Чтение онлайн

— Обратно не заберу. Будем считать это ответный подарок, — сверлит глазами, что-то ищет в моей реакции и мимике. Не понимаю. Хмурюсь.

— Мне не нужны ответные подарки, просто мне хочется, чтобы Мила спокойно гуляла на детской площадке, — с твёрдым намерением вернуть сертификат говорю ему в глаза. Получаю тычок в живот от Марселя. Забылась и перестала его поглаживать.

— Кстати. Когда она приедет? Я бы хотел их познакомить, — кивает в сторону пса, а меня начинает штормить в испуге. Передёргивает от такой перспективы. — Обещаю контролировать Марселя.

— Может, постепенно, — как-то неуверенно звучит с моей стороны предложение. Сергей глубоко вдыхает через нос. Такого я точно не хотела, когда приходила с перемирием. Думала, что и меня достаточно.

— Хорошо, — соглашается сосед. — Но тогда ты примешь подарок, — уму не постижимо! Он нашёл мою болевую точку и продавливает.

— Уговорил, — сдаюсь. Можно сказать без боя. А может он понимает, что я просто не могу согласиться из-за цены, но, как девушка, совершенно не против обновок? Поджимаю нижнюю губу. Дурацкая привычка. Это всё от волнения.

— Мы пойдём, — Сергей встаёт и Марсель прижимается сильнее, словно понимает, что сейчас пора уходить, а он не хочет.

Мне его становится жаль. Потому что он всё больше напоминает ребёнка. Брошенного и отчаянно ждущего маму посреди огромного торгового центра. Однажды видела такого малыша. Поток людей безразлично огибал его и только несколько человек пытались помочь. Я, администратор, сердобольная пожилая женщина и Милаша. Дочь развлекала его. Она показывала фокус с пальчиком, а мы пытались найти родителей. Тогда история закончилась хорошо.

А вот у Марселя — нет. К нему больше не притронутся заботливые руки хозяйки. И ничем тут не поможешь. И я благодарна Сергею за то, что он нашёл силы, пусть сухо, но рассказать. Мужчинам вообще сложно открыться, признаться в слабости.

— Кексики заберёте? — Спрашиваю, а сама уже запаковываю половину наготовленных капкейков. Давно привыкла, что люди их просто не различают и перестала раздражаться по этому поводу. — Сегодня просто так, а на следующее воскресенье можете заказать то, что хочется, — зря я смотрю в мужские глаза. Зрачок разливается чернотой по серой радужке и если бы не приличия, то я могла бы сказать, что вместо сладостей Сергей задумал в воскресенье съесть меня. Сглатываю сухость во рту и отдаю коробочку.

— Спасибо, — кажется между нами искрит, но это только кажется. Ведь не может такого быть, чтобы так быстро человек изменил своё мнение. Или… Или не быстро. Выдох. Я всё надумала. У меня просто давно не было свиданий, романтики и прочей мишуры. Слишком старательно возвожу стены между собой и мужчинами. Так какого лешего именно сейчас во мне проснулась женщина и требует этой самой романтики?

Провожаю своих теперь постоянных воскресных клиентов и почему-то тянусь к Марселю. Он упорно не хочет уходить. Сергею приходится взять его на руки, а я напоследок успеваю потрепать его по холке.

— Забыл спросить. Может малышке купить мячик посерьёзнее? — Сосед сдвигает брови и хмурится.

— Не стоит. Разберёмся, — обещаю и закрываю дверь.

Прислоняюсь, к прохладному полотну спиной. Может девочки правы и мне стоит хоть немного вспомнить, что я — женщина? Сходить на свидание? Да ну. Тут же отмахиваюсь. Бред какой. Кому я нужна? Да ещё и с ребёнком. Хотя… Ясмина же нашла Алекса. Тут, конечно, спорный вопрос кто и кого нашёл, но всё же. Всё же…

Не проходит и пяти минут, как я снова подхватываюсь от звонка в дверь. Ну теперь-то уж точно Милана. Открываю и сразу обнимаю свою маленькую принцессу.

— Мама! — Оглушает она своим звонким голоском. — А я Лизе помогла пидумать имя для щенка! — Радости моей малыши нет предела.

— И как назвали? — Спрашиваю, а сама помогаю ей раздеться.

— Бегемотом, — говорит Дима, закрывая дверь. — Сокращённо Биг. Не спрашивай, — отмахивается и быстро снимает верхнюю одежду. — Сам в шоке.

Тёмно-русые волосы, как всегда, хаотично топорщатся, а серые любопытные глаза уже шарят по квартире. Мда… Цвет одинаковый, а вот взгляд совершенно разный. Дима смотрит на меня равнодушно. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что он сейчас носит костюмы и рубашки. В них он какой-то чужой. Далёкий. Не мой.

— Не могу тебе сегодня отдать эфирные вкусняшки, прости, — обычно он их забирает домой и маленькую часть я оставляю для Милы.

— Что-то случилось? — Обеспокоенно спрашивает бывший муж и проходит в квартиру.

— Всё хорошо. Ничего не сломалось, — такая ситуация возникает, когда у меня происходит форс-мажор. — Заказчики нарисовались. Сосед сверху, — показываю пальцем на потолок. — Думаю, у меня появился постоянный клиент. Он будет забирать заказы каждое воскресенье, — не день, а сплошные оправдания.

— Юль… Я рад, что твоя затея обрастает клиентами. Ты молодец, — Дима всегда подбадривает меня. И сейчас, хвалит. — Напомни, когда у тебя новое обучение? — Вздыхаю. Горестно и грустно. Он, конечно, не обязан помнить, но обещал же оплатить. Я же, пообещала, что это последнее обучение за его счёт. Мне просто не потянуть сумму за мастер-класс от именитого кондитера. Вернее, у меня есть немного накопленных денег, но их я хочу потратить на хорошую камеру. Сколько можно снимать ролики на телефон?

— В конце ноября, — послушно напоминаю.

— Хорошо. Сейчас, — он копается в смартфоне. — Всё. Перевёл. Оплатишь сама, — и на том спасибо. — А сейчас я хочу сладкого. Хоть немного осталось? — Довольная киваю. Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох и стараюсь не визжать от счастья, которое распирает грудь и давит на виски. Подумать только, я смогу увидеть Его. Мало того, ещё и засыпать вопросами, и получить на них ответы. Надо подготовиться.

И снова кухня, и чай. Только теперь дочь возмущается, что к Масику сходила без неё.

— Зайка, ты же его боишься, — напоминаю. — Дядя Серёжа, обещал вас познакомить, но попозже.

— Кого и зачем? — Напрягается Дима.

— Ты же помнишь про собаку и соседа. Вот с ними. Мы решили подружиться, — последние слова звучат неуверенно, потому что вижу недобрый блеск глаз бывшего мужа.

— Я против, — категорично заявляет. — Не хватает ещё, чтобы дочка пострадала. Ты должна понимать…

Дальнейшие его слова проходят мимо меня. Дима слишком эмоциональный. Вспыхивает, как спичка и так же быстро остывает. За долгие годы рядом с ним я научилась не реагировать на то, что и как он говорит.