Чтение онлайн

Голова раскалывалась так, будто семь часов в кровати она не находилась в царстве Морфея, а отрывалась на Берлинском рейве. Аннабелль хорошо знала это ощущение и первым делом засунула исхудалое тело в душ. Холодная вода, струящаяся по коже, заставляла вздрагивать и пробуждаться. Оперевшись о стенку душевой кабинки, закрыв лицо руками, блондинка остановила весь мир вокруг себя, погрузившись в мысли.

Приходя в себя, Аннабелль собралась увидеть своих родителей, подъехать к их дому, хотя бы посмотреть со стороны. Она все еще не могла набраться сил и позвонить, не могла или не хотела. Отказавшись от общения с ними еще восемь лет назад, девушка уже не представляла, что когда-нибудь захочет вернуть все на круги своя. Периодами, руки тянулись к телефону – Морган скучала по голосу мамы, но разум не позволял сердцу сглупить. Мама тоже не звонила Аннабелль. Скорее всего, смирилась с тем, что ее дочь выбрала другую жизнь, в которой ей не найдется места. Морган задумывалась о том, что бы могло произойти, если бы она прислушивалась к родителям, тогда, в две тысячи двенадцатом? Очевидно, произошел бы обещанный конец света.

Взяв деньги с кредитной карты, Аннабелль арендовала машину в каршеринге. Доллар-Де-Армас встретил ее ухоженными одноэтажными домиками, аккуратно высаженными елочками и сотнями детских площадок. Каждая улица, по которой девушка проезжала, оказывалась связанной с каким-нибудь событием в жизни. Жаль, что прошлое так давно ушло. С радостью Аннабелль превратилась бы в ребенка и качалась на качелях с Уильямом. Или прокатилась бы на велосипеде по парку Сантенэр. Психолог говорил девушке, что в моменты, когда чувствуешь себя особенно плохо и тяжело, нужно вернуться в детство и поговорить с внутренним ребенком – маленькой девочкой Аннабелль Морган, все еще мечтающей о светлой любви и игрушках. В груди у нее сжималось что-то каждый раз, каждый раз, когда разум делал хотя бы одну попытку раскопать давно прошедшее время. Маленькая девочка, кажется, давно забилась в угол и не понимала, почему ее взрослая версия совсем не заботится ни о себе, ни о ней.

Завернув за угол улицы, названной в честь взятия Бастилии, Морган вжалась в водительское кресло.

– Какой кошмар, – тихо произнесла она, прикрыв рот рукой, – о, боже, боже!

Она испугалась увиденного, как только разглядела ближе. Выйдя из машины, девушка остолбенела. Ее прошлое разбилось вдребезги, как разбиваются песочные замки о волны. Аннабелль остановилась перед развалившимся зданием, глядя на него с отвращением. Ее голова кружилась, казалось, что она опять потеряла опору. Девушка начала задыхаться, ее сердце забилось быстрее, а руки затряслись. Она была готова бежать прочь, но что-то заставило ее остаться. Дом Морганов превратился в страшное строение, едва напоминающее чье-то жилище. Трехэтажный коттедж, прежде бывший гнездом для счастья и уюта, повалился набок, протрещал по швам. Окна оказались разбитыми, дверь выломана, а фасад сгнил.

Наконец, она собрала волю в кулак и пошла к дому, ближе. Каждый шаг казался как пытка, но Аннабелль продолжала идти, пока не оказалась перед входной дверью. Она вздрогнула, когда прикоснулась к холодному металлу, и открыла ее. Никто не запер ничего, кто угодно мог войти. Внутри царил полумрак, покрытый пылью и паутиной. Кресла и диваны были разбросаны, картины свисали с крючков, а ковры были порваны и затерты до дыр. Аннабелль прошла через комнаты, ощущая запах старости и упадка. Когда она дошла до своей комнаты, сердце ее замерло. Из всего интерьера сохранились только дурацкие обои с бабочками, которые она ненавидела и мечтала переклеить. Окно было разбито. Сердце у Морган сжалось – неужели, никому не было дела до коттеджа? Неужели, родители просто забросили его?

– Дом пустой, и я такая же. Вот мы с тобой и на равных, – сказала девушка, тяжело вздохнув.

Спустившись, Аннабелль закурила. Цветочного сада больше не было, он зарос сорняками. Разрушенный дом, запущенный сад и она – красивая декорация. Аннабелль глубоко затянулась дымом и задумалась о том, что делать с коттеджем, как минимум, стоило бы найти новых хозяев.

Заметив соседку, выходившую из дома, Морган громко окликнула ее:

– Мадам Катель!

«Настоящая удача».

Жоан Катель отвлекалась и, прищурясь, взглянула на Морган. Девушка с ужасом заметила – прекрасная француженка потеряла былой блеск в глазах, как и свою молодость. Лицо утопало в морщинах.

