Чтение онлайн

– Всё давно готово, Хард, я девочкам распоряжения ещё до приезда гостя сделала. Веди его на третий, в гостевую номер пятнадцать.

Хард довольно кивнул:

– Эрин, боюсь, что безбожно повторяюсь, но ты – чудо. Целую. Отбой.

До слуха Кира донесся довольный смешок Эрин, и связь прервалась.

Хард самодовольно вздёрнул брови:

– Клёвая девочка. Видал её, да? Со мной сейчас. Умница, каких поискать. Спецзаказ. Ни в чём элокам не уступит. Начинала четырнадцать лет назад у одного продвинутого элоима, из элиты. – Здесь Хард нахмурился и заиграл желваками. – Он её чуть не убил, тварь зажратая. Двух других изломал в хлам, а её выгнал накануне. Тоже избил, но не так сильно, как подруг. Хорошо, что наши подобрали вовремя, могла бы в такой притон загреметь, откуда девочки только вперёд ногами выходят.

Кир, внутренне ужасаясь, слушал, не перебивая, хотя голова болела уже нестерпимо. Что-то в рассказе элока показалось ему странным, но не было сил сконцентрироваться и понять. Хард спохватился:

– Извини, дружище, увлёкся я. Люблю её очень. Давай, потопали вниз, в твою гостевую.

Через несколько минут, пройдя лабиринт подсобок, чёрных лестниц и множество дверей, они оказались на третьем нижнем этаже. Кир опасался, что там будет мрачно и темно, но ошибся – этаж освещался рядом потолочных ламп, полы устилались пушистыми покрытиями, а рядом с отделанными стенами висели колоритные гоимы[1] с видами Эл-Малхута и трущоб. На одном из них Кир с удивлением узнал себя. Задрав голову, его голографический двойник напряжённо всматривался в небо, словно ища там поддержку. Похоже, гойка была сделана вчера.

Он ткнул пальцем в гоим. Картинка пошла зыбью, волна искажения прошла по лицу, рот дёрнулся и растянулся, левый глаз съехал к уху. «Идиотское зрелище», – мелькнула неприязненная мысль.

– За мной что, следили? Зачем это здесь?

Элок хмыкнул:

– Это же трущобы, здесь за всеми следят, мелкие инмобы во всякой помойке шныряют. Сливают пакеты каждый час. Но там всё в автоматическом режиме проходит, дежурная процедура. Аврал и шухер, когда толпы «барбосов» подключают, бывают только в особых ситуациях. Наши парни давно хакнули их базы, теперь вовремя перехватывают и подменяют «картинку». Функцикам приходится обсасывать объедки. Так что для системы ты невидимка, ищейки твой след потеряли ещё у первой забегаловки с прикормленными стукачами. – Заметив, что Кир при этих словах досадливо поморщился, довольно хмыкнул, и продолжил: – А гойка – тебе, конечно. На память.

Хард провёл открытой ладонью над голограммой, та засветилась бледно-розовым, отвечая на пароль доступа, и зависла в воздухе, медленно проворачиваясь вокруг своей оси. Элок резко сжал руку и толкнул гоим в сторону Кира:

– Лови!

Тот среагировал мгновенно, подставив раскрытую ладонь. «Картинка» съёжилась втрое и медленно «втекла» во встроенный файлоприёмник, расположенный под ногтем большого пальца. Увесистый гоим секунды две перекачивался в основное хранилище, отчего головная боль ещё больше усилилась. Кир потёр левый висок, пытаясь отвлечься.

Хард огорчённо цокнул языком:

– Зря мы это затеяли. На ерунду энергию тратишь, тебе спать нужно. В общем, давай, располагайся, обживайся. У тебя там синтент заряжен, так что ни в чём себе не отказывай. Отоспишься – найдёмся. А я сейчас – к своей девочке под бочок. – Элок довольно ухмыльнулся.

Прощаясь, снова ударили по рукам. Пожатие ладони Харда, сухой и крепкой, побудило Кира ответить не менее энергично. Хард ему нравился, несмотря на некоторые недомолвки касаемо Шав.

Уже закрывая дверь, Кир внезапно вспомнил, что именно показалось ему странным.

