выбит из руки, а его мишень, пытается остановить фонтан крови, судорожно хватаясь за горло, и бьясь в агонии, бессмысленно бьет ногами по бездушному полу. И даже быстро подоспевший врач бессилен что либо сделать.

Лулз по прежнему лежит на полу, его голова повернута так что он может наблюдать как из его жертвы выходит жизнь.

— И эта пуля Костиной мести- шепотом произносит он, когда Гуравлев уже перестает двигаться.

Его подняли, связав руки за спиной и вытолкали из кабинета.

Громоздкие грозовые тучи закрывали место казни от солнечного взора. Возле бездвижного тела стояло двое в плащах с опущенными на спину мешковатыми капюшонами

— Он жив- сказал один из сектантов, убирая пальцы с Костиной шеи.

В ответ второй человек лишь криво усмехнулся.

— Сколько он по твоему уже лежит здесь? И сколько крови он уже потерял? — кивая на багровое пятно, сказал он. — он жив, но это не надолго. Его следует предать земле, для того чтобы его душа прослужила Владыке- без зла добавил он.

— Если он выживет, он сможет послужить нам и тут- не унимался первый. Он был выше и значительно моложе второго, но судя по количеству замысловатых татуировок на руках, был ниже рангом.

— Для этого человека мы враги, фанатичные варвары. Он не знает того, чего знаем мы. Чего ты хочешь от него добиться? К тому же технология управления мутантами разошлась по метро. Процесс разрушения пошел.

— Я просвещу его. Мы всегда нуждаемся в братьях, особенно сейчас, или по твоему нас не стало меньше после сегодняшнего дня? Он храбрый и упорный воин, и я смогу сделать его нашим братом.

— Этот разговор станет бессмысленным через пятнадцать минут, когда его сердце перестанет биться. Ты молодец, что не недооцениваешь наших врагов, но тебе еще только предстоит понять, что нельзя словами обратить противников в союзников… — загадочно сказал старший.

Не утруждая себя дальнейшими словесными баталиями, молодой сектант поднял Костю, и, закинув его на плечо, двинулся вперед.

— Упрямец- снисходительно оскалившись, сказал старший. — Ничего, максимум пол часа и закопаем. Даже ты поймешь что это его конец- подхватывая грязную лопату и поудобнее перехватывая автомат, сказал в пустоту старший, после чего двинулся за вторым сектантом.

Вокруг повсюду были свежие насыпи земли.

В ухо плеснул механический шум — Нашел! — послышалось в прикрепленную к каске рацию.

— Ну, наконец-то, — донеслось в ответ. — Давай складывай уже, и выдвигаемся, а то и так торчу тут из-за тебя, местность разглядываю.

Человек, сказавший это действительно уже продолжительное время стоял на том, что осталось от бывшей «девятки», и, опустив автомат, всматривался вдаль сквозь стекла защитных очков.

— Да-да, я понял, я понял, понял, иду…

Сзади фигуры, стоящей на ржавой машине, изнутри здания, к которому человек стоял спиной, послышался шорох, звук усиливался и уже вскоре превратился в топот армейских ботинок. Из полуразрушенного торгового центра выбежал человек в боевом облачении: тяжелая кевларовая каска прикрывала затылок, увесистый бронежилет, перчатки и черный ак-74 м, болтающийся на плече. Выйдя из здания, человек достал железный баллончик с красной крышкой, и, сняв ее нарисовал на блеклой стене красный крест, после чего двинулся к своему напарнику. Выбежавший быстро приближался, но похоже стоящего все это время неподвижно это мало заботило, и лишь когда второй уже был в двух шагах от первого, тот медленно, словно нехотя, повернулся к нему.