Чтение онлайн

Теперь все понятно! Не каждый слышит шумы? Ничего мудреного. Это объясняется тем, что чувствительность уха не у всех одинакова. Один человек улавливает звук при частоте 30 колебаний в секунду, тогда как для другого предел слышимости увеличивается до 30–40 колебаний в секунду. Вот почему один очевидец землетрясения будет охвачен паникой, услышав глухой гул, тогда как его сосед останется совершенно спокойным.

Почему же гул предшествует толчку? Дело в том, что продольные колебания передаются в воздух быстрее, чем становятся ощутимыми сотрясения, вызываемые поперечными колебаниями. Может быть, шума вообще нет или он не предшествует толчку, а сопровождает его? Все зависит от особенностей грунта, который лучше или хуже передает колебания.

Мы уже сообщили, что прилагательное «загадочный» изгнано из характеристики сейсмических шумов, после того как им найдено объяснение. Но это прилагательное вполне закономерно, когда мы имеем дело с другими явлениями, перед которыми специалисты становятся в тупик. Речь идет о световых явлениях. Мы со общали о них мимоходом при описании отдельных землетрясений.

Разумеется, когда необычайное свечение внезапно озаряет небо при землетрясении, так и хочется объяснить его пожаром, возникшим из-за разрыва газопровода или короткого замыкания. Иногда такое свечение связывают с молниями или с зарницами.

Ротэ упоминает о любопытных случаях испарения теплых источников, воспламененных землетрясением, например в Ремирмоне 30 сентября 1669 года.

Но это еще не все. Никто до сих пор не мог объяснить странное свечение, наблюдавшееся в 1930 году в Японии во время землетрясения в Идзу.

Собрано более полуторы тысяч показаний свидетелей этого явления. Реальность его была подтверждена такими известными учеными, как сейсмологи Терада и Мусья и метеоролог Вадати. Над значительной частью территории, пострадавшей от землетрясения, повсюду сверкали странные молнии, столь многочисленные и продолжительные, что они озаряли чуть ли не все небо. Между тем установлено, что здесь не было ни грозы, ни короткого замыкания, и даже теперь, через 30 лет, загадка остается неразрешенной. Есть над чем подумать любознательным читателям, увлекающимся тайнами природы!

Остановимся также кратко на некоторых других явлениях, тоже не упомянутых в приведенной выше таблице. И они ставят в тупик специалистов.

Начнем с тех движущихся по земле волн, которые многие наблюдатели, по их словам, видели собственными глазами. Такое «волнение» иногда бывает столь сильным, что вызывает морскую болезнь.

Вспомним отчеты о Китайском землетрясении 1920 года и приведем свидетельство Андерсона, широко известного американского физика из астрономической обсерватории на горе Вильсона. Андерсон уверяет, что во время землетрясения 21 апреля 1918 года он видел, как забетонированный грунт приподнимался волнами высотой 1,2–1,8 метра и длиной 1,8–3 метра, причем не образовалось ни малейшей трещины!

Несомненно, этот знаменитый ученый должен был усомниться в реальности того, что он видел. Сейсмологи со своей стороны склоняются к тому, чтобы задать себе вопрос: «Все ли, кто видел эти волны, сохраняли полное присутствие духа?» Ведь эти видимые волны не могли быть сейсмическими по той простой причине, что последние распространяются со скоростью нескольких километров в секунду, и человек их не воспринимает.

Тогда что же все это значит? Возможно, как предполагает Рихтер, речь идет о колебаниях грунта, косвенно вызванных сейсмическими волнами, например сложными явлениями интерференции. Но не исключено, что подобных явлений вообще не происходило и все объясняется психическим состоянием данного свидетеля в критический момент землетрясения.

Описание землетрясений на этом не заканчивается. Мы уже не раз отмечали то, что сильное землетрясение никогда не бывает изолированным явлением. Здесь мы остановимся на этом вопросе более подробно. Сильному землетрясению обычно предшествуют предостерегающие толчки, а за ними следуют повторные. Изучение предостерегающих толчков имело бы решающее значение, если бы оно позволяло предсказать главный толчок. Что же касается повторных толчков, то мы теперь знаем, до какого состояния они могут довести население сейсмических зон.

Надо оговориться, что прилагательное «предостерегающие» не совсем точно определяет суть этих сейсмических возмущений, так как есть все основания сомневаться в возможности предсказать землетрясение. Ведь даже если будет зарегистрирована серия слабых толчков, то отсюда еще не следует, что они непреложно оповещают о приближении сильного толчка. Но, может быть, такие колебания представляют собой, так сказать, «нормальное явление»? На земном шаре есть такие места, где часто наблюдаются «рои землетрясений» [50] , то есть серии почти непрерывных толчков, которые регистрируются только сейсмографами. Так, например, в долине Оуэнс и вулканическом районе Гавайских островов регистрируется до 100 таких толчков в день. Кто же решится назвать их предостерегающими?

А повторные толчки?

В противоположность предостерегающим толчкам, которые отмечаются довольно редко, повторные толчки наблюдаются почти всегда. Причина этого явления вам станет тотчас же ясна, как только вы вспомните, что землетрясение чаще всего бывает результатом разрыва, последовавшего за чрезмерным напряжением. Случается, что напряжение сохраняется, несмотря на разрыв. Тогда пласт продолжает прогибаться до тех пор, пока не прекратится напряжение и не восстановится равновесие. Этот процесс проявляется в чередовании толчков, к которым приклеивают этикетку «слабые», когда их сравнивают с главным толчком. Но эти «слабые» толчки на самом деле могут быть очень сильными и разрушительными.

Повторные толчки иногда продолжаются в течение многих недель и месяцев. После землетрясения в Санта-Барбаре в 1925 году такие толчки продолжались в течение года. После землетрясения в Монтане в 1935 году было зарегистрировано более 2500 толчков на протяжении трех лет. Сильные сейсмические возмущения в Чили, наблюдавшиеся с 21 по 23 мая 1960 года, сопровождались повторными толчками с магнитудой 7,5, последовавшими 20 июня.

Пора дать ответ на вопрос, который, вероятно, волновал вас, когда вы читали предшествующие главы. Там беспрерывно шла речь о «слабых» и «сильных» толчках, о землетрясениях разрушительных или о таких возмущениях, которые улавливаются только сейсмографами. Как же, спросите вы, правильно оценить силу землетрясения? С помощью какого критерия можно сопоставить такую катастрофу, какая постигла Японию, и просто любопытное событие, вроде толчка 11 июня 1938 года? Другими словами, как классифицировать сейсмические возмущения и их разрушительную силу?

Это вполне законная любознательность, особенно если читатель сам был свидетелем землетрясения или пострадал от него и испытывает похвальное желание принять участие в изучении сейсмических возмущений. В этих случаях официальные сейсмологические учреждения обычно просят очевидцев заполнить напечатанную анкету и дать в ней сведения о причиненном ущербе. В таких анкетах, как правило, ставится вопрос о проявлениях землетрясения: ограничилось ли дело тем, что начала дребезжать посуда и зазвонили звонки. Не обвалились ли трубы, не открылись ли трещины, не погибли ли живые существа?