Чтение онлайн

— Ага, поэтому ты похитил меня!

— Нет, у меня большие проблемы. Поэтому я был вынужден пойти на этот крайний шаг. Я больше не знал, как поступить мне. Я не скажу, что хоть когда — нибудь любил тебя, но у меня были к тебе довольно сильные чувства. Я думаю, что даже по своему любил тебя, как умел, как мог.

— Я очень рада за тебя. Любил бы себе и дальше без моего присутствия здесь.

— Увы, моя девочка, этот мир неидеален и не всегда всё делается так, как нам хочется.

Антон развязал руки Алисе.

— Вот, держи, можешь поесть, — протянул он ей пакет с едой. — В мои планы абсолютно не входит в то, чтобы ты умерла с голоду. Во всяком случае, пока что. Ты пока нужна мне живой. Живой и здоровой, Алиса Руднева. Так что ешь и будь благодарна мне, что ты жива. Пока жива.

Он сделал ключевое ударение на слове пока.

— Спасибо и на этом, — пробурчала она, потирая сильно затёкшие руки.

— Запомни, Алиса, какую бы сильную симпатию я не питал к тебе, если ты сейчас кинешься к выходу, я буду вынужден применить это. — Он достал из кармана нож. — Причём против тебя. Лучше ешь и веди себя спокойно. Тогда не пострадаешь.

— Хорошо. Я обойдусь без глупостей.

Девушка достала из пакета бутерброды с сыром, помидором, яйцом, маслом. Она поняла, что действительно сильно проголодалась.

Она не чувствовала к молодому мужчине больше ничего, кроме отвращения, ненависти и неприязни, но, поскольку у неё всё равно не было другого выхода, она пока вынуждена была подчиниться. Там артистка непременно посмотрит, что можно будет сделать в этой ситуации, а пока она выбирает тактику выжидания и подчинения.

— Антон, как я здесь очутилась? — задала она вопрос.

— Ваш Степан Величко троюродный брат Екатерины Демичевой по материнской линии. Она бывшая твоего Анатолия Чернетевича. Она заплатила мне, чтобы я избавился от тебя любым способом. Всё равно каким, даже убив тебя. Демичева дала мне снотворное, чтобы Величко подсыпал его тебе в какой угодно напиток. Она же фармацевт, вот откуда у неё снотворное. Так и сказала: «Хочешь — можешь убить. Я не стану препятствовать». Демичева уговорила своего брата, чтобы он помог ей и свела со мной, то есть, познакомила. Я придумал план, благодаря которому он втёрся тебе в доверие. Величко врал, что он не местный. На самом деле он киевлянин в энном поколении, я уж и не знаю в каком. Так что все его разговоры на тему о том, как проехать куда — то были полнейшим враньём и чушью. Величко это прекрасно знал.

— Всё правильно говорил мне о нём Толя, когда не доверял ему, — низко повесила голову Алиса. На сердце у неё было тяжело. — Только жаль, что я верила.

— Людям вообще не очень можно верить. Они больше склонны к плохому, чем к хорошему.

— Это уж точно. Что, Антон, будешь убивать меня?

— Нет. Пока нет. Ты мне нужна потому, что я собираюсь потребовать у отца выкуп за тебя.

— Сколько же ты хочешь? Во сколько оценишь меня вместе с моей жизнью?

— Миллион долларов.

— Ого! — присвистнула девушка. — У тебя губа не дура. А она у тебя не треснет?

— Нет. Я — игрок. Много лет играю в азартные игры. Когда выигрываю, когда проигрываю. Вот зачем я без конца просил деньги у своего отца. Недавно я крупно проигрался. Теперь мне надо, Алиса, отдавать свои долги. Поскольку отдавать нечем, я решил, что самый лучший выход из создавшегося положения похитить тебя и потребовать у своего отца выкуп. Ты же солистка группы «Зелёное небо», одна из самых лучших его подопечных, приносишь ему много денег, вот и посмотрим, как он заплатит за тебя.

— Да уж, Антон, я бы тоже хотела посмотреть на это, — тяжело вздохнула певица.

— Заплатит, заплатит, как миленький. Не грусти. Куда он денется?

— Сказали правду о тебе, что ты заплатил за кражу наших музыкальных инструментов и что это была твоя идея украсть их? Тем более, ты сам говорил на кладбище на похоронах Валеры, что как — то отомстил нам, но не захотел говорить как. Может, настала пора признаваться?

— Да, это я. Мне больше нечего терять. И действительно, пришла пора признаваться. Так что в данном вопросе всё, что говорят обо мне правда.

