Чтение онлайн

Но тут произошло то, чего не смогла бы предположить даже Сейна, прекрасно знающая своего возлюбленного. Грохнув цепями, Зен упал перед ней на колени и, словно раскаявшийся грешник на исповеди, заговорил:

– Прости меня, любимая! Пожалуйста, прости!

– За что?!
– в величайшем недоумении воскликнула она, даже не догадываясь, каким может быть ответ.

– Из-за меня, - Зен дышал очень тяжело. Вся его мускулистая грудь подавалась то вперёд, то назад с каждым вдохом и выдохом, - из-за моей недальновидности ты вновь подверглась неоправданному риску!

– Если ты про то самое сообщение, из-за которого я бросилась во Вьетнам, то тут нет ни капли твоей вины!
– попыталась успокоить его Сейна, - откуда ты мог знать...

– Даже если и так, - решительно прервал её Зен, - даже если я невиновен в этом случае, что весьма спорно. То меня вполне можно упрекнуть в другом, более серьёзном проступке.

– В каком?
– в напряжении приготовилась слушать Сейна.

– Информацию о том, что ты тренировала Юрия во Вьетнаме, я поместил в верхние, самые незащищённые пласты своего сознания. Я посчитал её маловажной. И именно в этом заключалась моя ошибка. Когда после года сканирования моего мозга они добрались до этих сведений, то мысля по аналогии, подумали, что там же ты будешь тренировать и Сергея. Они нашли у меня в голове точные координаты того самого места и направили туда своих воинов. Граксы несказанно обрадовались тому, что целый год их усилий был, наконец, вознаграждён, и произнесли вслух то, что узнали.

Зен неожиданно подался вперёд. Решительно и вместе с тем нежно обняв руку любимой, он прижался щекой к её ладони, закрыл глаза и заговорил быстрее. Трепет, с которым он произносил каждое слово, не шёл ни в какое сравнение с тем, что прежде слышала из его уст Сейна:

– Но любовь к тебе дала мне силы. Богиня моя! Остаться там, зная, что тебе угрожает опасность, у меня не было ни малейшего права! Целый год я ослаблял крепления цепей к стене, тихо, но сильно дёргая их, пока граксы не видят. Когда настало время последнего усилия, я вырвался из плена ради тебя. И как только мои глаза увидели небо, и я почувствовал, что помехи не такие плотные, я отправил тебе то самое короткое предупреждение. О том, что полсотни граксов прямо сейчас телепортируются во Вьетнам, чтобы убить тебя, но на помощь приду я. Рисковать и продолжать разговор мне не хотелось. Опасался перехвата и вычисления твоей частоты. Не волнуйся, любимая! Я успел сбежать вовремя! Ничего больше они от меня не узнали! Ни частот, ни агентурных данных! Ничего! Эта информация была под куда более крепкой защитой на самых глубоких уровнях моего сознания. А когда те самые полсотни телепортировались к тебе, я воспользовался временно открывшимся гиперспейсом. Всё, что было дальше, ты знаешь сама.

Зен прекратил говорить и ещё крепче прижался лицом к той самой руке Сейны, которую парализовало в бою ударом молнии. Но вскоре ей показалось, что она всё-таки ощущает прикосновение больших, сильных и тёплых рук своего мужчины. Жизнь стала постепенно возвращаться в повреждённую конечность, и вскоре Сейна почувствовала, как по её белой перчатке медленно стекают горячие капли крови того, кто посчитал бы за величайшее счастье принести себя в жертву ради неё. В этот момент она без каких-либо доказательств поверила бы, что в жилах Зена течёт расплавленный металл. Глядя на то, как он прижимает к своему разбитому лицу её руку, Сейна прошептала:

– И после этого ты считаешь себя в чём-то виноватым?

– А как же?!
– воскликнул Зен, - не будь я столь легкомыслен, то поместил бы...

Предвидев долгую, полную раскаяния тираду, Сейна не дала ему договорить и закрыла ладонью его окровавленный рот.

– Тихо, любимый. Я поняла, не надо больше. Встань...

