Чтение онлайн

Таким образом, разница между Арбелами (сегодня Эрбиль в Иракском Курдистане) и Карфагеном была равна трем экваториальным часам, что может означать разницу в показателях долготы, составляющую 3 x 15 = 45, поскольку часовой пояс соответствует 360/24 = 15 градусам. Оба города находятся на одной параллели, но на самом деле между ними 34 градуса долготы, что говорит об ограниченности диапазона этих данных и их передачи, – об этом пишет Жермен Ожак 52 .

Птолемей использовал также данные астронома и географа Марина Тирского. По мнению Птолемея, Марин «последним из нынешних авторов» подверг критическому осмыслению источники информации, о чем свидетельствуют «выходившие одно за другим многочисленные издания „Исправленной географической карты“» 53 . Как бы то ни было, Марин все же учел и приукрашенные описания путешествий, оценив в результате протяженность обитаемого мира с востока на запад в 225 градусов по долготе, а Птолемей настаивал на значении 180 градусов.

За семь веков, которые мы только что стремительно миновали, выстроилась принятая многими концепция обитаемого мира: это большой остров, который часто изображают в форме хламиды, он занимает значительную часть Северного полушария и окружен Океаном. Земной шар разделен на части воображаемыми окружностями – параллелями и меридианами, свойства и история появления которых меняются от автора к автору. Они позволяют ориентироваться на поверхности сферы и наблюдать за астрономическими явлениями, объясняя их в рамках этой модели. С точки зрения философии космология Аристотеля была частью концепции мироздания, принадлежавшей греческим ученым, при этом с первых же веков новой эры до середины латинского средневековья широкое распространение получили идеи Платона. Различные натурфилософские трактаты Аристотеля дошли между тем до арабского средневековья и, будучи переведенными, стали предметом комментариев, в свою очередь породивших новую богатую философскую и научную литературу. В латинском мире весь аристотелевский и арабский корпус, как и птолемеева астрономия, стали доступны только благодаря волне переводов с арабского на латынь в XII–XIII веках. Теперь нам предстоит более подробно познакомиться с тем, какие знания существовали в период поздней античности и раннего средневековья.

Сегодня многие сходятся на том, что в античности Земля считалась сферичной, но история передачи этого знания в поздней античности (III–VI века) и средневековье (VII–XV века) заметно искажена. Произошли они преимущественно в эпоху Просвещения – по вполне понятным политическим причинам – и даже сегодня оказывают значительное влияние на мировоззрение, ведь принято считать, что человечество утратило античные знания в раннем средневековье и только во времена Просвещения их восстановило, – отсюда и названия обоих периодов. Коллективная амнезия, оскудение умов, культурный упадок или влияние христианского фанатизма – эти причины редко видны в документальных источниках и чаще всего определяются идеологическими установками. Мы же попытаемся проследить реальные знания в том виде, в каком они были представлены в Средиземноморье с первых веков новой эры, через изучение учебных пособий и текстов, трудов, создававшихся в интеллектуальных центрах, через выявление признаков, позволяющих оценить их резонанс. Тем, кому не расстаться с убеждением, что тогда считалось, будто Земля плоская, мы предлагаем внимательно ознакомиться с историографией этого вопроса, понять, что стоит за безличной формой глагола, и оценить их интеллектуальное влияние на хронологический период протяженностью более тысячи лет.

Слово «учебник» подразумевает здесь ряд трудов, написанных учеными и педагогами, не совершившими существенных открытий, но собравшими воедино знания своей эпохи – часто для того, чтобы распространять их среди школяров. Некоторые из этих книг пользовались огромным успехом, и мы проследим за их судьбой в географических пределах Средиземноморского бассейна, ставшего идеальной средой для гуманитарного обмена.

