Чтение онлайн

Как бы то ни было, но минут через пять дворецкий уже стоял передо мной.

– Гюнтер, а напомни, пожалуйста, что там за указ такой был, в котором Аристофан должен был в наших злачных местах инспекцию проводить?

Дворецкий закатил глаза… пардон – глаз к потолку, пожевал губами и процитировал:

– «Назначить Аристофана главой инспекционно-санитарной комиссии и со всеми его бесами отправить в подвалы»…

– О, как… Ну да точно, так я и распорядился тогда, – я повернулся к Аристофану, – Ну и что там сегодня произошло?

– Облом, босс. Мы типа в один кабак сунемся мол, проверка пришла, радуйтесь в натуре, а там уже кодла охранников с соседних забегаловок набежала конкретно. Мы в другой, а они уже там. Их реально много, босс.

– А не в том дело, – вспыхнул вдруг дед, – что много, а в том, что супротив указа царя-батюшки переть посмели!

– Точно, деда, – согласился я. – Похоже, не додавили мы их тогда.

– В натуре, босс, – подтвердил бес.

– Был там один… не помню имя, но говорил, что бар у него… как же там?.. А! «Бес и дева».

– Матвей, босс, – подсказал Аристофан. – Реальный мужик, без базара. Только таких там – две-три штуки на всю кодлу.

– Точно, Матвей. Давай-ка, Аристофан тащи его сюда, поговорим. А вообще надо вопрос решать кардинально. Ну что за дела – каждый месяц нам бунт теперь устраивать будут?

– Под корень их вырезать, внучек, – предложил дед, – а заместо их новую прачечную открыть, али вторую кухню.

– Не-не, Михалыч! – перепугался Аристофан. – Никак нельзя в натуре, ты чё?!

– Да-а… Не поймёт нас народ, дед, если совсем прикроем. Тогда весь дворец взбунтуется.

– Опять же прибыль оттудова немалая идёть, – забрал назад своё предложение Михалыч.

– Я погнал, босс? За Матвеем типа?

– Давай, Аристофан, только быстро. В кабак не заверни по пути.

– Прикажете снова ополчение скелетов созвать, Ваше Величество? – предложил Гюнтер. – В помощь вашей гвардии?

– Да пока вроде и не надо, спасибо.

Гюнтер ушел, а на его место вскоре заявился Аристофан со знакомым мне уже владельцем бара – Матвеем.

– Ну что, Матвей, – строго начал я, – не оправдал ты моих надежд. Опять бунтовать вздумали?

Матвей рухнул на колени:

– Не вели казнить, батюшка, а только не виноватые мы.

– А кто виноват? Надеюсь не я?

Шутка не удалась – Матвей только непонимающе посмотрел на меня и вздохнул:

– Не по-людски у нас там дела идут, батюшка. Маемся мы, горемычные, тыкаемси туды-сюды, а без толку. И рады бы жить тебе да себе на пользу, а никак.

– Вот как? Порядка не хватает? А если наведу порядок, не взвоете?

– Да батюшка ты наш… – Матвей даже подскочил. – Да ты только силушкой всподмогни, а мы уж порядок и сами наведём!

– Понял, Матвей, хорошо. Будет вам силушка.

Матвей ушел, Аристофан не сводил с меня преданных поросячьих глазок мол, вот-вот озарит меня и всё само собой исправится. А дед, как обычно при решении проблем, потащил на стол самовар.

– Деда, погоди пока со своим чаем. Только же оладики ели.

Дед вздохнул и к моему изумлению без споров и причитаний утащил самовар в свою комнату.

Я повернулся к бесу:

– Аристофан, давай гони свою банду обратно в казарму и сидите там пока не позову.

– Отряд у меня, босс, – привычно надулся Аристофан. – Типа реальный боевой такой.

– Отряд-отряд, – отмахнулся я и едва бес покинул Канцелярию, плюхнулся на диван и потащил из коробки сигару.

