Чтение онлайн

– У тебя синяк на плече, – сказала Зои. – Кто-то тебя схватил.

Все люди, которых видела Джулиет после своего спасения, были к ней добры и полны сочувствия. Кроме этой женщины. Она разговаривает так, словно на нее сердится.

– Пот! – выпалила вдруг Джулиет. – Помню запах пота. Чужого пота.

Зои откинулась назад.

– И нож у горла. Наверное, это был нож. Он… это он заставил меня пойти на кухню.

– Ты видела его лицо?

– Нет. Он стоял у меня за спиной.

– Когда вы вошли на кухню, прямо перед тобой было окно. Свет был включен, на улице темно. Ты могла увидеть его отражение в стекле. Помнишь?

Джулиет пыталась припомнить, однако воспоминания ускользали и таяли, словно туман.

– Нет. Помню только нож. И голос. Он говорил так, словно издевался надо мною. Не знаю, как объяснить. Как будто… – Она запнулась в поисках подходящего слова.

– Как будто очень доволен собой? – подсказала Зои.

– Да, – выдохнула Джулиет. – Как будто доволен собой.

Уголки губ Бентли дернулись в легкой улыбке.

– Спасибо, – сказала она и сжала руку Джулиет.

Та выдернула руку. Эта женщина, заставившая ее вглядываться в собственный кошмар, была ей ненавистна. Джулиет ничего не сказала, лишь бросила на нее свирепый взгляд. Но Зои, кажется, и не заметила этого. Вряд ли ее интересовали чувства Джулиет.

В половине девятого Зои вдруг сообразила, что с самого завтрака у нее ни крошки не было во рту. Хотя нет, не совсем. Когда все в участке праздновали спасение Джулиет, Лайонс принесла пончики, и Зои тоже взяла один. А на обратной дороге из больницы купила в автомате батончик «Сникерса».

Теперь она сидела в номере мотеля, разложив перед собой фотографии с мест преступлений, с блокнотом в руке, и торопливо записывала все идеи, что приходили ей в голову.

И тут у нее громко заурчало в желудке.

Зои вздохнула и отложила блокнот. Взяв телефон, открыла «последние контакты», нашла номер Джозефа, хотела уже его набрать, но призадумалась.

Джозеф – отличный парень, с ним весело и легко. И провести с ним еще одну ночь… м-м… приятная перспектива. Но что дальше? Все равно это никуда не ведет.

В ту ночь ей требовалось отвлечься. Измученная мыслями об Андреа, она готова была хвататься за что угодно – лишь бы хоть ненадолго забыть о том, что Род Гловер преследует ее сестру. А от Тейтума толку не было – он на нее злился… кстати, она так толком и не поняла, за что. Оставался Джозеф.

Вот ужин с Тейтумом – это совсем другое. Зои сама не смогла бы объяснить, почему. Потому что они работают вместе? Но у нее и раньше бывали напарники, и никогда Зои особенно не заботило, что думают о ней другие люди. А теперь всерьез беспокоит то, что Тейтум, возможно, до сих пор обижен…

Они ведь толком и не поговорили. Дело Шредингера и беда с Андреа оттянули на себя все ее внимание. Может быть, оно и к лучшему.

А может, и нет.

Наверное, стоит поговорить начистоту – и раз и навсегда покончить с ссорой. Зои уже пыталась извиниться, но тогда Тейтум был в ярости, а она, кажется, сказала что-то не то и все испортила. Есть смысл извиниться еще раз. А потом вместе поужинать: она умирает от голода!

Выйдя из номера, Зои направилась к двери Тейтума. Постучала. Из-за двери донеслось сонное:

– Сейчас!

Она ждала, возвращаясь мыслями к последнему месту преступления. Оно, конечно, даже на первый взгляд отличается от предыдущих. Ящик с девушкой почему-то не зарыт в землю полностью. Провод от камеры не обрезан, а просто отсоединен и торчит из земли. Почему убийца изменил своим привычкам?

Разумеется, серийные убийцы часто меняют тактику. Их фантазии развиваются. И с каждым разом – с каждым убийством – они оттачивают технику, находят ходы и детали, лучше отвечающие их потребностям. Но почему он не закопал гроб целиком? Зои нахмурилась.

Отворилась дверь. На пороге, сонно моргая, стоял Тейтум: рубашка измята, всклокоченные волосы торчат во все стороны.

– Уснул прямо так, – вздохнул он. – Представляешь, как умаялся?

– Представляю, – пробормотала Зои. – Послушай, я хотела…

Почему же убийца отсоединил камеру?

– Так что ты хотела? – спросил Тейтум.

Бентли молча смотрела на него; мозг лихорадочно работал.

– Убийца, – сказала она. – Он понял, что мы вот-вот ее найдем. Поэтому отсоединил камеру. И поэтому… Вот – он пытался ее выкопать, чтобы убить! Чтобы она ничего нам не рассказала.

– Хм… очень может быть.

– Не может быть, а так и есть! – Зои протиснулась мимо него в номер и начала взволнованно расхаживать взад-вперед.

– Как раз собирался пригласить тебя войти, – подняв бровь, пробормотал Тейтум.

– Как ты и говорил, пистолета у него нет, – продолжала Зои. – Иначе он пристрелил бы Джулиет прямо через крышку.

– Тогда… почему же он не закончил свое дело?

– Должно быть, услышал, что подъезжают копы, испугался и бросился бежать. Они разминулись с ним всего на несколько минут.

– Не хочешь поужинать? – спросил вдруг Тейтум. – Я проголодался.

Зои подняла глаза. Ах да, для этого она сюда и пришла… Поесть.

– Хорошая мысль. Давай закажем пиццу или что-нибудь такое. Мне надо все обдумать.

Уже несколько часов он сидел в подвале, объятый паническим страхом. В голове крутились неотвязные мысли, планы, безумные идеи; но он не трогался с места. В любую минуту в дом могут ворваться полицейские. Что, если кто-нибудь заметил, как он отъезжает от места погребения за несколько минут до того, как там появилась полиция? Что, если девушка видела его лицо и смогла описать так ярко и точно, что теперь любой коп с первого взгляда его опознает?

Конечно, рано или поздно это должно было случиться. В конце концов, он сам привлекал к себе внимание. И понимал: однажды сделает ошибку или что-то упустит из виду, и его поймают.

Но почему так скоро?

Здесь, на столе в подвале, лежал список будущих экспериментов. Всего двадцать. По нарастающей. Проведя очередной эксперимент, он вычеркивал его из списка.

Вычеркнуты только два. А третий он провалил.

В ярости убийца схватил листок со списком, изорвал на мелкие кусочки, зажал в кулаке.

И снова замер в ожидании конца.

Посмотреть неоконченное видео?.. Нет, сейчас оно его не порадует. Скоро наверху послышатся тяжелые шаги, полиция вышибет дверь и, быть может, бросит в подвал световую гранату, чтобы ослепить его и избежать сопротивления…

Наконец, не выдержав напряжения, он набрал номер Дика.

Гудок. Второй гудок. Быть может, Дик сейчас в полицейском участке оглядывается на коллег и шепчет беззвучно: «Это он!» И все вскакивают, связываются с кем-то, чтобы срочно проследить звонок, а Дику шепчут: «Веди себя естественно!»