Как только Зен поднялся с колен, Сейна образовала в недавно парализованной руке катану. Вид оков на его руках разрывал её сердце на части, и она больше не могла смотреть на них. Два сильных и точных удара - и они упали с запястий Зена. Ещё два - и оковы слетели с его ног. Убрав катану, Сейна нежно взялась за лицо любимого обеими руками и проговорила:

– Не смей больше упрекать себя. Даже если в чём-то и была твоя вина передо мной, то ты её уже много раз искупил.
– Когда их изголодавшиеся по взаимной близости глаза вновь посмотрели друг на друга, Сейна тут же потребовала, - поцелуй меня!

Страсть, с которой сомкнулись их губы, могла сравниться лишь с силой их любви. А сила любви - лишь с боевым мастерством. Утонув в глубокой бездне страсти, они словно переместились в какой-то параллельный мир. Обняв Зена за плечи, руки Сейны вновь засверкали столь свойственным для них белым свечением, и раны на теле её возлюбленного стали исчезать одна за другой.

Сергей сидел на холодных камнях, опустив голову не столько от усталости, сколько от нежелания смущать влюблённых. Рядом с ним расположился тот самый молодой парень со шрамом на щеке. Широко раскрыв глаза, он вглядывался в вечернее небо.

– Да, кстати, - первым заговорил Сергей, - тебя как звать то? А то я ж тебе, получается, жизнью обязан. А имени так до сих пор и не знаю. Если что, то я - Серёга.

Таинственный незнакомец посмотрел на Галынина и, приветливо улыбнувшись, крепко пожал ему руку:

– Астерс. Зови меня Астерс.

Глава 14. Взглянуть в прошлое, обдумать грядущее.

Скрежет трущихся друг о друга лезвий ножниц наполнил комнату. Закрыв глаза и сосредоточившись на чём-то постороннем, Зен не видел, как с его головы один за другим падают волосы. Аккуратно, обдумывая каждое движение, при помощи расчёски и ножниц Сейна превращала его длинные волосы в элегантный полубокс. Зен молчал, и воительница, временно примерившая на себя роль парикмахера, слушала рассказ Астерса:

– В общем, наша схватка во Франции ничем хорошим не закончилась, - тихо говорил он, - она выбила у меня из рук оружие, и мне пришлось убегать. В итоге, ей удалось попасть мне молнией прямо в спину, - договорив фразу, он жадно откусил мякоть от дольки арбуза, что разрезанный лежал перед ним на столе. Рядом с Астерсом расположился Сергей, который уплетал красно-зелёные куски за обе щёки и с величайшим интересом внимал истории айсерийца:

– Но как ты выжил?
– не отрываясь от поглотившего её занятия, поинтересовалась Сейна.

– Кожа моей куртки очень толстая. Хоть она и стесняет при всём при этом движения, но я уже давно к ней привык. Я специально надел её под тканевую куртку обычного французского туриста, чтобы создать у врага иллюзию моей незащищённости. Молния попала мне прямо по лопатке. Да уж. Страшно подумать, что бы со мной было, не окажись на теле защиты. Потерял сознание на часов пять, не меньше. А потом ещё где-то два часа лежал - от паралича отходил. Только тогда мне удалось подняться. В этот момент я обнаружил, что гиперспейс открылся и тут же телепортировался в Ирландию. Собственно, на этом история моего спасения заканчивается. Кстати, это у меня от неё, - Астерс указал на свой шрам на щеке.

– Что же ты делал потом? Почему не выходил на связь?

– Это было опасно. Находясь ближе ко мне, чем обычно, граксы стали иметь намного больше шансов запеленговать меня по телепатическим сигналам. Я предпочёл действовать скрытно. Враги целый месяц считали меня мёртвым. И даже, когда до них дошло, что я, на самом деле, не погиб, это им мало помогло. Я прикрывал де Голля и засекал их телепатические сообщения. Сам при этом соблюдал полное телепатическое молчание.

– Весь этот год?
– Сейна спросила с таким интересом, что даже отвлеклась от стрижки Зена.