Чтение онлайн

— Александр, вставайте. Мы на месте.

Голос Маркова прорезал вязкую тьму дремоты, вырывая меня из сна, который, казалось, только что начался. Ощущение было такое, будто я закрыл глаза — и тут же их открыл.

Я потянулся, чувствуя, как начали покалывать затекшие ноги. Машина уже стояла припаркованная, водитель куда-то исчез, а майор Марков медленно распахивал дверцу. Я поспешно вылез следом, чтобы не остаться в одиночестве хрен пойми где.

И тут же в глаза ударил яркий и ослепляющий свет.

Яркий ореол ламп в коридоре, бил прямо в зрачки, вызывая мгновенный спазм в висках. Я моргнул, пытаясь привыкнуть к столь резкой смене освещения, но получалось плохо. Руки почему-то машинально потянулись к карманам, но внутри все что я нашарил, так это телефон. Вытащив его оттуда, кинул мимолетный взгляд на экран, который мигнул мне в ответ, словно здороваясь — половина четвертого утра. Четвёртое число уже сменилось на пятое.

Скоро мой день рождения, через два дня. А ещё через неделю — день рождение Риты. Последние годы мы имели привычку праздновать вместе. Я, Серёжа и она.

Вспышка воспоминаний — прошлогодняя вечеринка, её смех, свечи на торте. Запах ванили. Небольшая горка подарков. Улыбающееся лицо. Живые и яркие веснушки.

Сейчас не время.

Ноги сами понесли меня за Марковым.

Коридоры были узкие, стены выкрашены в белый, а в воздухе витал ещё свежий запах краски. Местами с потолков свисали тяжелые связки проводов, кое-где они были проложены в прозрачных магистралях. По ним иногда пробегали световые импульсы, напоминая движение крови в искусственных артериях. Люди сновали туда-сюда, лица сосредоточенные, напряженные, взволнованные. Здесь явно что-то происходило.

И связь не ловила. Очевидно, её глушили. Либо мы находились так глубоко под землёй, что сигнал попросту не добивал.

— Александр.

Я невольно вздрогнул — Марков, до этого молчавший всю дорогу, неожиданно оказался очень близко.

— В ближайшее время сюда должны доставить вашего друга. А пока мы с вами можем поговорить о делах.

— О делах? — переспросил я, чтобы хоть приблизительно понять, о чем может пойти диалог. И быть готовым ко всему заранее.

— Нам сюда.

Он указал ладонью на неприметную дверь, такую же белую, как и стены. Только ручка выделялась на фоне, она почему-то была матово черной, слегка потертой местами от частого использования.

Марков вежливо кивнул мне головой, показывая, что пропускает меня вперед.

Я надавил на ручку. Она поддалась слишком легко, безо всякого сопротивления — словно за дверью ждали.

Мы вошли.

Просторное помещение напоминало кухню в офисе или какой-то лаборатории. По углам стояли потрепанные временем диваны, в центре длинный стол с нестройными рядами стульев вдоль него. Несколько холодильников выстроились у стены, их двери облеплены разными магнитиками, на первый взгляд они были со всех стран и городов мира.

На столешнице лежал открытый батон белого нарезного хлеба. Рядом с ним начатая упаковка нарезки колбасы. Кто-то недавно ужинал.

В воздухе витал слабый запах кофе.

Марков молча шагнул к кофемашине, бросил на диван свой дипломат, затем с точностью отлаженного механизма засыпал в аппарат свежие зерна кофе и выбрал два латте.

— Вы ведь не против поговорить за чашкой кофе? — его голос звучал непринужденно, но чувства кричали о том, что это ловушка.

— Зависит от темы.

Марков усмехнулся.

— Пока мы ждём моего коллегу, хочу спросить вас…

Он выдержал паузу, взглянул на меня, затем, словно бы невзначай, добавил.

— Что вы думаете о нас?

Кофемашина зашипела, запуская процесс заваривания.

Я застыл.

Такого вопроса я не ожидал.

— Эм-м… — я почесал затылок и посмотрел в пол, будто там могла скрываться подсказка к озвученному вопросу. — Вы имеете в виду… о вас, как о мужчине?

Марков замер. Его брови взлетели вверх так резко, что я даже задумался, не двигаются ли они автономно. Глаза расширились — в них читалось что-то между изумлением и убийственным желанием отправить меня в утиль.

Я машинально отступил назад и тут же врезался в один из стульев, стоящих рядом.

Грудь майора вздымалась от негодования, губы сжались в узкую полоску, явно сдерживая поток слов, которые в приличном обществе лучше не произносить.

— Вы меня… удивляете, Александр. — его голос был на удивление ровным, но в нем уже начинало гудеть раздражение. — Как человек с таким складом ума может быть таким… таким…

Он осёкся, будто выбирая, чем именно я могу быть.

— В общем, нет. — наконец выдохнул он. — Я имел в виду совсем другое. Что вы думаете о нас, как о виде? О людях в целом?

Вот это неожиданный поворот.

Я невольно расслабил плечи, чувствуя, как с них сваливается напряжение. Ну, хоть не про сексуальные предпочтения.

— Товарищ майор, у вас очень необычные вопросы для такого раннего утра.

Я принял из его рук стакан кофе, с удовольствием вдыхая этот манящий аромат.

— Но если говорить честно… мне кажется, что меньшая часть населения — действительно люди.

Марков поднял бровь, но не перебивал, внимательно слушая меня дальше.

— Большинство — нелепые трутни. Живут, пользуясь тем, что создало другое меньшинство созидателей. Потребляют. Плывут по течению. Не думают. Не делают. Не развиваются. — я сделал глоток кофе — и тут же поморщился от горечи пережаренных зерен, ощущая как кипящая жидкость спускается вниз.

— Вы это хотели услышать? Или у вас был какой-то другой, скрытый смысл?

Марков внимательно посмотрел на свой стакан, о чём-то видимо сильно задумавшись. А затем одним мощным глотком осушил его.

Я едва не поперхнулся от такого неожиданного действия.

— Вы вообще чувствуете вкус или у вас глотка лужёная?

— После армии — как титановые трубы.

Я хмыкнул. Кто бы сомневался.

— Хорошо. А как вы думаете, есть ли жизнь за пределами Земли? На других планетах, у других звезд?

Марков повернулся к кофемашине и снова запустил её. Машина зажужжала, лениво наполняя стакан ещё одной порцией кофе.

Я улыбнулся уголком губ и негромко произнес:

— Tantum scio quod videam.

Марков замер от такой неожиданности, затем медленно повернул голову, словно киборг из фильма девяностых, анализирующий входящие ему данные.

— “Я знаю только то, что видел”. — проявил отменные знания мертвого языка майор, дословно переводя мой ответ.

— Да, верно.

— Помню-помню, вы учились в медицинском университете. Верно? — покручивая стаканчик с кофе в руках, было слышно, Как в его голове скрипят шестеренки.