Чтение онлайн

Но как сейчас перебраться через ручей? Неужели возвращаться обратно, а потом идти домой по шоссейке, через мост?

Гошка отыскал несколько жердей и перебросил их через ручей. Но они были коротки и не доставали до противоположного берега.

Зато шагах в десяти у самого ручья стояла накренившаяся к воде сухая, мертвая береза. Корни ее оттаяли, и береза, казалось, вот-вот упадет поперек разлившегося ручья.

Гошка нажал плечом на комель дерева — береза не подалась. Он забрался на ствол повыше, попрыгал: береза зашелестела ветками, заскрипела, но ниже не наклонилась.

«Сюда бы ребят наших», — подумал Гошка и с сожалением вздохнул.

Вчера он заглянул к Краюхиным — надо было взять у Никитки книжку для чтения. В избе никого не было, и Гошка через сени направился во двор, откуда доносились стук топора и пофыркивание пилы.

Приоткрыв дверцу во двор, Гошка увидел тетю Ульяну, Никитку и Борьку Покатилова: они мастерили хлев для поросенка и о чем-то разговаривали.

В разговоре то и дело упоминалось имя Гошкиной матери, Кузяева и Николая Ивановича.

Гошка прикрыл дверцу и невольно прислушался.

Ульяна рассказывала ребятам, что новый председатель правления всерьез занялся проверкой хозяйства колхоза. Целые дни проводит на фермах, подолгу беседует с колхозниками, затребовал в конторе бухгалтерские документы и по вечерам со счетами в руках просматривает все бумажки. Не иначе, ищет кончик ниточки, чтобы распутать весь клубок беспорядков и хищений в колхозе.

А на свиноферме этот кончик, как видно, начинается с Кузяева и Александры Шараповой.

— Я знаю, вы дружите с Гошкой, — наставляла ребят Ульяна. — Так вот, особо-то с ним не якшайтесь. Держитесь подальше. А то, как говорят, с кем поведешься, от того и наберешься. Дружка надо выбирать с толком да разумением.

Дальше Гошка слушать не стал, незаметно выскользнул на улицу и побрел к дому. А утром в школе Борька прошел мимо Гошки с таким видом, как будто не узнал его.

Да и не только Борька. Даже Никитка начал обходить его стороной.

В классе он почему-то сидит теперь рядом с Митькой Кузяевым, вместе с ним ходит в школу и, сталкиваясь с Гошкой, старается не встречаться с ним взглядом.

«Тоже мне дружки-приятели до первой встряски, — с обидой подумал Гошка о Никитке и Борьке. — А как беда случилась, они и врассыпную».

Он еще раз попытался раскачать березу и неожиданно услышал знакомые голоса. С кручи к ручью спускались Елька Карасева и ее новая подружка Таня Покатилова.

— Чего вам? — хмуро спросил Гошка. — Шли бы своей шоссейкой. Видите, здесь перехода нет.

— Килограммов в тебе мало — вот что, — фыркнула Елька и, махнув Тане рукой, вскарабкалась на березу.

Вслед за ней полезла и подруга.

— А ну все разом! Прыг-скок, обвалился потолок, — скомандовала Елька.

Держась за ветки, девчонки вместе с Гошкой принялись раскачивать ствол березы. Дерево заскрипело сильнее, корни его зашевелились, и, наконец, береза, выворотив огромный ком земли, с шумом и треском распласталась поперек ручья.

— Ура! Мост наведен! — закричала Елька и вслед за Гошкой перебралась на другой берег ручья. Потом, дождавшись Таню, оглядела березу. — А это хорошо, что мы ее повалили. Теперь для всех переход будет.

Гошка исподлобья наблюдал за Елькой. Чудная эта председателева дочка! Каждый день она подходит к нему, заводит всякие разговоры и даже приглашает к себе домой: «Папа с тобой очень поговорить хочет».

А зачем он пойдет, о чем им разговаривать, когда Николаю Ивановичу все ясно и так?

И сейчас Гошка ждал, что Елька вот-вот начнет допытываться, почему он не пришел вчера к ним, почему ходит из школы домой один, через Шарагин овраг.

Но Елька заговорила о другом. Сегодня пионеры третьего звена решили заняться сбором удобрений для полеводческой бригады. Все ребята после обеда должны собраться у дома Борьки Покатилова, чтобы потом, разбившись на группы, пойти по колхозным дворам и избам.

— Какой я член группы, — отмахнулся Гошка. — Я же теперь меченый, с ярлыком.

— Это ты зря, — строго сказала Елька.

— А слышала, что Митяй наговорил?

— Да кто же ему поверил, суме переметной? — перебила Таня Покатилова. — Мы же Митьку как облупленного знаем. Соврет — недорого возьмет. А ты знаешь, что Стешка заявление в правление колхоза подала?

— Какое заявление?

— А чтоб там насчет тети Шуры разобрались. И дедушка Афанасий подписался. И другие свинарки.

— Верно, верно, — подтвердила Елька. — Я сама видела, как Стеша к папке прибегала. Мы, говорит, тетю Александру в обиду не дадим... созывайте срочно правление.

— А отец что? — недоверчиво спросил Гошка.

— Будет правление... сегодня же. И Кузяева зачем-то вызывают. — Елька вдруг заторопилась: — Ну, чего ж мы стоим? Пошли по домам, пообедаем, а потом на сбор.

После обеда пионеры третьего звена собрались у дома Борьки Покатилова.

Кто пришел с ведром, кто с ящиком, кто привез санки. В руках ребята держали лопаты, заступы, совки.

Борька Покатилов развернул на ступеньках крыльца большой лист оберточной бумаги, начертил схематическую карту деревни и, как командир перед боем, принялся разрабатывать план «боевого рейда» за удобрениями.

— Значит, так. Наступать будем группами, — с важным видом говорил он, рисуя красным карандашом квадраты и круги и пронзая их толстыми стрелами. — Каждая группа штурмует свой квадрат. Трофеи сдаем на хозяйственный двор бригады.

К крыльцу, с трудом волоча за собой длинные санки со старым, окованным железом сундуком, подошел Гошка. Ребята оглядели вместительный сундук и невольно рассмеялись:

— Вот это да! Всем тарам тара. Где ты, Шарап, столько удобрений наберешь?

— Наберем, — сказал Гошка и кивнул на Никитку. — Мы вот с ним один клад знаем.

— Какой клад? — осведомился Борька.

Гошка объяснил, что на старой колокольне когда-то жили голуби и после них на всех этажах остались большие залежи помета.