Заяц из пятиэтажки
Шрифт:
Директор оглянулся по сторонам и подвинул велосипедик на котором сидел, поближе к Ерошкину.
– Только ты, пожалуйста, никому не рассказывай, что я с зайцем разговаривал. Ладно?
– Ладно.– Ерошкин снова погладил зайца.
Директор ущипнул себя за ухо ещё раз, встал и пошёл в кулинарный магазин. Купил вкусные тортики, и все-все сидели, кушали, пили чай, мазались кремом и рассказывали друг другу как они бежали в кусты, как залезали на дерево…
Вечером Ерошкин вышел на работу. Он снова стал работать сторожем магазина.
Самолётики из магазина больше не улетали.
А заяц с тех пор живёт у Ерошкина.
В пятиэтажке.
Квартира у Ерошкина хорошая, на четвёртом этаже пятиэтажного дома с шестью подъездами. И балкон ещё есть. Не очень большой, но раскладушка вполне могла бы на балконе разместиться. Заяц сразу решил, что пока тепло он на балконе спать будет.
Вот в этой квартире и стали они жить-поживать уже вдвоём.
Ерошкин научил зайца зубы чистить и газеты читать. По вечерам они чай пили с морковным вареньем.
А однажды заяц принес Ерошкину полный пакет яблочной коры.
– Вот, Ерошкин, угощайся, – говорит заяц, – очень вкусно.
– Ну, что ты… я кору не ем, – говорит Ерошкин.
– Да ты не стесняйся, ешь. Мне для друга ничего не жалко. Ну, открой ротик.
И заяц протягивает маленький кусочек коры.
А Ерошкину смешно.
– Ну не ем я кору. Не приучен. Я, если хочешь, могу вот морковки поесть.
– Если в сыром виде не хочешь, давай пожарим, – не унимается заяц, – или сварим. Хотя конечно уже не то… Пользы большой нет и аромат не тот. Пожалуйста, съешь кусочек. Ты сам, потом радоваться будешь и добавки попросишь.
Но Ерошкин не желал есть кору.
И заяц обиделся.
– Что ты за человек такой, – бубнит заяц, – я тебе хотел добротой на твою доброту ответить, а ты… Эх, ты… А ещё друг… Да знаешь, кто ты после этого? Ты не Ерошкин, ты этот… как его… драндулет на постном масле! Вот, кто ты!
– Как это?.. Какой такой драндулет? – спрашивает Ерошкин, – ты, где таких слов нахватался. Да я тебя в угол за это поставлю… в зоопарк отправлю!
Тут у зайца от удивления даже косоглазие пропало.
– Что, правда отправишь меня в зоопарк?
– Честное пионерское отправлю, – кричит Ерошкин.
Заяц, как это услыхал, тут же и заплакал. Горючими слезами. А слёзы у зайцев очень горючие. Они же кору горькую грызут. Полчаса плачет… Час плачет… Ерошкин давай его успокаивать.
– Ладно, не плачь. Я это… куплю тебе калач.
Заяц всё равно плачет. Тогда Ерошкин маленький кусочек коры в рот кладёт. Жуёт и глотает. Заяц всё равно плачет. Ерошкин берёт кусочек коры побольше и снова жуёт. Глотает. Потом ещё кусочек… Заяц начинает наблюдать за Ерошкиным. А Ерошкин жуёт и глотает кору, жуёт и глотает. Всю кору съел. Заяц сам не заметил, как у него слёзы бежать перестали.
– Ты все, что ли съел, – спрашивает заяц Ерошкина.
– Извини, что не оставил, – говорит Ерошкин. – Очень вкусная яблочная кора оказалась. Гораздо вкуснее яблок.
– Конечно вкуснее, – обрадовался заяц. – Тебе ещё принести?
Заяц рванул к выходу, но Ерошкин успел его за уши поймать.
– Слушай… а давай мы с тобой будем яблони на кору выращивать. А потом человечеству расскажем, какая она вкусная и полезная», – говорит Ерошкин.
– Давай, Ерошкин! Давай! – обрадовался заяц.
И начали заяц с Ерошкиным яблони на кору выращивать. Новый сорт вывели. С толстой, сочной и сладкой корой.
А новому сорту яблонь они дали своё название. Простое и понятное: «Дружба».
Ответственный по шпингалетам.
Зайцы редко ходят на работу. И это не потому, что они ленивые и не трудолюбивые. Просто на всём белом свете есть всего лишь один трудоустроенный заяц. Тот самый, что проживает в квартире сторожа магазина игрушек Ерошкина.
Ерошкин раньше тоже не думал, что зайцы должны работать, но однажды… Пришёл он однажды с ночного дежурства и обнаружил, что на всех табуретках ножки обгрызены.
– Нехорошо это, грызть ножки табуреток. А вдруг гости придут? Придут, сядут на табуретку и…
Это Ерошкин когда сел на табуретку, сказал. Зря, конечно он это сделал. Зря он сел на табуретку. Ну, значит, сел он на табуретку – и тут же развалилась она под ним.
А потом, прямо вот так сидя на полу, с обгрызенной ножкой в руках, и принял Ерошкин решение. И недолго думая, объявил его зайцу.
– Завтра же со мной на работу пойдёшь. Хватит дурака валять.
На следующий день, перед тем как идти на дежурство, надел Ерошкин на зайца спортивную шапочку, очки… Посмотрел и говорит:
– Ну вот, теперь ты похож на лыжника финского. В меховом комбинезончике.
И пошли они на работу. Прямо по центральной улице пошли. В автобусе не поехали. Ерошкин знал, что кондукторы автобусные натренированы на распознавание зайцев. А это Ерошкину совсем не к чему было: лишние вопросы, разговоры.
А так, если кто спрашивал, он говорил:
– Вот, сопровождаю зарубежного гостя. Приехал по обмену опытом.
Но местная газета всё равно опубликовала маленькую заметочку под названием: «Наш город становится мировым центром лыжного спорта». И фотографию рядом с заметочкой разместили: Ерошкин идёт по улице и держит за руку кого-то в очках и шапочке. На снимке заяц и правда был похож на иностранного спортсмена.
Целую неделю Ерошкин ходил с зайцем на ночные дежурства. И всё было хорошо: никто больше не грыз дома ножки табуреток.
В первый день заяц на дежурстве просто газеты читал. На второй день он обошёл с Ерошкиным магазин, вместе они проверили запоры, сигнализацию. А на третий день, заяц увидел как Ерошкин в начале дежурства директору по телефону позвонил и сказал:
– Ночной сторож игрушечного магазина Ерошкин дежурство принял.
Увидел заяц это и спросил:
– А можно я тоже так по телефону буду говорить?