Чтение онлайн

– Я не успокоюсь, пока он не потеряет всё так же, как я, - произнесла Брин и у меня просто мурашки пробежали по коже от её безумного взгляда.

Я не могла осуждать Брин. Мне было страшно представить, что было бы, если я потеряла подруг и в одиночестве тянула такой груз. И всё из-за того, что Самануэль решил мной исправить свои ошибки! Но, даже не смотря на это понимание, чувство неправильности происходящего меня не покидало.

Свадебная церемония подошла к концу: муж и жена поцеловались, и толпа людей счастливо закричала. В воздух полетели цветы, шляпы, трусы и соседи, в общем, всё, что могли подкинуть. Даже меня какие-то два умника подняли над толпой и пустили вперед по "рукам", словно участницу той самой железо-группы. Я верещала от страха (это очень страшно!), рядом весело хохотала Брин, а толпа лихорадочно кричала:

– Кисло!.. Кисло!.. Кисло!..

Когда нас наконец-то спустили на землю, благо на окраине многотысячной толпы, я крепок схватила за руку Брин, которая рвалась назад, в жажде выступить на бис, и потащила её бар, где остался Мальх, напиваться от всего происходящего. По дороге Брин меня резко дернула за руку и потянула в другую сторону со словами:

– У меня появилась идея!

Мы прошли через несколько улиц и свернули в неприглядный поворот между двумя зданиями. Возле железной двери, которая была задним выходом в магазине одежды, мы затормозили, и Брин, без лишней суеты и проволочек, открыла дверь с помощью силы Тьмы и быстро затащила оторопевшую меня внутрь.

– Брин, ты что творишь? Ничто тебя затяни!
– зашипела я.

Брин включила свет, и лампочка осветила большую комнату, заполненную шкафами с одеждой, туфлями и другими аксессуарами.

– Сама за грань вали, - не злобно отгрызнулась "сестричка" и весело на меня глянула: - Хотя ты и так туда свалишь, так чего истеришь?
– Она подошла к одному из шкафов и принялась перебирать на вешалках платья, бормоча под нос: - Щас-с мы тебя нарядим и отправим в объятья твоего компаньона.

– Что?!
– выпала я в осадок.

– Я, по-твоему, слепая и не вижу, как вы друг на друга зыркаете?
– Кинула она на моё опешившее лицо взгляд и рассмеялась.
– Как он, кстати? Хорош?
– Брин с намеком улыбнулась.

– Да мы с ним только целовались, - быстро пошла я на попятные.
– Да и ты с Мальхом тоже должна была целоваться, когда сняла проклятье.

– Я?
– удивилась Брин и рассмеялась: - Неее. Я как сняла с него проклятье, так он тут же исчез в телепорте и оставил меня одну, мудак. Хорошо, что ко мне Тьма пришла и всё прояснила, а то я бы где-то по пути к цивилизации подохла.

– Как в телепорте?
– не поняла я.
– Принцы ведь не обладают полной силой и не могут телепортироваться. Только Повелители.

– А Мальхиор - Повелитель, - удивила она, не оборачиваясь.
– Уже как два месяца правит. Артунг умер как раз, когда я находилась в домене Хаоса, и принц Мальхиор пообещал мне приличную сумму за снятие проклятья. Я и согласилась. У вас не так было?

– Нет. Мы с ним подружились, он попросил помощь, и я помогла.

– Значит, втерся в доверие?
– усмехнулась Брин.
– А он неплохо устроился.

Я промолчала. Брин повернулась, взглянула на меня и спросила:

– Что? Возникать не станешь? Типа, не правда, он хороший?

– Нет, - согласилась я.
– Думаю, он действительно решил втереться мне в доверие, чтоб я ему помогла. И потом он меня тоже кинул, правда, немного не так. Но есть единственная вещь, из-за которой я ему всё простила и теперь доверяю.

– И какая же?
– с сарказмом уточнила Брин.

– Он прыгнул за мной в Бездну. Грань, по-вашему.

Лицо у сестрёнки изменилось, и она удивлено произнесла:

– Я думала, вы вдвоем отправились миры спасать.

– Нет. Должна была только я, но он кинулся за мной, притом не зная, что именно такое Бездна, и выживет ли он вообще.

Брин слабо улыбнулась, хмыкнула с грустью и искренне произнесла:

– Я рада за тебя, сестрёнка.
– Схватив вешалку с синим платьем, она кинула её мне со словами: - Лови и одевай. Думаю, тебе очень подойдет.

Это оказался сарафан из легкой, приятной ткани. Юбка была до колен и шла складками, вырез был квадратный, и держался сарафан на двух толстых лямках. С виду сарафан был простым из-за отсутствия украшений, но они и не требовались: красиво мерцающая ткань вполне окупала это с избытком.

– Так, - критически оглядела меня Брин с ног до головы.
– Увеличь грудь на один размер. Ноги удлини на десять сантиметров и сделай плечи чуть уже.

Я выполнила её указания, и она довольно закивала головой:

– Так-то лучше. Волосы ещё длинней сделай, - добавила она и поставила возле меня чёрные босоножки с каблуками и ремешками, которые шли до самых колен.

– О! Белье!
– осенено воскликнула Брин и выбежала из магазина через задний выход.

Вернулась она через пару минут с двумя комплектами красивого сексуального белья: чёрным и красным. Первый она кинула мне, второй - забрала с собой в примерочную.

Через минут двадцать мы были готовы. Я была одета с синий сарафан и чёрный тонкий пояс, на ногах - чёрные босоножки. В ушах сверкали небольшие бриллианты ("сестрёнка" наведалась ещё и в ювелирный), а в руках я сжимала чёрную микро-сумочку. Брин же надела чёрное, очень красивое вечернее платье в пол с затянутой сеткой спинной и разрезом до бедра, отчего прекрасно были видны её чёрные чулки. Красные туфли на шпильках, красная сумочка, большие серьги с алмазами и красная помада завершили образ.

Со стороны мы были как две сестры-близняшки. Только одна была в образе наивной девушки с водопадом светло-коричневых волос до талии с фиолетовыми кончиками. Вторая - гламурной идэл с прямой чёлкой и удлинённым каре чёрного цвета. Вид мы имели очень колоритный!

Седьмой мир

30 число месяца Шестилапой Выдры

Домен Хаоса. Город Маньяк-Ситти

Бар "Ху из пьянь?!"

19:50 по местному времени

Где там тот аппарат, который вычисляет пафос? Если бы его создали, починили после нашего выхода в первый раз в резиденции Хаоса, то сейчас бы он поломался повторно от зашкаливанния пафоса в воздухе.

Две стройные близняшки вошли в бар, где преимущественно пили мужчины, и… наступила тишина. На нас смотрели с восхищением и желанием, хотя виной тут в большей степени было количество выпитого алкоголя, а не наш вид, но лестно было всё равно.