Теон Смирнский оставил нам сочинение «Необходимость математических знаний», перевод и комментарии к которому выполнены Жоэль Делатр-Бьенкур в издании «Читая Платона. Применение научного знания: арифметика, музыка, астрономия». В своем труде автор, по-видимому преподававший в Смирне (сегодняшнем Измире), комментирует научные тексты Платона (фрагменты из «Государства», «Послезакония», «Тимея») спустя пять-шесть веков с момента их создания. Кроме того, добавляет Ж. Делатр-Бьенкур, в сочинении комментируются выдержки из других, менее известных авторов, таких как Трасилл и Адраст, «ученый-перипатетик, живший около 100 года новой эры: Теон способствовал известности его суждений». Цитируются также Эратосфен, Гиппарх, Декрилид и Аристотель. Из этого Ж. Делатр-Бьенкур делает вывод, что перед нами «учебник философии и математики, дошедший до наших дней в копиях с греческих манускриптов, выполненных на исходе средневековья» 54 . Теон прекрасно ориентировался в полемике предыдущих веков. Он попытался дать общую картину математических и астрономических знаний, необходимых образованному человеку II века н. э. (именно поэтому он нас интересует): как и Клеомед, он содействовал развитию научно-популярной литературы. Кроме того, будучи математиком, последователем пифагорейской школы, Теон предложил теорию комбинаций сложных видов кругового движения.

Глава из труда Теона, посвященная астрономии, с комментариями к текстам Адраста (они приведены в кавычках) начинается так:

В подтверждение тезиса о сферичности упоминаются и другие так или иначе подкрепленные наблюдения: различная длительность восхода и заката светил в зависимости от долготы, связь продолжительности лунного затмения и места наблюдения, влияние широты на видимость созвездий. Приводятся физические доводы: всякое весомое тело «по природе движется к середине» и «части земли […] равноудалены от середины». Таким образом, форма Земли сферическая так же, как и форма моря, покрывающего значительную ее часть:

Затем Теон доказывает, что сферичной будет любая водная поверхность в состоянии покоя. Он опирается на рассуждение, встречавшееся у Аристотеля:

Ведь вода по природе стекает от высоких мест к низким. Но высокие места более удалены от центра Земли, а низкие – меньше. Допустим, что поверхность воды ??? является плоской, и проведем к центру Земли ? от середины отвес ?? и от краев поверхности – прямые ?? и ??. Ясно, что обе линии ?? и ?? длиннее ?? и обе точки ? и ? более удалены от ?, чем ?, и находятся выше, чем ?. Поэтому вода будет стекать из ? и ? вниз к ?, пока ? не сравняется по уровню с ? и ?. Схожим образом точки любой поверхности воды будут равноудалены от ?. Ясно, что тем самым эта поверхность сделается сферической 57 .

Наконец, Теон подробно рассуждает о горах, рельеф которых заставляет усомниться в гладкости земной сферы. Он сравнивает их высоту с земной окружностью, которая, по расчетам Эратосфена, очень близка к 25 мириадам и 2000 стадиев. Даже если взять гораздо меньший результат, полученный Архимедом (8 мириад и 182 стадия), это ничего не меняет, ведь самые высокие горы поднимаются лишь на десяток стадиев. Итак, «высота наибольших гор составляет восьмитысячную долю от всего диаметра Земли» 58 – это, как говорят в наши дни, допустимая погрешность. Земля – шар, это не вызывает сомнения, более того – известны как его общие параметры, так и размеры отдельных элементов.

Сам учебник Теона в латинском мире не получил распространения. Тем не менее выдержки из него были переведены с греческого на латынь, и их почти полностью повторяет Халкидий, христианский философ-платоник IV века. Не упоминая источника заимствования, он включил бoльшую часть астрономии Теона в свой «Комментарий к „Тимею“». На протяжении средних веков это был единственный труд, позволявший познакомиться с космологией Платона; в него входил перевод части «Тимея» в сочетании с астрономическими выкладками, которые приписывали самому Халкидию, хотя в действительности они были взяты из трактата Теона Смирнского 59 .

Еще один философ также подарил латинскому миру фрагменты из «Тимея». Это Макробий, родившийся около 370 года в городе Сикка в Нумидии (Северная Африка). Его произведения, написанные на латыни и проникнутые духом неоплатонизма, читали на протяжении всех средних веков (известны 200 сохранившихся рукописей). «Комментарий на „Сон Сципиона“» Макробия – глосса к отрывку из книги IV трактата «О государстве» Цицерона с пересказом «сна Сципиона». Сочинение послужило поводом, чтобы в первой книге описать устройство космоса в понимании автора посредством более или менее точного цитирования тезисов античных ученых. В труде, составленном по принципу учебника, приведен ряд астрономических дефиниций. Определение меридиана звучит вполне однозначно: