Чтение онлайн

– Нашей задачей будет, – заявил одетый с иголочки спокойный мужчина со стальным блеском в глазах, – сохранять баланс сил. А также гарантировать полное сдерживание тех, кто рвется радикальным образом изменить сложившийся порядок вещей в стране. В отдельных случаях необходимо будет даже совершать превентивные действия.

– Превентивные? Вы имеете в виду…

– Я имею в виду, что, если улики очевидны, а опасность реальна, мы будем действовать прежде, чем действовать начнут наши подопечные. Вместо того, чтобы ждать, когда террористы приведут свои планы в действие, и вместо того, чтобы позволять им толкать нашу страну к войне против наших же собственных детей, мы используем весь имеющийся у нас арсенал средств, чтобы предотвратить их гнусные замыслы.

Обычному штатскому человеку подобные утверждения показались бы ошеломляющими, но Купер был солдатом, и, с точки зрения солдата, в словах руководителя новоиспеченного отдела прослеживалась непререкаемая логика. Стоит ли ждать удара лишь для того, чтобы нанести ответный? Не лучше ли нейтрализовать угрозу прежде, чем создатели этой угрозы навредят тебе?

– Получим ли мы соответствующие санкции? Санкции, позволяющие ограничивать гражданских в их правах?

– Нас поддерживают на самом высоком уровне, но от каждого из нас потребуется абсолютная ясность ума и безупречная чистота помыслов. Мне нужны мужчины и женщины, готовые приложить все силы во благо, и только во благо отечеству. В общем, – подытожил директор Дрю Питерс, – мне нужны единоверцы.

– Ему нужны, – без малейшей тени сомнения в голосе заявила Натали после того, как Купер пересказал ей этот разговор, – убежденные в своей правоте убийцы.

– Иногда, возможно, понадобятся и убийцы, – согласился Купер. – Да, возможно. Но наша группа не станет подобием теневого подразделения ЦРУ, устраняющего политических конкурентов. Мы будем защищать людей.

– Убивая одаренных.

– Преследуя террористов и убийц. Среди которых встречаются… ладно, среди которых хватает сверходаренных. Да, есть такие. Но далеко не все. И вообще, дело не в том.

– А в чем?

Оставляя след в пыльном воздухе, по обшарпанной мебели их квартирки гулял пробившийся сквозь оконное стекло солнечный луч. Проследив за лучом, Купер сказал:

– Помнишь, есть такие фильмы, в финале которых герои, собравшись вместе, противостоят опасности? Все против них, и очевидно, что не выстоять, но ими движет вера в то, что их место затем займут их братья и непременно победят.

– Но в последнюю секунду свершается что-то такое, после чего все хорошие ребята остаются живы и торжествует правда. О таких фильмах речь?

Купер игриво толкнул Натали, и оба рассмеялись.

– Да, в кино обычно так и бывает, – согласился он. – И я поступаю таким образом потому, что верю в то, что делаю. Верю в героизм и чувство долга, верю в самопожертвование ради справедливости. И это не пустые слова. Я и солдатом изначально стал исключительно ради того, чтобы оказаться среди хороших парней.

– Но теперь тебе придется противостоять другим одаренным. Людям, подобным тебе.

– Понимаю, что мое стремление кажется безумием. – Купер взял бывшую жену за руку. – Завернутые…

– Не употребляй это мерзкое слово!

– Хорошо, будь по-твоему, назовем их анормальными. Анормальные сочтут меня предателем, а многие из моих коллег так никогда мне и не поверят. Но с этим я уже смирился.

– Так почему же?

– Потому, что у нас есть сын.

После такого ответа Натали не произнесла заранее заготовленный контраргумент – лишь взглянула на свою руку в руке мужа и обронила:

– Я только боюсь, что… Лишь бы только не кончилось тем, что ты себя возненавидишь.

– Этого не произойдет. Я буду драться за мир, в котором не важно, одарен мой сын или нет. И за такой мир я готов и убивать. – В детской кроватке, будто вмешавшись в разговор родителей, зашевелился Тодд. Купер и Натали затаили дыхание. Сын успокоился, и Купер продолжил: – Кроме того, если дела пойдут худо, моя работа даст защиту нам всем. Лучшего места, чем Служба справедливости, не придумаешь.