– Простите меня, юная леди, я не знаю Вашего имени. Вы что-то хотели? – старческим голосом произнесла Катель.

– В детстве вы кормили меня печеньем, политым кленовым сиропом, и давали попробовать сидр. Ну, Мадам Катель! Жоан! – радостно воскликнула Аннабелль.

Глаза женщины просияли, наконец.

– Боже правый! Аннабелль! Ты вернулась! Детка, как давно я тебя не видела! – радушно произнесла женщина, оборачиваясь к своей собеседнице.

Аннабелль улыбнулась и отдала дань уважения своей бывшей соседке.

– Да, Мадам Катель, я вернулась. Но тут что-то совсем все запустили, – ответила она, кивнув в сторону заросшего сада, – как у вас дела?

Жоан покачала головой.

– У меня по-старому, вот собираюсь стирать ковер, а то Генри, мой кот, решил его пометить. Детка, твои родители здесь больше не живут. Твоему отцу предложили хорошую должность в Торонто. Они с матерью продали это коттедж какой-то дамочке из Парижа, а та, как видишь, запустила его. Может, умерла? Дом стоит, рушится, никому не нужный. Может, ты, Белль, сможешь придумать что-нибудь?

– Может у вас есть телефон мамы? – обеспокоенно спросила Морган.

– Я тебе дам, естественно. Только ты позвони , у мамы после твоего побега стало не очень хорошо с сердцем. Пьет капли каждый божий день.

Соседка достала из кармана новенький смартфон, попросила девушку сказать свой номер телефона. Получив сообщение с адресом и номером родителей, Аннабелль небывало обрадовалась. И, о боже, они все-таки вместе. Значит, Лилиан не ушла от Эммета. Похоже, отец все-таки добился своей цели? Аннабелль с трудом представляла, как она зайдет в их дом, станет говорить с ними прежним образом. Нет. Как прежде уже не будет. Ее прежней больше нет. Путешествия и трудности сделали эту девушку другой. Она вспоминала историю про Кафку и куклу*, которую он подарил девочке. История сильно отзывалась в ее сердце.

– Спасибо, Мадам Катель, – поблагодарила женщину Аннабелль и быстрым шагом отправилась к автомобилю.

– Пожалуйста, дорогая, – вежливо ответила Жоан, направляясь в противоположную сторону. – Храни тебя Господь.

Белль села в машину и ухмыльнулась, громко включив музыку. Ее мысли не заглушились даже старенькими песнями Thirty Seconds to Mars. Телефон и адрес родителей у нее в руках, но почему она звонит, почему не едет к ним?

Она каждый раз себе все объясняла, раскладывала по полочкам: если бы действительно Лили и Эмметт нуждались в ней, то перевернули бы весь мир, дабы найти свою дочь и вдохнуть в нее жизнь. Восемь лет. Ни единого звонка. Ни единого слова. И кого обвинять? Дочь, оставившую лишь одну записку перед отъездом, или родителей, что недостаточно заинтересованы в своей дочери? Быть может, Морганы считали ее взрослой и сочли важным отпустить свою дочь. Все может быть. Она обязательно поедет в Торонто в ближайшее время, но не сегодня.

Так страшно на нее смотрел кирпичный трехэтажный коттедж, окруженный сорняками. Ведь ее трагедия началась в этом, теперь уже грязном, ветхом доме... Пришло время рассказать историю, забравшись в самое начало.

Аннабелль закрыла глаза руками, воспоминание влетело в голову.

9 лет назад .

– Дороти Нуар, вас атакует Уильям Воттерс! – закричал Уилл и прицелился для того, чтобы нанести удар снежком по подруге.

Школьный двор наполнился смехом после уроков. В Канаде снег выпадал не часто. Дети радовались ему и проводили большую часть дня на улице, играя в снежки, катаясь на санках и строя снежных баб. Шум и веселье не оставили равнодушным никого из учеников, а некоторые даже перестали замечать холод, забыв об уроках и домашних заданиях.

– Нет, нет! Ты что, совсем, Воттерс?! Сейчас Аннабелль придет, и будет тебе обстрел! – сердито сказала Дот, присаживаясь на скамейку, предварительно отряхнув ее от снега.

Уилл нахмурил лоб, поправляя съехавшую на макушке шапку, по форме напоминающую носок. Перчатки насквозь промокли, как и ботинки, но домой юноша не спешил. Он терпеливо ждал Аннабелль, чтобы пойти вместе.

Во время того как Дот и Уилл играли в снежки, точнее, Уилл играл, а Дот закатывала глаза, Белль боролась за высший балл по естественным наукам, пусть и занятия давно кончились. Миссис Гордон оставила девочку после занятий, чтобы та ответила на дополнительные вопросы. И никто не сомневался: Морган выйдет из здания школы с легкой победой в кармане.