— Зачем тебе это было надо?

— Деньги, деньги, деньги. Вот извечная причина. Я же азартный игрок. Ты забыла? Играю во всё, что можно, если это связано с риском и азартом. Когда — то друзья предложили сыграть мне. Я попробовал, втянулся. Много раз пытался бросить, но ничего не выходит, увы. На это нужна большая сила воли, а у меня её нет. Меня хватает только на некоторое время, чтобы не играть, а потом тянет с новой силой, ещё большей, чем предыдущая. Плюс ещё хотелось отомстить тебе за то, что ты не обратила внимание на меня, когда я предлагал свозить тебя в ресторан да ещё ударила меня. Вот я и выступил на похоронах Валеры. Я ревновал тебя, Алиса, к твоим ухажёрам и к покойному, и к звукорежиссёру, хотя не хотел в этом признаваться никому, даже самому себе. Ты зацепила меня своей красотой за самую душу, проникла в самое сердце, взяла мой покой. Я открываю глаза — передо мной твоё лицо, закрываю — снова ты передо мной. Я влюбился в тебя уже очень давно и безнадёжно.

— Мне, что, теперь посочувствовать тебе? — крайне враждебно спросила артистка. — Что — то мне абсолютно не хочется. К тому же, возможно, скоро ты убьёшь меня. Что — то я пока не страдаю стокгольмским синдромом и надеюсь, что никогда не буду страдать. Это как — то неестественно любить своего убийцу.

— Я надеюсь, что до этого никогда не дойдёт. Я знаю, что далеко не идеал, но не убийца. Я никогда в своей жизни не убивал человека и не знаю смогу ли. Думаю, что разве что в самом крайнем случае. Особенно мне не хотелось бы лишать жизни такую красавицу, то есть тебя.

— Обычно похитители расправляются со своими жертвами.

— А я не могу! — истерически вскрикнул Антон. — Представь себе, не могу. Это не так просто, как кажется.

— Мне тоже было бы тяжело умертвить человека.

— Вот видишь, — успокоился мужчина. — Не я один такой. Я конченый человек. Скорее всего, что я плохо кончу. Пока я жив, надо жить на полную катушку. Мне уже поздно меняться, перевоспитываться. Алиса, я такой, каков я есть и ничего не поделаешь с этим. Слушай, — внезапно воодушевился он, — хочешь, давай после того, как я получу выкуп, мы уедем вместе с тобой желательно подальше? Зачем тебе твой Чернетевич? Что он может дать тебе? Давай уедем, чем дальше, тем лучше. Я даже готов пойти на такую жертву, чтобы выпустить тебя из подвала. Пойдём ко мне. Будешь жить у меня. Я продолжу врать, что похитил тебя. Мне тоже не хочется, чтобы ты сидела здесь, как и тебе, думаю, совсем не желается этого. Я люблю тебя всеми своими сердцем и душой и постараюсь сделать тебя счастливой. Я признаю, что перегнул там на кладбище палку. Прости меня великодушно. Мне не следовало оскорблять тебя. Меня оправдывает только то, что я совсем потерял голову от страсти к тебе. Пошли сейчас ко мне. Прямо сейчас. Чего тянуть? Вернее, поедем в моей машине. Ах да, — молодой человек хлопнул себя по лбу, — вот я болван! Я же совсем забыл, что приехал сюда в машине. Тогда поехали прямо сейчас. Хочешь, развлечёмся у меня дома? Сначала хотел предложить тебе прямо здесь, но отрываться в подвале как — то слишком уж мрачно. Согласен, это самая идиотская идея, из всех, какие я мог предложить когда — либо в своей жизни девушке, да ещё и любимой. Извини меня за это.

— Что ты можешь дать мне, Антон? — чуть смягчив голос, но всё же с величайшим презрением заговорила Алиса. — Я люблю своего Толю и никогда в жизни не смогу предать его. Ты игрок. Даже, если бы я уехала с тобой, чего совсем не желаю, ты бы проигрывал. Разве мне надо это? Совершенно не надо. Я должна буду всю жизнь бояться твоих дружков, приятелей или просто знакомых, которым ты проиграешь все деньги. На что мы будем жить с тобой, если ты сделаешь это?

— Да, я знаю, что неидеален. Я изменюсь. Брошу играть. На этот раз уже точно. Видишь, что я ради тебя готов на всё? Только бы ты забыла своего Чернетевича и была со мной до конца моей такой несчастной непутёвой жизни. Я клянусь тебе, что, если не изменюсь, то хотя бы сделаю всё, чтобы попытаться.