Чтение онлайн

Просторная квартира превратилась в клетку – Белль не знала, куда себя деть. Она блуждала по углам, рассматривая сувениры и фотографии, стоявшие в разных местах дома. У Ронана была небольшая гардеробная комната, заполненная дорогими вещами, наглаженными вещами, фирменными кроссовками и сумками. В юности он постоянно носил разные толстовки и спортивные штаны, но с возрастом перешел на что-то более классическое. Этот стиль шел ему гораздо больше – подчеркивал мужественную фигуру: широкие плечи, узкую талию, длинные ноги. Из гардеробной Аннабелль переместилась в спальную – Ронан любил минимализм, но эта комната явно выбивалась из стиля. Там действительно было много вещей без своего места – какие-то книги по психологии, свечи, таблетки...Ватман, свернутый в трубочку, об который девушка споткнулась.

Она развернула его и ухмыльнулась. Он был полностью заполнен фотографиями Ронана и Дарсии. Двойные стандарты. Парочка часто появлялась вместе на светских вечеринках, путешествовала и отдыхала в красивых местах. Дарсия с годами немного изменилась – чуть набрала вес и взгляд у неё стал совершенно уставшим. Жизнь девушки всегда была почти идеальной: повезло с внешностью, мила, влюбляла в себя мужчин. Тем более, таких, как Ронан Воттерс - Кляйн. Аннабелль казалось, что это выставлялось напоказ специально, помогало скрыть проблемы и сложности модельного бизнеса. Да и с Ронаном – они вряд ли ладили на сто процентов. Внимание Морган привлекла самая нижняя фотография. Приглядевшись, она изумилась: на изящной руке Дарсии сияло кольцо. Белль пораскинула мозгами: Ронан собирался жениться на Дарсии, но та изменила ему. Разорвала она помолвку самостоятельно или Ронан сделал это, неизвестно, но ситуация до глубины души тронула. Как будто...Девушки пытались найти ему замену, найти кого, кто стал бы лучше, но лучший человек уже находился рядом. Любил ли Дарсию Воттерс - Кляйн или просто привык? Любила ли Аннабелль Адама или не могла уйти, потому что боялась? Так или иначе, Морган ненавидела себя за бесконечную дилемму: кого выбрать и с кем остаться. Одного мужчину она выбирала телом и душой, второго – сердцем и головой. Она совсем не остыла к Клэману, а к Ронану испытывала нежность.

Аннабелль писала и звонила весь день, но он так и не ответив. Не дождавшись, девушка легла спать.

На следующее утро она проснулась с мыслью о новой картине. Вдохновение снизошло, впервые за долгое время. Она приходило все реже и реже. Через пару часов, вернувшись домой с полным пакетом красок и бумаги, Аннабелль расположилась на полу вместе со своими творениями. Собрав волосы в небрежный пучок, она надела потрёпанный джинсовый комбинезон, включила незатейливую музыку и отдалась творчеству. Штрих за штрихом, мазок за мазком – пустой холст оживал, преображался, приобретал вид. Вспоминая лекции об искусстве в университете, девушка выкладывалась на максимум. В каждую работу вкладывала кусочек души. Ее картины можно было найти в Европе, там они быстро находили новых хозяев, и Аннабелль часто думала о том, какие дома они украшают. Работы часто казались ей слишком личными, но никто, кроме нее, не знал истинного смысла. Сколько картин оказались посвящены Адаму...Почти все. Искусство редко приходило от счастья и радости, оно находило отражение в боли и одиночестве. По крайней мере, в жизни Аннабелль так повелось.

— Надеюсь, рисуешь не портрет Клэмана, — раздался голос Ронан позади.

Аннабелль оторвалась от рисунка, подняв голову. Воттерс - Кляйн стоял сзади нее, рассматривая рисунок. Девушка обратила внимание на то, как устало выглядел Ронан, будто не спал несколько ночей. Взъерошив волосы, мужчина рухнул на диван вместе с сумкой.

— Упаси господи рисовать его в твоей квартире. Пришла мысль, хочу кое-что на продажу выставить, — объяснила Аннабелль, — пытаюсь побыстрее заработать, не хочу тебя стеснять.

— Стеснять? В этой квартире можно поселить баскетбольную команду...— вскинув бровями, сказал мужчина.

