Чтение онлайн

— Со всем уважением, сиятельная, — вдруг заявил Генрих, — я тоже считаю, что Арди поступили правильно. Если зверь сумел подобраться так близко, поднимать тревогу было уже поздно. Правда, не совсем понятно, насколько он был опасен… может быть, его можно было просто отпугнуть?

Все дружно посмотрели на валяющуюся на земле тушу в луже крови, которая казалась совсем чёрной в неярком голубоватом свете тороида Кюммеля. Внушительные клыки и когти вовсе не создавали впечатления, что этого зверя можно было просто отпугнуть.

— Лапа, — обратилась к Тамиле Алина, — тебе это животное знакомо?

— Я видела раз такого, — отозвалась та, с сомнением разглядывая тушу. — В дохлом виде, конечно. Но того зверя убивали трое Старших и смогли убить с большим трудом, так что это не может быть тот же самый. Кеннер, как он выглядел, когда был живым?

— Как сгусток черноты, — ответил я. — И его не получалось ничем пробить.

— Быть такого не может, — уверенно сказала Лапа.

— Как скажешь, — я пожал плечами, вовсе не собираясь что-то доказывать.

— Как бы ты мог без единой царапины убить такого зверя? — полным сомнения голосом спросила она. — Извини, но на Старшего ты никак не тянешь даже вместе с женой. К тому же в одиночку у Старшего против него шансов нет.

— Как скажешь, — повторил я.

Тамила опять уставилась на зверя, явно раздираемая сомнениями.

— Трудно его убить, Лапа? — заинтересовалась Алина.

— Очень трудно. А ночью просто невозможно. Когда он появляется возле поселений, Старшие устраивают на него охоту. Выслеживают его днём, при ярком свете, когда он не может собрать тень. Это если он не успевает сожрать Старших раньше по одному, он на них в первую очередь охотится.

— Как ты его убил, Кеннер?

— Лена придержала, а я мечом ткнул.

— В этом весь наш Кеннер, — с усмешкой кивнула Алина. — Просто ткнул мечом и убил неубиваемую тварь. Лапа, ещё один такой может прийти?

— Нет, они одиночки, — покачала головой та. — Если бы они хоть парами ходили, с ними вообще никак было бы не справиться.

Алина кивнула и запустила сканирование. Я непроизвольно вздрогнул — почему-то оно сейчас воспринималось совершенно иначе, чем раньше. Обычно чужое сканирование просто чувствовалось, но сейчас пришло ощущение вспышки света и удара в колокол. Ни вспышки, ни удара, разумеется, не было, и ощущалось это не глазами и ушами, но впечатление было именно таким.

— Так, нечего здесь толпиться, — распорядилась Алина. — Янсен и Юнусова продолжают дежурство, остальным студентам вернуться в палатки. — И дождавшись, когда студенты исчезнут, негромко добавила: — Идите отдыхать, Кеннер, вас сменят.

— Янсена и Юнусову тоже спать посылай, студентам здесь дежурить нельзя, — я, наконец, смог додуматься до вполне очевидного вывода.

Алина вопросительно на меня посмотрела.

— Без сканирования от студентов толку никакого, а сканировать здесь не стоит, — объяснил я. — Сканирование привлекает зверей, они издалека его чувствуют. Этот зверь и тот куст как раз на сканирование и пришли.

— Вот как? — задумалась Алина, сразу мне поверив. — Это неприятно. Лапа, а ты что насчёт этого скажешь?

— Я же бездарная, ты разве забыла? — Тамила посмотрела на неё с иронией. — Но я, вообще-то, почувствовала, как ты сейчас что-то сделала.

— Даже ты чувствуешь? — нахмурилась Алина. — Да-да, ты говорила, что в этих краях всё иначе, я помню. Интересно, это только со сканированием так? Ночью это проверять не стоит, пожалуй, но утром надо будет обязательно всё выяснить.

— Ну а мы пойдём спать, — сказал я, с трудом поднимаясь на ноги. — А то я что-то совсем не в форме.

— Идите, — кивнула нам Алина и отвернулась от нас к преподавателям.

Даже с помощью Ленки добраться до палатки стоило мне больших усилий. Когда мы, наконец, устроились там, Ленка с беспокойством спросила:

— Как ты себя чувствуешь, Кени? Может, всё-таки целительницу позвать?

— Чувствую себя не очень, Лен, — вздохнул я. — Но целительницу звать не нужно. Есть у меня ощущение, что она мне ничем не поможет, и что это надо самому перебороть.

— А что у тебя болит?

— Ломит всё, и как бы изнутри жжёт. И с глазами что-то не то.

— А что с глазами?

— Да не то чтобы с глазами… скорее даже не с глазами. Вокруг некоторых людей вижу что-то вроде ореола или какого-то отблеска, что ли. Довольно сильно вокруг Лапы, и ещё совсем немного вокруг тебя и Алины.

— А ещё вокруг кого-нибудь ты это видишь?

— Вроде нет, — задумался я припоминая. — Только вокруг вас.

— Тогда понятно, что дело вовсе не в глазах, — заметила Ленка. — Тамила была в провале, и мы с Алиной тоже немного туда залезали.

— Наверное, так, — согласился я. — Но что именно я вижу? Что этот ореол показывает?

— Не знаю, Кени, — пожала плечами Ленка. — Но не думаю, что это опасно. Потом будет ясно, а сейчас давай спать. Может, когда отдохнёшь, тебе легче станет.

— Кени, просыпайся, — Ленка легонько чмокнула меня в нос, и я открыл глаза.

Она уже успела умыться, и снаружи палатки был слышен шум полностью проснувшегося лагеря. Ленка явно разбудила меня в самый последний момент, чтобы дать мне возможность поспать чуть подольше.

— Как ты себя чувствуешь? — с беспокойством спросила она.

— Вроде нормально. — Я прислушался к себе. — Знаешь, даже хорошо чувствую. Уже ничего не болит.

— Вставай тогда скорее — завтрак вот-вот будет готов, у тебя времени только чтобы умыться.

Ленка исчезла, аккуратно прикрыв за собой входное полотнище палатки, и я с неохотой полез из спальника.

Снаружи жизнь уже кипела вовсю. Я быстрым шагом двинулся к ручейку и, проходя мимо места вчерашней битвы, с удивлением обнаружил, что туша зверя уже исчезла, а пятно крови было аккуратно засыпано землёй. Этого, конечно, и следовало ожидать, но я почувствовал мимолётный укол сожаления, что не проснулся раньше — зверя стоило бы рассмотреть получше при дневном свете. Хотя, с другой стороны, что его рассматривать? Если мне доведётся встретиться с ним ещё раз, я его точно узнаю.

— Кеннер! — услышал я и оглянулся, обнаружив, что меня догоняет Тамила.

— Доброе утро, Лапа, — поздоровался я.

— Я разделала тенелова, — сообщила она, непринуждённо пропустив необязательный этап приветствия. — Этого зверя, кстати, тенеловом обычно зовут, а его настоящее имя нельзя называть. Ну, вот такой предрассудок. Так вот — ты на какие внутренности претендуешь?

— Зачем мне его внутренности? — поразился я.

— Ну, там кое-что ценное есть, даже очень. Редкие ингредиенты.