Чтение онлайн

— Я последний раз вежливо прошу, — пророкотал я, тыча оружием ему в бок. — Забирай свое дерьмо и убирайся к черту с моей горы.

— Катрина!

Я отдал должное Полу, ему действительно все еще удавалось драться со мной с приставленной к нему винтовкой.

— Ты, гребаная сука, выходи нах*й.

Он закричал, когда я наступил ему на ногу, вероятно, сломав палец, прежде чем дернул его за воротник и притянул поближе к своему рычащему лицу.

— Если ты еще когда-нибудь заговоришь с ней подобным образом — на самом деле, нет, если ты вообще когда-нибудь заговоришь с ней снова, то никто никогда не найдет здесь твое тело. Услышал? — прошипел я.

Гнев затуманил мои глаза. Часть меня подумывала прикончить этот кусок дерьма прямо на месте, но я сдержался. Я бы не стал превращать передний двор хижины, которую мы планировали превратить в наш дом, в место убийства.

— Но! Но! — пробормотал Пол, глядя мимо меня на Кэт, которая вышла на переднее крыльцо. — Она моя!

— Неправильно, — рявкнул я, моя челюсть сжалась, а кулак подергивался. — Так чертовски неправильно.

— Пристрелите этого мудака! — закричал Пол, его глаза дико смотрели на охранников, настороженно наблюдавших за нами. — За что, черт возьми, я вам плачу! Пристрелите это гребаное…

— Достаточно!

Мужчина был в маске, и когда снял ее, я сразу понял, кто он такой. Даже несмотря на серебристые усы, седые брови и морщины на его лице, сходство было слишком явным.

— Папа? — голос Кэт был недоверчивым, когда она сошла с крыльца. — Что, черт возьми, ты здесь делаешь?

— Что я здесь делаю? — мужчина усмехнулся, качая головой. — Мы ужасно волновались за тебя, Кэт! Противоугонное устройство в «Лэндровере» указало нам, что ты приехала сюда в ту метель, но оно также показало, что машина была выключена в течение дня. Мы думали… — его плечи поникли, и он отвел взгляд, прежде чем посмотреть на свою дочь. — Мы думали о худшем.

— Я в порядке, — она сошла с крыльца. — Прости, я не подумала…

— Что твои родители будут беспокоиться о тебе?

Я воспринял молчание как знак отступить и позволить им воспользоваться моментом. Я оттащил Пола назад, грубо оттолкнув его в снег, наблюдая, как женщина, которую я люблю, приближается к своему отцу.

— Ты не беспокоился о том, чтобы выдать меня замуж за него, — выплюнула она, кивая на Пола.

Ее отец нахмурился, медленно кивая.

— Мы сделали неверный шаг, Катрина, — мягко сказал он. — Теперь я это знаю. Мы с твоей матерью оба так думаем.

— Мне пришлось уехать, — девушка прикусила губу. — Я не могла просто остаться и выйти за него замуж.

— Теперь я понимаю это, милая. Послушай, ты в безопасности, благодаря… — он повернулся и бросил на меня тяжелый взгляд. — Из-за этого человека, я полагаю, но теперь пришло время возвращаться.

— Я остаюсь, папа.

Ее голос был тихим, но смелым. И она медленно шагнула через снежные заносы в мою сторону, и потянулась рукой вниз, чтобы сжать мою.

Лицо ее отца потемнело.

— Катрина…

— Я остаюсь, — снова сказала она, сжимая мою руку и выпрямляясь. Было так много вещей, которые я хотел сказать — и ей, и ему, — но понимал, что это был не мой момент.

Это была она, отстаивающая то, кем она была и чего она хотела, и, черт возьми, это заставляло мое сердце биться чаще.

— Я пытаюсь сделать тебя счастливой, милая, — хрипло сказал ее отец.

— Я счастлива. Я счастлива здесь.

Его взгляд посуровел.

— Теперь, Катрина…

— Это то, что делает меня счастливой, папа. Быть здесь, вдали от города и всей этой жизни, здесь с Брауном.

Глаза ее отца переместились на меня, сузившись, когда он рассмотрел меня.

Да, теперь была моя очередь говорить.

— Я бы отдал свою жизнь за нее, сэр, — мой голос был напряженным, когда я шагнул вперед, опустил винтовку и посмотрел ему прямо в глаза, как мужчина. — Я буду заботиться о ней и защищать ее, и буду всем, кем ей нужно, чтобы я был. Всегда.

Он ничего не сказал. Я знал, что он не был счастлив, но и не было похоже, что он был в ярости. Может быть, просто пытался переварить все это, когда смотрел вдаль, на долину внизу. Наконец он глубоко вздохнул и медленно кивнул, прежде чем повернуться и посмотреть на свою дочь.

— Это не последний наш разговор.

— Я надеюсь на это, сэр, — тихо сказал я, держа руку Кэт в своей.

Он нахмурился.

— Итак, Браун. Теперь та часть, где ты собираешься сказать мне, что твоя хижина всегда открыта для меня?

Кэт ухмыльнулась.

— Хм, вообще-то, моя.

— Что?

— Хижина принадлежала дяде Стэну, но он подарил ее мне некоторое время назад, — Катрина прикусила губу. — Я не сказала тебе, потому что…

Ее отец кивнул.

— Потому что ты хотела собственное жилье.

— Да.

Он кивнул и отвернулся.

— Гребаный Стэн, Господи, — он оглянулся. — А ты? Браун, как тебе удалось сюда попасть?

— Ну, вообще-то, он тоже вроде подарил мне хижину. Я познакомился со Стэном в Афганистане, на одной из его строительных площадок.

Бровь отца Катрины приподнялась.

— Солдат?

— Да, сэр. Корпус морской пехоты.

Он кивнул, его хмурый взгляд немного разгладился.

— На самом деле я сам служил на флоте.

Наши взгляды встретились, и он снова кивнул, прежде чем глубоко вздохнуть.

— Мы уходим прямо сейчас.

— Что?! — Пол отплевывался от снега. — Сэр, вы не можете, возможно…

— Пол? — ее отец уставился сверху вниз на маленького засранца, закатившего истерику. — У тебя больше нет моего благословения жениться на моей дочери.

— Что?! — маленький засранец стал ярко-красным, с его губ слетела слюна. — Ты не можешь сделать этого, придурок!

— Следи за своим языком, — угрожающе припечатал ее отец, прежде чем снова посмотреть на свою дочь.

— Как я уже сказал, мы сейчас уезжаем. Но на самом деле это еще не конец, хорошо? Милая, я просто хочу, чтобы ты была счастлива, если это именно оно и означает?

— Это так, папа, — прошептала она, придвигаясь к нему и обнимая его.

— Вот, возьми это, — он вложил ей в руки мобильный телефон. — Это спутниковая линия. Позвони мне — серьезно. Звони в любое время. — Он снова повернулся ко мне и, напоследок кивнув, протянул руку. — Позаботься о ней, сынок, — сказал он мне.

— Даю вам слово, сэр, — строго сказал я в ответ, крепко пожимая его руку.

— Теперь я должен вернуться в город и успокоить твою мать, а затем объяснить ей, что я оставил ее дочь на горе с мужчиной в хижине.