— Не в этом плане. Я все еще думаю про ситуацию с фотографиями.

— Да, я здорово вспылил, поэтому уехал, подумать.

Ронан кинул взгляд на развёрнутый коллаж, поджал губы, а Белль кивнула в его сторону.

— Ты тоже хранишь фотографии с бывшей, — произнесла девушка, — и наверняка иногда думаешь о ней. Это нормально, Ронан, потому что бывшие – часть жизни, их нельзя полностью забыть. А еще люди хорошо расстаются, видятся после отношений, и так далее.

Ронан двинул плечом.

— Храню, только для того, чтобы порой посмотреть на них и понять, какой я дурак. Дурак, каких надо поискать.

— Почему ты так говоришь? — взволнованно спросила Аннабелль.

— Я разорвал помолвку с Дарсией за два месяца до свадьбы, — объяснил он, — из-за ее измены. Она спала с моим лучшим другом, пока я уезжал на соревнования. Узнал об этом случайно – заметил их вместе в клубе. Патрик признался во всем, не стал отмазываться. Только представь, в одну секунду рухнули отношения длиною в три с половиной года.

— И ты не простил?

— Я не прощаю измен, поэтому всегда ставлю вопрос ребром: либо я, либо никто. Я всегда первый мужчина, никогда не стану любовником или запасным вариантом. Так отец воспитал.

Аннабелль вертела кольцо на пальце. Подарок Адама. Маленькое, тонкое, серебряные с розовым камнем в виде сердца. Одно из тех, что осталось в ее коллекции.

— Да, за один раз потерять лучшего друга и девушку – дерьмово.

— Незаменимых нет, — сказал Ронан, попытавшись улыбнуться, — а предателей около себя не держу.

— Так скажи мне. Тебя ведь не фотки до такой степени разозлили?

— Фотографии стали последней каплей. Охранник внизу спросил – ждал ли я гостей, рассказал про тебя и Клэмана. Было обидно узнать о твоей встрече с ним от постороннего мужика.

— Ронан, эта встреча была случайной, — сказала Морган.

— Какой бы встреча не была...Я хотел бы о ней знать от тебя.

— Сглупила, — вздохнув, призналась Белль,— не подумала, как сильно могу тебя обидеть.

— Ты всегда была умной девочкой, даже когда убегала куда-то, ты знала, куда бежишь. И сейчас тоже самое. Не делай больно ни мне, ни себе, — уставшим голосом, попросил Ронан.

— Я правда не планировала. Извини. Ненавижу оправдываться, не буду этого делать. Между нами ничего не было, — сказала Аннабелль холодно.

— Никто не заставляет оправдываться. Я хочу отношения строить на доверии. Доверяй мне, а буду верить тебе. Хорошо? — зевнув, предложил Ронан.

— Хорошо, я буду самой хорошей девочкой на свете.

— Ты самая хорошая девочка на свете для меня, — прошептал Ронан, — я тебе верю.

— Может, ты ляжешь спать? Не спал ночь? — побеспокоилась девушка.

— Все хорошо... — пробормотал он. — Устал.

Ронан закрыл глаза, и спустя мгновение, сладко спал. Вытерев руки, девушка накрыла его пледом и включила светильник вместо ярких люстр. Воттерс-Кляйн выглядел умиротворенным и милым, шумно вздыхая во сне.

8 лет назад.

Друзья вышли с контрольной по истории. От всевозможных шпаргалок, от которых лопались карманы. Списать удалось быстрее, чем задумывалось, поэтому друзья вышли на задний двор, спрятавшись в местечке для курящих.

— Я скоро блевать начну от этих контрольных, — сказал Доминик, делясь с Морган сигаретой, — фу.

— У меня голова раскалывается, — пожаловалась Морган, затягиваясь. — Не помню уже, когда в последний раз просто рисовала дома, а не учила эту хрень про давно мертвых мужиков.

— Да у меня тоже. Я все время хочу спать. Проспал бы лет двадцать. А лучше бы вообще не просыпался.

Аннабелль поперхнулась, стряхнув пепел с сигареты. Доминик явно не был в настроении этим днём, как и она. Сил едва хватило только на то, чтобы придти в школу и изображать живого человека. Мысль о возвращении домой угнетала. Шантильон смотрел на проезжающие машины, и затягивался.