Чтение онлайн

Я подумал, что зря я тогда сказал Джо, что попытаюсь что-то сделать. Так себе агент из меня, если честно. Конспиратор тот еще.

– Теперь по поводу Порто Франко.
– продолжал Михаил.
– К тебе прибудут двое помощников. Один встретит тебя там, он кубинец, зовут Рауль, представится как Раулито. Найдет тебя в мотеле "Арарат". Скажет, что приехал из Кадиза, по рекомендации Карлоса Нуньеза. Такой там на самом деле существует, рулит оружейным магазином возле порта. Второго нужно будет встретить на Базе "Россия", его ожидаем приблизительно в следующий вторник, который через неделю. Может быть, в среду или четверг. Он будет искать тебя в "Рогаче". Его здесь никто не знает еще. Зовут Дмитрием, служил на Тихоокеанском флоте, старлей, спецназ тамошний в прошлом. Неплохо знает английский. Вооружи его, помоги освоиться и возьми на работу. Будет твоим помощником в Порто Франко, парень очень толковый, специально в Старом Свете подобрали для тебя. Ну и боец соответственный, в подводных диверсантах лохов не держат. Машину для Порто Франко вам прислали, "Унимог", ты видел в колонне. Ребята подгонят ее там на стоянку к мотелю, а дальше уже разберешься. На словах - все, остальное в письменном виде, полагаю.

– А тебя зачем прислали?
– спросил я.

– Не только меня. "Сову" и еще восемь бойцов. Буду здесь работать с Силаевым, если удастся - увезем его и второго пленного в ППД, Палыч со всей контрразведкой по ним слезами обливается. Попытаемся договориться с местной властью. Мы на "Водниках" отделяемся от конвоя.

– Понятно. То-то, смотрю, прибавилось бортов.

– Вот нас и прибавили, временно.

Да, судьба что дышло - как повернул, так и вышло. Придется мне со Светланой объясняться, с глазу на глаз, и в глаза глядя. Не скроешься за телеграммками. Сам не шел к ней, так начальство в бесконечной мудрости своей приказало. И никуда не денешься.

В семь утра я присоединился к конвою Немцова, получил место в колонне, и встал сразу за головным БТР. "Перенти" снова был загружен, "сто третий" лежал в предназначенном для него месте справа от меня, "Вал" упрятан в тайник в борту, "Эрма" в чехле сзади, за сиденьями, и с ней в комплекте "Вереск". В тайник под приборной панелью я кроме ПСС уложил трофейный "Пернач", со стволом под 9х19 и тремя запасными магазинами. Для прибывающего Дмитрия я припас "Абакан", лишив его оптики, правда. В крайнем случае, подберем что-нибудь в магазине у Саркиса и Билла, переходники у меня есть. Прицелов ПСО у меня всего два, а стволов больше. Соответственно - лишних нет, тем более, что Дмитрий останется с кубинцем в Порто Франко, а мне еще ездить и ездить по саваннам.

Кроме того, как я узнал из письма, которое было на "флэшке", и которое я расшифровал в понедельник с утра, вместе с Дмитрием должен прибыть груз из четырех десятков пистолетов-пулеметов "Бизон" и "Каштан". Армией они востребованы не были, но неплохо продавались как оружие самозащиты, поэтому для улучшения ассортимента магазина Барабанов распорядился их закупить в Старом Свете. Много на них не заработаешь, но покупателей это прибавит. Ассортимент - залог успеха.

"Унимог" стоял в колонне следом за мной. Не слишком новый, но и не старый, короткая версия серии 400. В кузове у него были дополнительные баки на кронштейнах, которые можно демонтировать, если требуется увеличить полезный объем и грузоподъемность. То, что нужно. Надо бы и к "Перенти" такие заказать, смонтировать за и под задними сиденьями, литров на двести примерно. Тогда хоть в кругосветку. Ничего ведь сложного в них нет. В основной бак устанавливается штуцер, к которому подведен шланг из дополнительного бака. На штуцере клапан для стравливания воздуха, чтобы давление в главном баке не повышать, и слабенький электронасос, который лишь помогает подкачивать идущее самотеком топливо. И так, по мере необходимости, можешь прямо на ходу подливать солярку из запасного бака в основной, как из канистры, просто вместо возни рычажок переключаешь. Жрет трехосный "Перенти" с грузом под двадцать пять литров солярки на сто километров, если по проселку, и это дало бы дополнительных восемьсот километров. Немало, кстати, день пути.

Раньше надо было думать, Джо такие баки под любую модель делает. Даже Джей-Джей умеет. А ящерицу она нарисовала на машине Бониты, кстати. Даже лучше прежней.

Вообще, как я уже говорил, путешествие с конвоем располагает к размышлениям. Тем более в конвое с опытной и хорошо вооруженной охраной. Когда не надо даже на езде особо сосредотачиваться, а никаких занятий, кроме как целого дня езды, тебя не ожидает, сознание начинает занимать себя отвлеченными или, наоборот, сугубо практическими мыслями.

С каждой поездкой окружающий мир становился все привычней, и если раньше ты глазел во все стороны, как на передачу "В мире животных", то теперь он больше ассоциировался с пейзажем за окном купе, когда сменяют друг друга стрелки, станции, полустанки, леса, поля, а ты читаешь себе книгу и лишь изредка поглядываешь в окно, мол, а где это мы уже?