Нет, я не заядлый курильщик, так иногда балуюсь. Да и сигары какие-то горькие, крепкие. А вот повертеть её в пальцах, полюбоваться на сизый дымок – очень даже способствует в раздумьях.

Сразу предупрежу возмущение дотошливых читателей мол, не может быть в этом времени табака, помидоров, той же картошки и много другого. Правы вы, абсолютно правы – не может быть. Но – есть. Я тоже сначала удивлялся, но Кощей всё очень просто объяснил: привозят купцы из-за моря-окияна. И всё, все вопросы сняты.

Дизель тихо скрипел за дверью, бесенята так же тихо пихались и ёрзали в моём кресле, не отрываясь от монитора, на котором Волк всё так же безуспешно гонялся за Зайцем. Дед, сидя за столом, начищал ордена и медали с моего генеральского мундира и изредка поглядывал на меня – не созрела ли очередная гениальная идея у внучека.

А ведь созрела. Не быстро, не полностью, но когда я подскочил внезапно с дивана, дед заулыбался, покивал головой и пошаркал за самоваром.

– Михалыч, а вот скажи, – я еле дождался когда дед водрузит самовар на наш большой стол из простых струганных досок, – если я тут натворю что-нибудь, ну указ какой издам, который Кощею не понравится, не прибьёт ли он меня потом когда вернётся?

– Ну, если ты не вздумаешь, к примеру, перенести дворец в Лукошкино или еще какую глупость не сотворишь, то посопит Кощей-батюшка, да и махнёт рукой своей костлявой. Ить он же тебя на царский пост назначил, значится всё, что ты ни делаешь, всё с евойного одобрения получается. Захочет тебе пинка дать, а не станет, чтобы престиж свой не уронить.

– Престиж… И откуда ты, деда такие словечки знаешь?

Михалыч только фыркнул. А да, всё время забываю, что дед в молодости по Европе гастролировал и на основных европейских языках худо-бедно, а объясниться может.

– Деда, тогда следующий вопрос: а не повысить ли нам Калымдая? Сейчас он у нас майором служит, а мы ему дадим… ну, полковника, скажем. А? Кощей не озвереет от такого моего самоуправства?

– Да и хрен с ним, – пожал плечами Михалыч. – Ежели и озвереет, так сбегает на луну провоется да отпустит его. А ты ведь, внучек, – дед прищурился, – не от доброты душевной нашего бравого вояку в чине повысить хочешь, а? Ну-ка признавайся, что ты там удумал?

Признаюсь, конечно, только вас с Калымдаем познакомлю. Ну, тех, кто еще с ним не знаком. Есть у Кощея отдельное войско даже, скорее – народ. Шамаханами называются. Бандиты натуральные, очень похожи на монголо-татарских захватчиков только в отличие от них по физиологии своей ближе к бесам: рожки, хвостики, хотя и без пяточков. Используются они для защиты в основном восточных границ, а также для любых военных кампаний. Вот и наш Калымдай от роду – шамахан. А по натуре – эдакий царский офицер XIX века. Прошёл обучение в Военной Академии имени Кощея, растерял шамаханское варварство, а взамен приобрел кроме воинских знаний офицерский блеск и элегантность.

Когда мы с ним в первый раз встретились, он был в чине ротмистра и командовал отдельной сотней шамахан, которых выдрессировал в настоящий спецназ. Видел я их и в бою и во время спецопераций – бойцы великолепные. После первого же нашего совместного дела я выклянчил у Кощея майорский чин для Калымдая. А потом как-то незаметно мы сдружились, а после того как я перетащил его со всей сотней к нам в Канцелярию, мы вообще не разлей вода. Его сотня, кстати, прямо тут у нас и располагается. Как выйдешь из кабинета, так в одну сторону – казарма бесов Аристофана, а в другую – Калымдай со своими ребятами.