Завтра не наступит
Шрифт:
– Кстати, это мой брат,- мельком, как о чем-то несущественном сказала мне Алька.
– Извините девочки, что помешал вашему скромному девичнику, я не специально.
На этом моменте моему терпению пришел конец, я вскочила с дивана и даже не глядя на пришедшего парня, пролетела в коридор, в спешке обулась и выбежала на улицу. Прекрасно понимаю, как выглядит мое поведение. Ох, я не ожидала, что так темно.... На заднем плане, что-то умоляющим голосом кричала Аля, но я даже не слушала, мне просто стало плохо. Ну, неужели я много прошу, всего лишь тишины и покоя, я не хочу ни с кем разговаривать, ни с кем дружить, я просто не хочу жить.
Тишина сердца моего любимого... Тишина моего сердца...
– Эй, с тобой все в порядке?
– похоже парень выбежал за мной.
– Да,- буркнула я себе под нос, но он услышал.
– Может тебя подвезти?
– Не думаю.
– Хм...цианистого калию?
Именно эти слова вывели меня из ступора. И я посмотрела на него.
Лучше бы я этого не делала. Лучше бы, не поворачиваясь, ушла.
Это не могло быть правдой, но передо мной стоял не Ян, а он, тот, кого я оплакивала уже полгода, только голос был чужим, а все остальное... волосы, улыбка...
Когда я закашлялась, то поняла, что забыла дышать.
– Что?
– неужели это мой голос, и неужели я еще не в спасительном обмороке.
– Извини,- сказал Ян, - я просто не знал, как еще до тебя достучаться, вот и брякнул первое, что пришло в голову.
Прямо в точку. Парень ты экстрасенс.
– Со мной что-то не так?- вдруг спросил он.
– Почему ты спрашиваешь?
– я все-таки определенно не узнаю свой голос.
– Ты смотришь на меня как на привидение.
Опять в точку.
– Это просто у меня мозги набекрень, не обращай внимание.
Наконец-то у меня хватило сил отвернуться и пойти в сторону остановки.
– Девушка, автобусы в это время не ходят, давай подвезу.
Ага, если я сяду в твою машину, то окончательно свихнусь. Только не это.
– Давай.
Неужели я это сказала? Может, я уже не совсем здорова.
Я сказала свой адрес и сделала вид, что смотрю в окно машины. На самом деле я рассматривала его. Это не могло быть правдой! Это не мог быть он. Но чем больше я рассматривала его, тем больше понимала, что схожу с ума. Я отчаянно цеплялась за здравый рассудок, примечая все не совпадения: голос, манера двигаться. Парень молчал, но тоже поглядывал на меня. Представляю, какое впечатление я произвожу своим поведением! В одно мгновение он пристально посмотрел на меня, и я увидела еще одно отличие: глаза, у него глаза другого цвета. У Леши были голубые глаза, а у Яна они золотисто карие. Слава Богу! Я не сошла с ума.
– Так и будешь молчать?- спросил он, не отрывая глаз от ночной дороги.
– Меня Лена зовут.
– Ну, слава Богу, а то я подумал, что ты меня испугалась,- парень явно не шутил, это я определила по его вздоху облегчения. Так вот какое было его впечатление обо мне.
– Просто я не способна сейчас на общение, - тихо произнесла я.
– Личная драма?- поинтересовался он.
Да кто ты такой, черт тебя подери, что так умело вторгаешься в мою душу!
Видно мой мысленный вопль был слишком громким, потому что Ян неловко извинился, и в машине снова наступила тишина.
Когда мы подъехали к моему дому, он неожиданно приблизил ко мне свое лицо и на одном дыхании выпалил:
– А ты красивая.
Это было слишком для моего изнуренного мозга, сознание начало куда-то уплывать, его лицо превратилось в смазанную маску... Я видела Лешку, любимого, единственного Алешеньку, с его мягкой, все понимающей, улыбкой.
Я не знаю, сколько прошло времени, но очнулась я от медленного осознания, что парень напротив меня не Алексей, и что я до сих пор сижу в его машине и мой взгляд, да и общий вид, оставляют желать лучшего.
Ян был растерян, и я его понимала, но что я могла сделать!
– Прости,- пикнула я и неожиданно разрыдалась, прекрасно понимая, что окончательно и бесповоротно закрепила за собой репутацию сумасшедшей.
– Так,- протянул Ян,- Все понятно, ты не в состоянии адекватно реагировать, да?
Я не ответила, ну, что я могу сказать. Я вышла из машины и бегом поднялась к себе в квартиру.
Сон, в который я погрузилась, был тяжелым. Где-то к четырем утра у меня поднялась температура и я поняла, что я не работник. В восемь я позвонила на работу, а потом к врачу. Я была рада быть дома. Наскоро приняв душ, я начала ждать врача. Возьму больничный на неделю! Ни буду никого видеть и слышать, тем более Леш... Черт! Яна. Его зовут Ян, запоминай, дура несчастная!
Я включила телевизор, впервые за время моего пребывания здесь. Родители вообще оснастили мою квартиру все необходимым, наверняка думая, что решение бытовых проблем облегчит мне жизнь - они ошиблись. Я автоматически щелкала каналы, стараясь ни о чем не думать.
Через час моего унылого времяпровождения раздался звонок в дверь.
Я, наскоро накинув халат на сорочку, которую я опять напялила после душа, пошла открывать.
В дверях стоял Ян. При дневном свете я увидела еще одно отличие: парень был несколько крупнее Лешки.
Наверное, моя челюсть валялась где-то на полу, так как парень смущенно улыбнулся и начал перетаптываться с ноги на ногу.
Я очнулась.
– Проходи.
Мы прошли в зал, я уселась на диван, а Ян продолжал стоять.
– Прости меня за вчерашнюю настырность, - услышала я его голос, - Мне Алина вчера все рассказала, когда я приехал, я сожалею...
Что-о-о?!
Меня прорвало, моя боль, обида, гнев и что-то, наверное, еще, что искало выхода уже полгода, дали о себе знать.
– Рассказала?!?
– я вскочила с дивана,- ЧТО она могла тебе рассказать! Она могла рассказать тебе про боль и отчаянье? Или быть может она смогла рассказать тебе про мои сны, где он все еще жив? Или про, то, что я НЕ ХОЧУ ЖИТЬ!
Или про то, что ты чертовски на него похож!
Этого я не сказала, мое дыхание перехватило, я плюхнулась на диван и закрыла лицо руками. У меня не было сил даже плакать, руки мелко подрагивали.
– Я понимаю,- с болью в голосе произнес Ян, именно эта боль в его голосе заставила меня посмотреть на него, не может быть, что он так сопереживает.
Мне хотелось зарычать, завыть, убить его в этот момент, а еще спросить, ЧТО он понимает. Друзья Лешки тоже сочувствующе говорили те же слова, а сами в этот момент отводили взгляд, благодаря небесные силы, что не они оказались в цинковом гробу.