Чтение онлайн

– Я видела их автомобили во дворе.

– Неужели?

– Из «Голубого призрака». Самолета Харриет. Его владелец пригласил меня прокатиться.

Доктор Киссинг понимающе кивнул, затушив сигарету и потянувшись за следующей.

– Вы нас слышали?

– Звук двигателя «Джипси Мот», грохочущего, словно швейная машинка, в небесах над этой царской обителью, – одна из немногих неизменных опор в нашем меняющемся мире. Это происходило, полагаю, с без пяти минут шесть примерно до четверти седьмого.

Хоть что-нибудь может ускользнуть от этого престарелого кладезя информации?

– Прими мои глубокие соболезнования по поводу твоей матери, – сказал он с внезапной серьезностью и после секундной задумчивости продолжил: – Ты должна быть сегодня особенно храброй.

Он взглянул на меня старыми выцветшими глазами, и я поняла, что вот он, момент: мой единственный шанс сделать то, что я собираюсь, сказать то, за чем я пришла.

Доктор Киссинг велел мне быть храброй, и я буду храброй.

Я сделала глубокий вдох.

– Это вы Егерь, верно?

Со сводящей с ума медлительностью он затушил сигарету в переполненной пепельнице, хотя она была едва использованной, и тщательно выбрал следующую из плоского портсигара – не потому что нервничал, но потому что он контролировал ситуацию, контролировал полностью.

– Возьми вон тот стул, – сказал он, показывая на жуткий предмет мебели в углу.

Я передвинула эту штуку, издававшую нервирующие скрежещущие звуки, пока я ее волокла, и поставила между доктором Киссингом и окном.

С примерным видом села и ждала.

– Я расскажу тебе историю, – начал он. – Давай представим, что когда-то, много лет назад, где-то в Англии был древний ветхий дом священника, где собрались в полнейшей секретности величайшие мозги, которые только можно было найти во всей стране.

Я ухмыльнулась, представив, как ряды и ряды мозгов, каждый в своем стеклянном сосуде, аккуратно выстроились на полке в каком-то темном чулане.

– Это сказка? – уточнила я. – Или правдивая история?

– Закон о секретности даже спустя столько лет до сих пор имеет удивительно длинную и сильную руку. Так что это сказка.

– Моя сестра Даффи говорит, что так или иначе, но все сказки и мифы основаны на правде.

– Твоя сестра демонстрирует отличительные признаки леди и ученого, – заметил он. – Предрекаю, что она будет благоденствовать. Теперь же… Эти Мозги – Мозги с большой буквы, как я буду их называть, ибо они заслуживают не меньшего, – занимались расшифровкой кодов далекого императора.

– Император был злым? – поинтересовалась я.

– Конечно, как и все императоры в волшебных сказках. Злой император, видишь ли, очень опасен для демократии.

Я не поняла, но сделала вид, что понимаю.

– Давай предположим, что в течение многих лет наши широко раскинувшиеся следящие станции собирали и записывали все зашифрованные радиопередачи со всех кораблей императора во всех океанах и со всех самолетов в воздухе, но успехи были незначительными, удалось взломать всего пару кодов, а их было много.

– Вы говорите о Японии, не так ли? – Мы слушали удивительно похожий рассказ на «Би-Би-Си» во время одного из наших обязательных радиовечеров, к которым нас принудил отец. Кроме того, все знают, что из всех наших врагов, с которыми мы воевали за последнее время, император был только в Японии.

Доктор Киссинг проигнорировал мои слова и продолжил:

– Проблема заключалась вот в чем: как только мы взламывали код, император менял его.

– Откуда император знал, что код взломан?

– Ах, Флавия! Я счастлив, что возложенные на тебя надежды не оказались напрасными.

– Кто-то ему сообщал. Шпион!

Я возгордилась собой.

– Шпион, – эхом повторил доктор Киссинг. – Короткое неприятное слово с длинными и еще более неприятными последствиями.

Он выпустил маленький клуб дыма, за которым последовала длинная серо-синяя воронка, иллюстрируя свои слова.

– И что, если, – спросил он, – что, если этот шпион был одним из наших, одним из самых высокопоставленных среди нас, тем, к кому прислушивался король?

– Предательство! – сказала я, наверное, слишком громко.

– И правда, предательство. Но что мы будем с ним делать?

– Остановить его?

– Как?

Доктор Киссинг атаковал меня, словно кот мышь. Ответ на его вопрос казался очевидным, но я поймала себя на том, что не хочу облекать его в слова.

– Ну?

– Ну, убить его, наверное.

– Убить его. – Доктор Киссинг бесстрастно повторил мои слова. – Именно. Но «убить», как ты уже видела, как и «шпион» и «остановить» – просто слова, но у них есть чрезвычайно тревожные последствия.

– Ну хорошо, поймать его.

– Точно. Давай представим, что этот предатель из нашей сказки прочно укоренился в одном из далеких филиалов нашего министерства иностранных дел. Давай еще представим, что у него безупречные рекомендации. Что дальше?

Я долго и усердно думала, перед тем как ответить.

– Доставить его домой для правосудия, – наконец предложила я.

Отец рассказывал нам о правосудии во время лекций по средам, посвященным различным сторонам британского правительства, и я решила, что у меня неплохое знание предмета.

Я не была уверена, что мне так уж нравится мой вариант, но не могла придумать ничего лучше. Честно говоря, я начала немного уставать от вымышленной истории доктора Киссинга. Нет, не уставать, мне становилось неловко.

– Как она заканчивается, эта сказка?

Доктору Киссингу потребовалась целая вечность, чтобы ответить. Он снял очки, извлек безупречный белый носовой платок из кармана халата, с фанатичной тщательностью протер стекла, снова нацепил их и с выводящей из себя обстоятельностью выбрал еще одну сигарету из портсигара.