Чтение онлайн

Я машу рукой, и она кричит:

— Мы собираемся играть в карточную игру, — ее взгляд устремляется на отца. Он стоит к ней спиной, но наклонился вперед, зажав ладони между коленей и сгорбив плечи. Вернув взгляд ко мне, она спрашивает:

— Мне сдать на тебя?

— Да, — кричу я в ответ.

И тут, шокировав всех, отец Пейсли поворачивается и кричит:

— И на меня тоже.

Пейсли требуется целых три секунды, чтобы прийти в себя, прежде чем на ее лице появляется ухмылка.

— Будет сделано, — говорит она с радостью в голосе. Она отходит от ограждения и исчезает.

Мистер Ройс встает, поправляя сбившиеся на ногах брюки.

— Нет лучшего времени, чем сейчас, чтобы изменить ситуацию, верно?

Мы обходим по бокам лодки, направляясь к корме, где находится лестница.

— Говорят, что закат — это возможность перезагрузиться.

Он делает паузу, опираясь одной ногой на нижнюю ступеньку.

— Ты действительно писатель.

Клейн Мэдиган

@kleinthewriter

Бесценные вещи: солнце, обжигающее ее плечи, ее смех, когда она понимает, что рассказала хорошую шутку, то, как она изучает меня краем глаза, поцелуи на маяке, океанские глаза, ее беззаботная улыбка, когда она едет на велосипеде.

179 комментариев. 22к лайков. 127 репостов.

ГЛАВА 37

Пейсли

Сегодня четверг, известный также как день спа для женщин и день рыбалки на лодке для мужчин. Я просыпаюсь от сообщения Сесили.

Сесили: Девочка. ДЕВОЧКА.

Пейсли: Что не так?

Сесили: Ты хотела сказать: что так? Клейн все больше набирает популярность. Лайки, репосты, комментарии, упоминания. Если это не привлечет внимание редактора, я лично войду к ним в офис, одетая в рекламный щит с обложкой его книги и ничем под ней.

Пейсли: Я тебя отвезу. Но будем надеяться, что до этого не дойдет.

Сесили: Как обстоят дела на острове? Палома сказала, что ты не выходишь на связь и она собирается вылить тебе в ухо кипяток.

Переключившись на свой давнюю переписку с Паломой, я отправляю ей полусерьезную угрозу.

Пейсли: Я официально убираю чайник из офиса.

Палома: У меня в столе лежит мини-чайник.

Пейсли: КАКОГО ХРЕНА. Как дела с архитектором?

Палома: Очень хорошо, спасибо. Столы архитекторов многофункциональны, ты знала?

Пейсли: Очень мило. Только держись подальше от моего стола.

Палома: Как дела у Папочки Слова?

Пейсли: Очень многословный. Очень папочка.

Палома: Я ТАК И ЗНАЛА.

Пейсли: Не делай из этого что-то большее.

Палома: О, но это так. Это что-то.

— Не могу поверить, что папа играл с нами в карты вчера вечером, — говорит Сиенна, вытягивая ноги на шезлонге рядом с моими.

Мы находимся в спа-салоне уже три часа. Нас с ног до головы отшелушили, увлажнили, помассировали, а ногти покрасили в нейтральный светло-розовый цвет. Подружки невесты заканчивают последнюю процедуру. Мы с Сиенной остались одни в комнате отдыха. До сих пор мы старательно игнорировали тему нашего вчерашнего разговора на пляже.

Я надвигаю маску для сна на глаза, и вокруг все погружается в темноту.

— Странно, да? Но хорошо.

— Я не знаю, что буду делать, если он начнет мне нравиться.

— Ха, — говорю я. — Я бы не стала заходить так далеко. Он успел одарить маму и Бена по меньшей мере тремя презрительными взглядами. Ему еще далеко до того, чтобы нравиться.

— Верно. Они держались подальше от той карточной игры.

— Самосохранение, — шучу я.

Мой папа сыграл четыре раунда в «Как достать соседа» — не очень приятную карточную игру, где каждый сам за себя и неизменно заставляет людей кричать от возмущения. Это было самое веселое времяпрепровождение с отцом за последние годы.

Сегодня мы хорошо проводим время, поэтому я решаю пойти на риск и спросить:

— Как у вас с Шейном дела в преддверии свадьбы?

Моя сестра молчит, а потом говорит:

— Отлично. А что? — в ее тоне чувствуются оборонительные нотки.

— Без причины, — я стараюсь придать своему тону беззаботность. — Это может быть напряженным временем для пар, вот и все.

— Не для нас, — ее тон слегка резкий и раздраженный. — У нас все хорошо. Без стресса.

— Хорошо.

— Кстати, я поговорила с Шейном. Я ошиблась. Он не ревнует, — она смеется, и хотя это мелодичный смех, он вынужденный. — Это просто я увидела то, чего нет, и раздула драму.

Никогда в жизни я не была так благодарна за маску для сна. Я позволяю себе многозначительно закатить глаза и говорю:

— Рада, что ты с этим разобралась.

— М-м-м мгх…

Дверь в комнату отдыха открывается, и я сдвигаю маску с глаз, чтобы посмотреть, кто там. Входят подружки невесты, в халатах и с блаженным видом.

— «Мимозу» у бассейна спа в завершение дня? — спрашивает Марен.

Я быстро встаю с шезлонга, готовая уйти от этого разговора с сестрой.

— Запишите меня.

Одна «Мимоза» перед тем, как я вернусь к Клейну, звучит идеально.

Я вхожу в спальню дома в то самое время, когда Клейн выходит из ванной. На нем светло-голубые шорты, футболки нет, волосы блестят от влаги. От одного его вида у меня в груди расцветает жар. Этот мужчина преступно привлекателен.

Улыбка появляется на его лице, как только он видит меня.

— Как рыбалка? — спрашиваю я, наблюдая, как он проводит рукой по волосам, которые стали на тон темнее, чем обычно.

— Хорошо. Я поймал двух королевских макрелей и одну лакедру.

— Не знаю, что это значит, но, — я поднимаю два кулака в воздух и трясу ими, — ура.

Клейн ухмыляется.

— Шейн поймал маленькую акулу.

— Подходит.

— Как прошел спа? — Клейн подходит ближе, и я наклоняю голову для поцелуя. Как будто мы пара, и я возвращаюсь домой.

— Это был спа. Мои мышцы, которые расслабились после массажа, уже снова напряглись.

Наверное, из-за разговора с Сиенной. Потребуется нечто большее, чем «Мимоза», чтобы снять раздражение с моего тела.