Чтение онлайн

Волосатый химик направо и налево потчевал индейцев своими сокрушительными ударами.

Пол П. Кивис и Игор Лаконнен старались схватить Дока. Маркетт подобрал в углу деревянную ручку от насоса и тоже бросился в гущу дерущихся. В воздухе то и дело слышался свист каменных томагавков.

Вдруг индейцы оторопели, оттого что Док начал отдавать резкие распоряжения на непонятном незнакомом языке, который чем-то походил на их собственный.

Это был язык индейцев майя. Впрочем, для североамериканских индейцев он представлял такую же загадку, как, скажем, китайский или турецкий.

После этого все происходящее приобрело какой-то странный, нереальный вид. Казалось, что время внезапно замедлило свой ход. Один из краснокожих замахнулся на Сэвиджа томагавком, но почему-то не ударил его.

Индейцы двигались словно в замедленной съемке.

Док наклонился и стащил с распростертого на полу Оранга троих воинов. Химик тут же вскочил на ноги и бросился на улицу.

Док не замедлил последовать за ним, но в последний момент оглянулся на Натана. Юрист сидел на диване с разинутым ртом и выпученными глазами, напоминая своим видом человека, который встретился с привидением убитого им.

Оказавшись на улице, Оранг сделал энергичный выдох и сразу же судорожно глотнул свежего воздуха.

Док остановился и при помощи специальной резиновой присоски осторожно снял темные контактные линзы, благодаря которым он смог изменить цвет своих глаз.

Единственным недостатком этих линз было то, что в них бронзовый человек не так хорошо видел.

– Да!
– восторженно воскликнул Оранг.
– Твой газ - это вещь!

Док промолчал. Дело в том, что в свое время бронзовый человек изобрел особое газообразное вещество, которое при попадании в дыхательные пути мгновенно вызывало торможение всех двигательных рефлексов. Во время схватки в конторке Док незаметно бросил на пол капсулу с этим веществом, предварительно приказав Орангу задержать дыхание.

– У нас в запасе всего несколько минут, - напомнил Сэвидж.
– Нам нужно торопиться.

По дороге Док объяснил Орангу, что именно он убедил индейцев взять химика на рудник.

– Как тебе удалось их одурачить?
– недоуменно воскликнул Оранг. Почему они тебя не заподозрили?

– Индейцы сейчас полны страха, - объяснил Сэвидж.
– Они приняли незнакомого воина, то есть меня, за одного из воплотившихся духов, пришедших из мира Мичабу.

Оранг передернул плечами.

– Послушай, Док, это просто чушь какая-то!

Бронзовый человек не проронил ни слова.

– Док, а чем вызвана вся эта суматоха? Этот рудник представляет хоть какую-то ценность?

– До сих пор все факты свидетельствуют об обратном...
– ответил Док.

Оранг покачал головой и вытер пот со лба. Грохот барабанов, начавший было затихать, усилился снова.

Теперь он уже не походил на отдельные раскаты грома.

– Док, а что это за барабаны?

– Не знаю. Но индейцы действительно боятся их. Они не притворяются.

Сэвидж направился к зарослям. Прежде чем скрыться в них, бронзовый человек отдал несколько кратких распоряжений своему помощнику. Оранг должен был вернуться к конторке и наблюдать за тем, что будет происходить внутри после того, как прекратится действие газа, а потом освободить Шпига и Ренни.

– Я взял тебя с собой, чтобы ты мог освободить их. Их жизнь в опасности, - сказал Док и нырнул в густые заросли молодых елей и сосен. Оранг подошел к конторке.

Благодаря громкому барабанному бою его приближение осталось незамеченным.

Присев под одним из окон, Оранг с удивлением обнаружил, что опоздал. Дело в том, что действие газа уже прекратилось. Выносливые индейские воины первыми стряхнули с себя оцепенение и покинули конторку.

Внутри оставались только Игор, Айрис, Маркетт и мертвенно бледный Натан Натаниэльсон.

Взглянув на юриста, можно было понять индейцев, назвавших европейцев бледнолицыми. Мучнисто-белое лицо Натана местами покрылось зеленоватыми пятнами.

Он не переставал повторять одни и те же слова:

– Док Сэвидж... Томагавки Дьявола...

Девушка пристально посмотрела на Натана, потом перевела взгляд на Маркетта. Айрис казалась одновременно испуганной и возмущенной.

– Я уверена в том, что ты не мог убить моего отца, - сказала она.
– В тот день ты был в Детройте.

Оранг в задумчивости почесал свою крошечную головку. Наконец-то ему открылся скрытый смысл слов Айрис о невиновности Маркетта. Однако загадок оставалось еще слишком много.

– Этого ты сделать не мог, - продолжала девушка.
– Но я почти уверена в том, что именно ты подослал к нам Томагавки Дьявола.

Натан Натаниэльсон сделал усилие над собой и поднялся с дивана.

– Док Сэвидж... Томагавки Дьявола... Мне страшно...

За окном послышался оглушительный грохот барабанного боя. Вдалеке блеснула яркая молния. По небу прокатился гром. Вновь блеснула молния.

Вслед за этим в конторке погас свет. Айрис вскрикнула от испуга, а Оранг, моментально позабыв обо всех распоряжениях Дока, прыгнул в окно.

Внутри царила полная темнота. Внезапно Оранг почувствовал запах дыма. В одном из углов комнаты вспыхнул огонь. Сухие половицы быстро занялись пламенем. Красные языки заметались по полу, начали лизать стены.

От страха Натан Натаниэльсон стал заикаться. Он заковылял к двери. Айрис Хеллер упала в обморок.

Маркетт попытался привести ее в чувство, но сам вскоре потерял сознание. Лежавший на полу Игор Лаконнен с трудом принял сидячее положение и помотал головой, силясь понять то, что происходит.

– Ну-ка, выметайтесь отсюда, пока не поджарились!
– пронзительно закричал Оранг.

Лаконнен поднялся на ноги, с диким видом оглядываясь по сторонам, и бросился к неподвижной Айрис.

Маркетт сел и уставился на финна.

– Хозяйка!
– хрипло бормотал Игор.
– Я должен спасти вас!

Толстяк юрист сдавленно вскрикнул и выбежал на улицу. Внезапно послышавшееся крещендо барабанного боя заставило Оранга вспомнить о распоряжениях Дока.

Девушке уже ничто не угрожало. Игор бережно нес ее на руках к двери. Но Шпиг и Ренни были в опасности. Химик повернулся и бросился бежать.

В лесу было темно, как в угольной шахте. Звезды и луна скрылись за тучами. Оранг выхватил из кармана небольшой фонарик и щелкнул выключателем. Фонарик не давал яркого света, но кончики ветвей некоторых низкорослых сосенок стали слабо светиться.