Чтение онлайн

– О'кей, давай я познакомлю тебя с местной ситуацией и объясню задачи завтрашнего патрулирования. – Он сдвинул штору и ткнул в красный квадрат на карте. – Это – Луа Вук, и как видишь, всего в пяти километрах от границы с Лаосом.

Его палец пробежал по карте километров пятнадцать и уткнулся в точку на границе.

– Здесь деревушка, где живут банары, с пару сотен мужчин, женщин, детей. Вьетконговцы нещадно эксплуатируют их, заставляя возделывать поля и выполнять другую работу. Наша разведка донесла, что коммунисты планируют увести мужчин в Лаос, обучить военной подготовке и бросить в атаку нашего лагеря при поддержке батальона Вьетконга. Наша задача завтрашнего дня: окружить деревню и привести их всех сюда. Потом мы поможем им отстроиться, дадим свиней на расплод, припасы, таким образом, мы заполучим целую деревню банаров для собственных нужд и утрем нос коммунистам.

– А почему ты думаешь, что они захотят с нами идти?

– Некоторые из моих банаров уже были там и переговорили с вождем. Тот согласился на наше предложение. Но не думай, что все это так просто. Кое-кто из банаров той деревни – сторонники коммунизма, мы попытаемся нейтрализовать их, пока вождь со всеми желающими будет собирать скарб в дорогу.

– Нейтрализовать?

– Окружить их превосходящими силами и привести сюда под конвоем отдельно от остальных.

Лок опустил штору и сел за стол.

– Трудно сказать, как все пройдет. Может, это просто ловушка. Банары будут жить в американском лагере, и только поэтому они и согласились уйти с нами. Я пытался убедить наших союзничков, что лучше бы не посылать в патруль никого из вьетнамцев. Один их вид может сорвать нам всю миссию.

– Ну и как?

– Ни черта лысого! – огрызнулся Лок. – Капитан Ним заявил, что собирается лично возглавить патруль. С ним будут два его сержанта. Черт побери, когда они там, в Сайгоне, поймут, что единственный способ заставить людей сражаться за страну – это дать им возможность выбирать своих собственных лидеров, которым бы они доверяли. Ведь несмотря на дискриминацию, есть же в нашей армии офицеры из их числа. – Лок вздохнул. – Ладно, не будем больше об этом. Давай подберем тебе оружие. Мы выступаем при первых солнечных лучах. Если все пройдет без сучка и задоринки, то мы окружим деревню еще до рассвета.

Капитан Лок, сержант Бинни и еще один сержант – верзила, блондин по фамилии Свенсон, составили американскую команду советников. Однако до девяти утра патруль так и не сумел выступить: капитан вьетнамцев Ним не смог подготовиться до восьми, а потом еще целый час собирал взводных и объяснял им задачу операции.

Одним словом, мы двинулись на юг вдоль лаосской границы группой около ста тридцати человек. Один американский сержант сопровождал головной взвод, другой шел с третьим и последним взводом. Капитан Ним, капитан Лок и я двигались в голове среднего взвода. Два сержанта-вьетнамца шли буквально по пятам своего командира.

Мы шли по крутой тропе, которая вела по горам. Она то поднималась круто вверх, то уходила вниз. Ветви деревьев и лианы мешали идти, но маленький народец, родившийся и выросший в этих довольно суровых краях, казалось, чувствовал себя превосходно. Они шли легко и быстро, таща на себе оружие и прокладывая дорогу острыми ножами, в то время как американцы и я изнывали от жары.

Когда наконец капитан Лок, постоянно сверявшийся с картами и компасом, поставил в известность капитана Нима, что мы находимся в четырех километрах от цели, я был готов отдать концы. Лок посоветовал Ниму держать деревню под наблюдением, что и было тут же сделано. Вперед было выслано отделение банаров, которые отправились в путь, на ходу жуя рис и сушеную рыбу. Все остальные повалились на землю, чтобы поспать несколько часов.