– Можно вопрос? Не моё, конечно, дело, но если ты любишь Эрин, почему она в баре к клиентам клеится?

Хард оглянулся и криво улыбнулся:

– Она не клеится, она прощупывает пришлых. Тут только свои обычно бывают, никому из них в голову не придёт позвать её в номер. Да и не работает она давно, у неё есть чем заниматься, она приличная женщина. Наряд – это маскировка, для отвода глаз. А к тебе она сама решила выйти, посмотреть хотела поближе. Зачем – не знаю. Завтра сама объяснит, если сочтёт нужным.

Кир кивнул головой: добро. Он не стал раздумывать над очередной загадкой: в самом деле, захочет – скажет. И без того найдётся над чем болящую голову поломать. Хотел было запереть дверь персональным кодом, но передумал, оставил общий доступ. Мало ли, вдруг какое срочное дело обнаружится, так хотя бы зайдут и разбудят. Добудиться уснувшего Кира – задача не из лёгких, а спать он собирался крепко, это факт. А что до мер предосторожности, то нечего параноить: вряд ли здесь что-то ему угрожает, хотели бы убить – давно бы грохнули.

Миновав маленькую прихожую, совмещённую с гардеробной, вошёл в жилую комнату – и присвистнул от неожиданности. Свет вспыхнул по щелчку: мягкий, домашний. Из одного панорамного фальшь-окна открывался вид на песчаные пляжи Эссы, в другом – возвышались горные кряжи Минакии. Даже воздух, пропущенный через климат-систему, пахнул домом. Кир ощутил острый приступ тоски – и следом за ним благодарность к Эрин. Наверняка это она позаботилась о его комфорте и попыталась создать иллюзию дома.

Львиную долю комнаты занимала огромная кровать, не оставлявшая сомнений в истинном назначении этого помещения. Да, он оказался в борделе – явно недешёвом, рассчитанном на посетителей с определённым достатком. Смущённо ухмыльнувшись, Кир рухнул на кровать лицом вниз. Бордель не бордель, а постель удобная! Что ещё нужно?

Головная боль слегка притупилась, и молодой организм недвусмысленно напомнил, что в последний раз ел только утром. Точно, перехватить бы чего – и спать. Спааать…

Наскоро перекусив первым попавшимся комплексом, Кир влез в узкую капсулу гигиены, смыл с себя дорожную грязь и запах трущоб, после чего с чистой совестью завалился в кровать, чувствуя, как подступает крепкий, долгий сон, в котором нет места сновидениям…

Губы Шав были так нежны, так умелы… Сердце колотилось как бешеное. Кир судорожно сжимал руками текучие простыни. Его раздирали два противоречивых желания: первое – только бы она не продолжала; и второе – только бы никогда не останавливалась. В глазах темнело от прилива скорой и острой разрядки. Шав, Шаав… Какой невероятный сон, какой стыд, Шав, счастье моё, только не останавливайся…

Но она остановилась.

Когда она подняла голову и откинула назад тёмные волосы, Кир в ужасе замер. Во-первых, это был не сон! А во-вторых, это была не Шав!!

– Ш-ш-е-ед…– он выдохнул и откинулся на подушку, но в следующую же секунду резко сел, лихорадочно нащупывая простыню, чтобы прикрыться.

Молодая галма, сидящая на краю кровати, деликатно отвернулась, однако улыбка её не выглядела такой уж скромной.

Кир вскочил, схватил оставленную возле постели одежду и унёсся в гигиен-капсулу, на деле желая только одного – провалиться ко всем шедам, подальше от этого позора!

Через пару минут он вышел, уже одетый и собранный внешне. Однако бурю, бушевавшую внутри, покорить оказалось не так просто, как магнитные застёжки прошедшей чистку рубашки.

Встал подальше от кровати, сложил руки на груди, стараясь выглядеть внушительнее.

– Кто ты такая? – Голос едва не подвёл от волнения. Кир откашлялся. – Что ты здесь делаешь?

– Меня зовут Тали, господин. Хард отправил разбудить вас, но вы так крепко спали и не отзывались, что я была вынуждена прибегнуть к крайнему средству…