Чтение онлайн

Когда Эрл входил в лифт, его душевный настрой пребывал в том расслабленном состоянии, когда человека ничто не волнует. Ему казалось, что стоило решиться принять предложение Новака - и внутренний разлад угас, напряжение спало. Теперь его переполняло давно забытое чувство основательности и собственной значительности. Он уже считал себя участником большого, солидного дела, и даже его походка стала увереннее.

"- Ты сам себе хозяин ", - подумал он, когда лифт пошел вверх.

Его не волновало, что дело может не выгореть, - лишенный воображения, Эрл не мог представить себе провал в живых и конкретных образах. Это было преимуществом, сделавшим его отличным солдатом. Конечно, все может рухнуть. Такой шанс всегда есть. Это все, что он мог понять. Эрл не мог вообразить в красках и деталях живую картину провала: вой сирены, удар пули в живое тело, ужас ожидания смерти в газовой камере или на электрическом стуле.

Он не думал о предстоящем, бессознательно переложил ответственность за будущие свои деяния на плечи Новака. Новак отдает команды. Его дело маленькое, как в армии. И от этой мысли ему стало спокойнее. Делай то, что говорят, если даже приказы тупы и опасны. Не имеет значения - это не твоя проблема.

Прошлым вечером, уйдя от Лорен, он позвонил Новаку. Потом несколько часов слонялся по затихшим улочкам, и гнев начал испаряться. А когда решение было принято, в душе воцарилось умиротворение.

"- Лори замечательная девушка, - думал он, шагая по коридору к номеру Новака.
– Милая, нервная и привязчивая. Но женщина не женщина, если не любит своего парня и не льнет к нему. Когда с делом будет покончено, я её заберу куда-нибудь подальше, чтобы жить в свое удовольствие. Нужно ей это сказать. Нынче же утром. Она нуждается в утешении, и я сделаю все, что только смогу, чтобы её приободрить и поправить настроение. Все-все ", думал он, улыбаясь.

Новак открыв дверь, пригласил:

– Входи. Барка ты уже знаешь. Это Джонни Ингрэм. Джонни, это Эрл Слэйтер.

Эрл вошел в комнату, улыбаясь Барку, но когда он повернулся, подавая руку новому знакомому, легкий шок смущения и враждебности пронзил его: парень был цветным. Кричаще одетый чернокожий парень с коктейлем и сигаретой в руке.

– Что такое?
– процедил он озадаченно и удивленно.
– Что это, шутка?

Но Новак вел себя так, что стало ясно: это не шутка. Он сел на край кровати и сказал, тщательно подбирая слова:

– Джонни в деле, техасец. Этот парень делает мой план осуществимым. Ты понял?

Он поднял глаза и увидел на лице Эрла замешательство и гнев. Голос его стал резким:

– Ты понял?

– Да-а, конечно, - медленно процедил Эрл, неотрывно глядя на негра пылающими пустыми глазами.

– Ладно, садись. Мы готовы начать.

– Выпьешь, техасец?
– предложил Барк, кивая на бутылку на столике.

– Да, дай немного чего-нибудь. У меня какой-то странный привкус во рту.

Барк налил виски поверх кубиков льда и передал стакан Эрлу. Затем добавил себе и уселся на подоконнике. Ингрэм аккуратно скрестил ноги. Стакан покоился на коленке. На его лисьем личике застыло выражение озорного удивления. Он дружелюбно захихикал и сказал:

– Клянусь, у вас черно-коричневый привкус во рту, мистер Слэйтер. В самой худшей форме. Правда - правда.

Эрл понял, что его провоцируют, но примиряющая улыбка Ингрэма смешала гнев с замешательством. Его бросило в жар, он сидел, как на иголках. И все же попытался взять себя в руки.

– Да, - наконец его прорвало.
– Все правильно. Ты, я полагаю, малый сообразительный.
– Но даже ему самому эти слова показались глупыми и лишними.

– Благодарю, - Ингрэм, как чертик, покачал головой.

– Садись, Эрл, - вмешался Новак.
– Можешь устраиваться поудобнее.

В номере оставалось лишь одно свободное место: просиженное кресло рядом с Ингрэмом. Эрл взглянул на него и кисло улыбнулся:

– Сдается мне, я лучше постою.

Он прислонился к двери и сбил шляпу на затылок.

– Ладно, - спокойно согласился Новак, - Банк, который мы будем брать, расположен в тихом маленьком городке на юге Пенсильвании. Он называется Кроссроуд. Вы никогда о таком не слышали. Но после этого дела будете знать его, как свои пять пальцев.

Пока он описывал расположение города, дороги и автострады, ведущие к нему, Эрл, прикусив сигарету, краем глаза следил за негром. Чувство покоя и отличное расположение духа, которыми он так наслаждался, исчезли. Теперь грудь сжимало напряжение и неослабевающая, хотя едва заметная боль пульсировала во лбу.

"- Зачем они взяли в дело цветного? "- с тяжелой злобой думал он.

– Насчет дележки, - продолжал Новак.
– Я на это дело истратил известную сумму. Так что прежде всего я её заберу. Оставшееся делим на четыре равные части... До последнего цента.

– Может быть, лучше рассказать им о затратах, - предложил Барк.

– Я к тому и веду.

Новак вытащил из заднего кармана лист бумаги и с минуту его изучал.

– Все здесь записано, ребята, можете ознакомиться, если хотите. Во первых - два автомобиля. Один из них - пикап, мы его используем в операции. Не на что взглянуть, но форсированный двигатель, и мчит он, как летучая мышь. Другая машина - обычный черный седан, который мы используем при отходе.

– После операции от машин мы избавимся, - добавил Барк.
– Это собьет со следа погоню, - он потянул коктейль из стакана и осклабился.
– Все пройдет, как по маслу.

– Обе машины с фальшивыми номерами и документами, - продолжал Новак. Когда полицейские пойдут по следу, выясняя их принадлежность, они выйдут на пару ребят, но и тогда номера и документы не подведут. Потому-то они и обошлись подороже. Но игра стоит свеч. Теперь о другом. Одежда официанта, куртка и фуражка для Ингрэма - здесь. Еще кое-каких принадлежностей я коснусь позже. Все это обошлось в шестьдесят пять сотен баксов. Я возьму их из добычи, прежде, чем начнем её делить. Все ясно?

– Ну что же, отлично, - кивнул Эрл.
– Сквитаемся и дальше. Все равны.

– Точно.
– Новак согласно покивал.
– И вот ещё о чем я хотел бы сказать: большинство дел провалилось, когда вся сложная техническая работа была уже закончена. Например, дело Бринка. Другой случай, в Торговом банке Детройта, прошлым летом. Прекрасная работа, спланированная классными специалистами, ничего не упущено, - Новак заходил по комнате.
– Но все эти специалисты сейчас в тюрьме. И знаете почему? Потому что за ними тянулись всякие сомнительные рассчеты. И у вас должна болеть голова, что кто-то может вас заложить. Вот где начинаются беды. Человек делил риск со всеми на равных, но был как-то ущемлен при дележе. Приходит время, когда он переберет спиртного, все, что накипело в душе, взорвется, и он заговорит. Вот почему слишком умные специалисты схвачены за хвост и упрятаны за решетку. Но с нами этого не случится. В этом деле каждый окажется в том же самом дерьме, если что-то пойдет не так, и потому каждый получит равную долю добычи.