«Вот и настало самое время эту теорию проверить».

В командном центре Службы справедливости в любое время суток кипела работа. На виртуальной карте во всю стену прибавилось, по сравнению со вчерашним, оранжевых и даже красных точек. Под картой теснились огромные мониторы. На двух из них разъяснялись особенности деятельности на вновь открывающейся сегодня фондовой бирже. На третьем ученый муж что-то чертил на грифельной доске, на четвертом шла прямая трансляция пресс-конференции с президентом Уокером относительно Новой Земли Обетованной в штате Вайоминг. Президент выглядел усталым, но вроде бы вполне владел собой. Раз за разом он подчеркивал, что сверходаренные являются такими же гражданами Америки, как и все остальные, и что земля, на которой теперь располагается Новая Земля Обетованная, была приобретена абсолютно законным путем. Купер прямиком направился к лестнице. Сзади его окликнул женский голос. Не обращая внимания на оклик, Купер зашагал по ступенькам вверх. Следом заспешила Валери Вест:

– Купер!

Не останавливаясь, он повернул голову:

– Я занят.

– Перехват телефонных звонков дал важную информацию. Необходимо…

– Позже.

– Но…

– Я сказал – позже! – прорычал Купер. – Я должен объяснять, что означает «позже»?

Валери отшатнулась, будто от пощечины:

– Да, сэр.

Держась правой рукой за перила, Купер заспешил дальше по ступенькам вверх.

Командный центр по второму этажу был опоясан балконом. Здесь располагались офисы офицеров и залы заседаний. Б'oльшая часть стены офиса директора Дрю Питерса была стеклянной, что позволяло ему прямо из-за письменного стола видеть виртуальную карту и наблюдать за деятельностью полевых агентов внизу. Сейчас стеклянную стену наглухо закрывали жалюзи. Купера встретила помощница директора Мэгги – стильно одетая женщина лет пятидесяти, обладавшая одной из самых радушных на свете улыбок. Впрочем, про нее говорили также, что в жилах у нее течет не кровь, а ледяная вода. Непосредственно с Питерсом Мэгги работала в течение как минимум последних двадцати лет, и опыт и знания секретных материалов делали ее скорее оперативным агентом, чем просто секретаршей.

– Мне необходимо его видеть срочно.

– У него важный телефонный разговор. Присядьте, пожалуйста.

– Немедленно, Мэгги. – Купер демонстративно выказал сильнейшее смятение на лице.

Секретарша спокойно оглядела его, затем что-то напечатала на клавиатуре. Несколькими секундами позже из динамика в мониторе прозвучал звоночек, возвещая принятие ответного сообщения.

– Проходите, агент Купер.

Офис, хоть и маленький для человека ранга Питерса, был со вкусом обставлен. В углу под портретом президента Генри Уокера стояла кушетка. Однако взгляд Купера, как всегда, сразу же устремился к противоположной стене, увешанной, вопреки принятому среди боссов обычаю, не изображениям Питерса с сильными мира сего, а фотографиями лиц, находящихся в активном розыске. Особо почетное место было отведено черно-белой фотографии Джона Смита, который, под стать самому убежденному на свете проповеднику, с микрофоном в руке обращался к толпе.

Не прерывая телефонного разговора, Питерс махнул рукой на кресло напротив.

– Понимаю, сенатор.

Пауза.

– Это полностью соответствует истине. Понимаю вас.

Питерс воздел глаза к потолку.

– Ну, может, вам не следовало продавать ему половину штата?

Очередная пауза.

– Да, несомненно, вам надлежит поступить именно так. А сейчас, извините, у меня запланированная важная встреча.

Питерс дал отбой и, сорвав с уха беспроводную гарнитуру, швырнул ее на стол.

– Наш глубокоуважаемый сенатор штата Вайоминг. Эрик Эпштейн скупил там двадцать три тысячи квадратных миль – участок земли размером с Западную Вирджинию, а прозорливый сенатор не озаботился вовремя даже поинтересоваться, с какой целью. – Директор потряс головой. – Мир стал бы гораздо более совершенным местом, если бы люди голосовали не за тех, с кем приятно вечером потрепаться и попить пивка, а за тех, кто поумней. – Питерс откинулся на спинку кресла и вопросительно взглянул на Купера. – Так что там у тебя?