Чтение онлайн

— Фотография?

— Я уже добавила ее в скрытую папку «Шантаж Сиенны» в приложении для фотографий.

Клейн кивает.

— Всегда хорошая идея — скрыть улики.

Я поджимаю губы. Мы… ладим? Даже флиртуем?

Неприемлемо.

— Ну, Клейн-стриптизер. Спасибо, что спас меня от мошенничества с кредитной картой.

Я делаю шаг в его сторону.

— Ты хорошая лгунья, — говорит он, заставляя меня сделать паузу.

— Похоже, мои способности к вранью не уступают твоим, — я бросаю на него многозначительный взгляд. Он поднимает руки в знак согласия. — Думаю, сегодня я снова буду использовать эти навыки лжи.

Он меняет позу, и его футболка натягивается, чтобы приспособиться к движению. Я просто притворюсь, что его грудь не напрягается против ткани больше, чем раньше.

— Почему?

— Потому что мне нужно придумать историю расставания. Или это, или объяснять, почему мы пошутили, на что они захотят узнать, что во всем этом я нашла смешного.

Клейн пожимает плечами.

— Так не говори им, что мы расстались.

Я фыркаю.

— Что именно я должна им сказать, когда приду на свадьбу сестры без своего парня под руку? Что он боится воды и поэтому не может находиться на острове?

— С каких пор у тебя есть девушка?

Так, стоп. Я и забыла, что рядом стоит третий человек.

Клейн заглядывает мне через плечо.

— Холстон, как замечательно, что ты присоединилась к беседе.

Она отмахивается от него.

— Я стою прямо здесь. Как невежливо с вашей стороны игнорировать меня, — она наклоняется, чтобы положить что-то в холодильник, затем выпрямляется. — Два вопроса. Первый, — она смотрит на меня, подняв брови, — если это не твоя девушка, то кто же она? И второй: почему она называла тебя Клейном-стриптизером, и могу ли я, пожалуйста, сделать это твоим прозвищем?

— Это было три вопроса, — Клейн проходит мимо меня. Он выдвигает два барных стула, жестом приглашая меня сесть.

Я устраиваюсь на табурете, когда Холстон говорит:

— Ответь на все три, и я буду считать это извинением за то, что ты не познакомил меня со своей новой девушкой, которая не Меган.

Кровь отхлынула от моей головы и скопилась в желудке. Конечно, у него есть девушка. А почему бы и нет?

Клейн опускается на табурет рядом со мной. Упираясь одним ботинком в нижнюю перекладину, он прижимает предплечья к барной стойке.

— Мы с Меган расстались, Холстон. Шесть месяцев назад. Ты это знаешь.

Я чувствую облегчение? Нет. В этом нет смысла.

Она скрещивает руки и поднимает брови.

— Так вот почему она была здесь на прошлой неделе и смотрела на тебя щенячьими глазами?

Она смотрит на него в ожидании. Должна признать, что я тоже смотрю на него, и не только потому, что его пятичасовая тень от щетины — идеальное сочетание суровой мужественности. Я неуместно заинтересована в том, чтобы узнать, действительно ли эта Меган его бывшая.

— Где скотч, когда он так нужен? — бормочет Клейн.

Холстон ухмыляется. Похоже, нажимать на его кнопки — ее любимое занятие.

Мое внимание переключается между ними.

Клейн с крайне раздраженным видом говорит:

— Она нашла мою тетрадь, в которой было много заметок и подчеркиваний, и решила, что я захочу ее вернуть.

Не теряя ни секунды, Холстон отвечает:

— А не подумала ли она, что тебе также захочется вернуть и ее саму?

Я невольно смеюсь. Клейн бросает на меня косой взгляд и говорит Холстон:

— Не то чтобы это было твоим делом, но нет.

Глаза Холстон останавливаются на мне, но она выглядит менее воинственно, чем когда я вошла. Может, это из-за того, что я посмеялась над ее шуткой. Кажется, она защищает Клейна. Не в том смысле, что он ей нравится, а в том, что он ей дорог как друг.

— Новая девушка? — спрашивает она, поднимая на меня брови.

Я морщу нос.

— Ни в коем случае.

Холстон кивает, оглядываясь на Клейна.

— Мне нравится она. Любой, кто считает тебя отвратительным, мой друг, — она поворачивается ко мне. — Хочешь позавтракать? Уверена, ты голодна после вчерашнего.

Тепло от смущения заливает мои щеки.

— Умираю с голоду.

— Отлично, я закажу два завтрака Клейна.

— У тебя есть свой завтрак? — спрашиваю я его.

Его локти опираются на барную стойку, а подбородок лежит на пятке правой ладони.

— Она называет его так, потому что я прихожу сюда каждую субботу утром и ем перед тем, как идти на футбол.

— Ты играешь в футбол? — спрашиваю я, набрасываясь на эту информацию. Не знаю, почему мне это кажется таким интересным.

— Раз в неделю я провожу матчи для удовольствия, а по субботам тренирую любительскую команду своего племянника. Или тренировал, до того, как мой племянник вступил в клуб, — Клейн смотрит на часы. — Сегодня его первая игра в новой команде.

Я смотрю на него, пытаясь понять, врет ли он о том, что тренирует футбольную команду своего племянника, или же он действительно, возможно, хороший парень. Эта мысль заставляет меня пошевелиться на своем месте. На моей памяти он был злодеем. Но тренировать любительскую футбольную команду своего племянника? Это статус дяди-героя, и он не вписывается в рамки, в которые я его загнала.

— Хм, — произношу я, потому что ни за что не скажу, о чем я на самом деле думаю.

Холстон проницательно наблюдает за мной из-за своего компьютера. Я почти уверена, что она видит меня насквозь.

— Очень жаль, что вы уже расстаетесь, — говорит она, постукивая пальцами по экрану, пока оформляет наш заказ на завтрак. — У вас есть химия.

Клейн делает вид, что толкает меня локтем.

— Нет, у нас ее нет, — возражает он.

Да, есть. Именно поэтому я однажды затащила тебя в свою ванную и присосалась своими губами к твоим.

Холстон не обращает на него внимания. Она наливает каждому из нас по стакану воды и ставит их на барную стойку.

— Объясните мне, почему вы оба хорошо врете и зачем вам нужно говорить людям, что вы расстаетесь, если вы изначально не были вместе?

Я выпиваю всю воду одним махом, а затем рассказываю историю. Клейн вмешивается и настаивает на том, что он не хотел, чтобы все поверили нам вчера вечером. Он не до конца обдумал свои слова, пока не заговорил.

— Не хочу тебя расстраивать, — говорит Холстон, когда я заканчиваю рассказ, — но ты не можешь явиться на свадьбу сестры с твоим возлюбленным из колледжа без пары. А еще хуже — только что после «разрыва». Двойной статус неудачницы.