Путь из Аламо в Порто Франко при нормальном темпе занимал пять дней, с четырьмя ночными привалами в саванне, так что передумать можно было много. Сиди себе на заднице и думай все это время, только прерывайся на то, чтобы еще один сухпай вскрыть и слопать. И запас воды не забывать пополнять, все равно два раза будем на попутные заправки заезжать в крошечные поселки, больше похожие на опорные пункты, где люди живут, заправляя и обслуживая конвои, и занимаясь перевалкой небольших партий грузов. Скука смертная в таких поселках жить, наверное. Живет полсотни человек, из которых половина на посту, а вторая смотрит на дорогу и думает, когда к ним конвой заглянет? Есть там универсальный магазинчик, где можно купить все, что угодно, от еды до патронов, и есть заправка, где можно долить бензина или солярки. И все. Пара небольших складов, пара ветряков, вращающих генераторы в целях экономии топлива, да десятка три домиков, построенных из кирпича местной выделки, и расположенных по кругу, образуя толстыми задними стенами что-то вроде крепостной стены. Вокруг этих стен ветер несет пыль, шевелит волнами траву в саванне, и по всей равнине пасутся стада, которым нет никакого дела до странной возни откуда то появившихся здесь людей.

Случалось, иногда на такие поселки налетали банды, но случай захвата в истории сохранился всего один, потому что укреплены они были неплохо, а сносить все под корень из тяжелого оружия никто не собирался - какой же тогда грабеж? Только порча имущества.

Конвой заезжал на пыльную стоянку, заправлялся, путешественники быстро забегали в магазин, покупали что нужно, заливали воду, а некоторые и не покупали ничего, а просто бродили между стеллажами с товарами, чтобы размять ноги. Затем подавалась команда к отправлению, и конвой уезжал, оставляя жителей поселка наедине с саванной. Лишь изредка кто-то из конвоя оставался в таком поселке, из-за технической ли проблемы, или потому, что изменились планы, и становился общим гостем, всеми желанным, потому что он мог рассказать жителям, что происходит в мире, на Дороге, и как вообще живут люди.

Вот в такие поселки и заходила на заправку наша колонна, и я тоже заглядывал в маленькие магазинчики, чтобы наполнить канистру свежей водой и купить упакованные сэндвичи и ментоловые леденцы, хорошо отбивающие жажду в пути. А то если будешь пить все время - по кустам не набегаешься. Потом мы вновь уходили на Дорогу, и поселок оставался за спиной, быстро скрываясь за неровностями ландшафта.

По ночам мы останавливались на специальных площадках для ночевок. Это были удачно выбранные места на расстоянии дневного перехода друг от друга, с хорошим обзором и достаточно укрытыми стоянками. Такие места были выбраны конвоеводителями уже давно, и останавливались на них все конвои, из года в год. Каждый конвой традиционно что-то добавлял к благоустройству стоянок, углублялись ли окопы на холмиках для дозоров, притаскивались ли дополнительно колючие кусты, ограждавшие площадку от зверей, обновлялись ли укрытия для бронетехники. Каждый конвой обязательно вез с собой связки дров, которые на манер фашин были приторочены к броне или лежали в кузовах, потому что саванна не была изобильна деревом, а сухие кусты сгорали в кострах мгновенно, давая яркий свет и быстротечное тепло. Излишки дров оставлялись на привалах, и постепенно на многих площадках скопились целые поленницы.

Нападений на конвои на стоянках почти никогда не случалось, потому что места были выбраны удобные не только для обороны, но и для обнаружения противника на подходе. Позиции располагались разумно, секторы огня выверялись годами, и, несмотря на кажущуюся неказистость, каждая такая площадка, через несколько минут после захода в нее колонны, превращалась в настоящий опорный пункт. Проще было атаковать колонны на марше.

Иногда на таких площадках встречались попутные или встречные конвои, люди смешивались у костров, делились новостями, а иногда, при совпадении интересов, заключались сделки, и происходил обмен товаров.

Люди ночевали и в машинах, как чаще предпочитали делать торговцы и перевозчики, и в маленьких одноместных и двухместных палатках, как делали военные. Эти палатки представляли собой настоящие шедевры палаточного дизайна. Они были крепко пошиты, устанавливались за минуту, закрывались противомоскитными пологами, а дно их заворачивалось вверх примерно на двадцать сантиметров от земли, и представляло собой настоящего ежа из длинных пластиковых иголок с обоих торцов, что надежно защищало палатку от заползания как насекомых, так и змей. Идея этой конструкции пришла от волосяных веревок, которыми в пампе пастухи-бакеро окружали свои биваки, и через которые ни змеи, ни насекомые не перебирались.

Я ночевал в машине, разворачивая с каркаса для тента во все стороны противомоскитную сетку, потому что ночью на огонь костров из саванны прилетало множество насекомых, и не всегда при этом безобидных. Прямо на ящики с оружием я набрасывал надувной матрас на жесткой пластиковой основе, один из тех, которые были очень популярны среди путешественников, позволяя сооружать постели на самых неровных поверхностях, изобилующих острыми углами. Сверху бросал спальный мешок и забирался в него, не застегиваясь, а просто накрываясь.