Чтение онлайн

— Ринден! Ринден… — слезы текли по моим щекам и никак не могли остановиться. — Прости меня, Ринден…

— Что ты, Ляли, за что мне тебя прощать? — Бикс подошел к решетке и сел рядом, протянув руки сквозь прутья. — Ты жива, Ляли! Я так боялся, что эрган тогда тебя убил!

— Нет, — всхлипнув, произнесла я, а про себя подумала: «Случить это тогда, наверное, было бы к лучшему. Я бы не вышла замуж за прекрасного принца, моего ребенка не убили бы, и эльфы моего королевства продолжили бы жить свободно. Пусть только в стенах укрепленного города Бордок, но свободно». Сейчас же нос нельзя высунуть на улицу после комендантского часа и собираться группами больше пяти эльфов. — Я очень, очень виновата.

— Глупышка моя, — сказал орк, протягивая руку и гладя меня по щеке своим большим зеленым пальцем. Сколько у меня было мужчин после той ночи с принцем — не сосчитать. Муж дарил меня в качестве королевской благодати всем гостям дворца и друзьям. Но ни один мужчина так и не смог вызвать во мне желания, которое вызывал мой орк.

— Надо… Надо уходить, — сказала я, вспомнив, что времени в обрез.

Я открыла замок камеры, и Ринден тут же обнял меня, притянув к себе, и я поняла: он скучал. Так же сильно, как по нему все эти годы скучала я.

— Что происходит? — спросил один из орков в камере, осторожно хромая по пути в коридор.

— Вы свободны, — сказала я. — Уходите и спасайте остальных, — я протянула связку ключей.

— Ты нам помогаешь? — настороженно спросил орк.

— Да уходите вы уже! Нет времени на болтовню! — неужели так сложно поверить в мою искренность?

— Она права, нам нужно торопиться! — сказал Бикс. И вот тогда все сразу засуетились, защелкали замки камер, и орки начали выходить. Многие из них передвигались с трудом после пыточных, но дух свободы давал надежду, и все старались не отставать, торопились покинуть подземелье.

А наверху нас ждал сюрприз. Время вышло, и теперь мой дорогой супруг стоял во главе отряда эльфов и ждал нашего возвращения.

— Ну и что это мы тут делаем, ЛяДинар? — спросил ЛяКриспи, буравя меня взглядом.

— Ля… Лял?.. — Ринден растерянно смотрел на меня.

— Она королева… — пробормотал какой-то орк. И я поняла: скрывать правду о себе от Бикса нет больше смысла. Как и прятаться. Меня унижали и эксплуатировали последние пять лет, пора положить этому конец.

— Что я делаю? — спросила я в ответ, гордо подняв голову. — Я спасаю свой народ.

— Ах-ха-ха! Свой народ? — кажется, мои слова развеселили ЛяКриспи. — Это орки-то — твой народ, королева потаскушка?

— А почему нет? Орки живут на землях Ландерфола, а значит, такие же подданные Короны, как и другие! — не знаю, почему эта мысль только сейчас пришла мне в голову. Противостояние орков и эльфов длилось многие сотни лет, но ни разу никто не думал о том, чтобы заключить перемирие. Всегда вопрос стоял лишь о войне и о тот, чья сторона победит. Но мы ведь могли просто устроить переговоры и поделить земли с орками, что так нуждались в пристанище.

— Подданные? А давай я тебе напомню, что эти подданные делали с такими, как ты! — злобно сощурив глаз, выкрикнул король. — Пока я не пришел сюда со своей армией, вы, как трусливые мрази, сидели на клочке земли, обложившись неприступной стеной и круглосуточным дозором. Вы же мерли как мухи.

— А чем сейчас лучше? — спросила я с вызовом. — Ты ещё больший тиран! Не просто убиваешь, сначала играешь, наслаждаешься болью других. Коренной народ Ландерфола опустил ниже некуда, они для тебя все сродни рабам. Когда ещё было такое время, что благородная эльфийка боится выйти на улицу даже в светлый час, потому что в любой момент твои стражи могут утащить её на свои игрища. И всё это законно, ведь ты установил новые порядки, в которых жить просто невозможно.

— Так ли уж и невозможно? Не замечал особо, что тебе не нравилось ублажать моих товарищей по мечу, — король вновь рассмеялся.

— Закрой свою пасть, мерзавец! — подал голос Бикс.

— Это кто там голос подал, тварь зеленокожая, когда я с женой разговариваю! — рявкнул в ответ король.

— С женой? — пришло моё время рассмеяться. — Благородные эльфы королевства Ландерфол, скажите мне, разве пристало так выглядеть законной супруге короля? — я впервые за долгое время на людях засучила рукава и потянула воротник платья вниз, выставляя на показ многочисленные шрамы и ожоги.

Я добилась нужного эффекта, по рядам стражников пошел шепот. К счастью, королевская армия состояла не только из пришлых эльфов, в ней были и наши. Пусть их количество было немногочисленным, но и этого достаточно, чтобы посеять смуту и пустить слух об истинном лице их короля.

— Бежим! — я дернула Бикса за руку как раз в тот момент, когда лорд Энтиро начал о чём-то говорить с королём. Нет ничего хуже, чем смута. И она дала нам фору, мы смогли улизнуть с открытого пространства.

— Ляли… То есть ЛяДинар?.. — орк остановился, когда я запнулась.

— Дальше ты идёшь один, — сказала я Биксу.

— Что? Нет, ты не можешь к нему вернуться! — возразил орк.

— Могу. В противном случае он убьёт моих родителей, — сказала я ему причину, выпуская свою ладошку из его мощной ладони.

— Прошлые король и королева живы? — Ринден задумался, а потом начал говорить так, словно пытался объяснить нечто важное очень несмышленому ребёнку: — Ляли… Тьфу, ЛяДинар, послушай меня. Ты не можешь вернуться сейчас во дворец, потому что твои родители давно мертвы. Ты же лучше меня знаешь нового короля и прекрасно понимаешь, что он никогда бы не оставил в живых тех, кто может пошатнуть его власть.

— Нет! — резко воскликнула я. — Нет, они живы. ЛяКриспи обещал мне, что пока я кротка и не делаю глупостей, они будут жить и здравствовать в малой деревушке на окраине королевства, — я говорила и пыталась убедить в этом не Бикса, а себя. По моим щекам текли слезы.

Я уже давно начинала догадываться, что манипуляция короля — это просто фарс, но тешила себя иллюзией, что они живы, как он и говорит. Раз в год я даже получала письма от них. Но боялась сравнить почерк отца и матери с тем, что был на бумаге от гонца.

Сейчас, когда мне об этом сказали вслух, я поняла, что всё это время была полной дурой и трусихой.

— Не плачь, Ляли… — Бикс притянул меня к себе, вновь назвав тем именем, что я однажды сказала ему. А когда попробовал поправлять себя, я перебила, сказав, что хочу быть для него просто Ляли. За последние годы слышать ЛяДинар стало просто невыносимо. Ведь чаще всего его произносил нынешний король и его дружки, еще больше унижая меня, чтобы я помнила, что я королева и в то же время я никто. — Я защищу тебя. Обещаю. Ты веришь мне?