Лок потряс меня за плечо, прижав палец к губам. Было темно и зябко, остальные взводы тоже поднимались и собирались в дорогу. Все делалось молча, никто не издал ни звука. Я тоже нацепил свой вещевой мешок и взял карабин наизготовку. Светящийся циферблат наручных часов показывал час ночи. Если учесть, что мы могли пройти километр за час, то в деревне мы окажемся как раз перед рассветом.

Мы осторожно пробирались по джунглям, тускло освещенным серпом молодой луны. Дважды мы переходили вброд горные ручьи, двигаясь почти в кромешной тьме на ощупь, и мне уже начало казаться, что наша ночная прогулка никогда не кончится, когда наконец мы подошли к деревне. Отдавая приказы руками, капитан Лок направил два взвода – первый и третий – на окружение деревни, второй же должен был цепью пройти по деревне, отлавливая вьетконговцев и коммунистов. Когда все заняли назначенное место, все было готово к операции.

Ним и Лок совещались. Лок еще раз предупредил, чтобы никто из его сержантов не открывал огонь. Он подчеркнул, что, может, кто-нибудь из наиболее воинственных банаров пальнет пару раз по темным джунглям, ничего страшного в этом нет. Главное – тихо-мирно позволить вождю вывести своих людей из деревни.

Капитан Ним даже и не пытался скрыть своих чувств. Первый же грязный муа, который попытается открыть огонь, будет уложен на месте.

Когда же капитан Лок пригнул дуло автомата одного из вьетнамских сержантов к земле, капитан Ним презрительно глянул на него и отвернулся.

На небе разлились первые лучи восходящего солнца, джунгли начали просыпаться, наполняясь трелями птиц и гомоном диких обитателей, когда два банара-разведчика, которые разговаривали с вождем, отправились в безлюдную деревню.

Они подошли к большому дому на сваях. Один подсадил другого, и тот ловко залез в высокую дверь, а затем, несколько мгновений спустя, появился в проеме с длинным бревном. Он опустил его на землю, и второй банар тоже вошел в дом. Вскоре они снова появились на пороге. С ними сошел и старый, седоволосый вождь, зябко кутавшийся в черное одеяло.

В эти утренние часы было настолько прохладно, что я даже удивлялся, как они вообще могут обходиться таким легким одеянием. Вождь прошел с нашими солдатами на маленькую площадь. Старику, видимо, было холодно. Он обхватил себя руками и принялся ходить по площади, чтобы хоть немного согреться. Через несколько минут из дома вождя показались двое юношей, каждый сжимал в руке рог буйвола.

Вождь поднял лицо навстречу всплывшему над горизонтом солнцу и подал рукой знак своим домочадцам. Вся деревня в одно мгновение наполнилась визжащим блеянием звуков рога. И тут же из всех дверей повысовывались взъерошенные головы. Едва завидев вождя, жители деревни принялись спускать бревна и выходить на улицу. Один за другим люди стали собираться на площади.

Вождь о чем-то громко им объявил, неожиданно все разом повернулись в нашу сторону.

Двадцать или тридцать человек бросились врассыпную к своим домам.

Капитан Ним взял карабин наизготовку и через плечо бросил какие-то приказы, своим сержантам. Все тут же последовали его примеру.

– Не стреляйте по безоружным, – воскликнул Лок.

– Они найдут, чем вооружиться, – огрызнулся Ним. – Лучше перестрелять их всех на месте.

– Подожди, ди-ви, – умолял Лок. – Они все равно против солнца ничего не увидят.

Я видел, как мужчинам, бросившимся к своим домам, женщины передали винтовки. Они похватали оружие и быстро залегли, нацелившись на джунгли. Вождь что-то прокричал, явно приказывая своим воинственным соплеменникам, но вьетконговские сторонники, казалось, его не слышали.

Женщина в одном из домов закричала что-то в ответ, потом вытащила длинноствольное французское ружье и принялась палить в нашу сторону.

– Пока не стрелять, Ним! – взволнованно крикнул Лок.

Воодушевленные примером женщины, некоторые из залегших мужчин тоже присоединились к стрельбе.