Чтение онлайн

Артём, наблюдая за моими манипуляциями, усмехнулся и сказал:

– Ты не пгедставляешь, как много нагоду спалило свои гации, не зная, что их нельзя включать, если не пгикгучена антенна.

– Что это не представляю? Я в своё время поработал автомехаником и видел, как люди умудрялись совершать более нелепые поступки, заливая в двигатель антифриз или тормозуху в бачок от ГУРа. Да и просто ломали всё, что под руку попадётся. Поэтому охотно верю, что сгорело немало бедных раций, в неумелых руках!

– А нафиг ты эту антенну пгикгутил? МКС собгался слушать или думаешь, что Кузьмич сможет забгести так далеко, что на годной антенне его не услышать?

– Лучше перебздеть, чем недобздеть.

– Бздеть лучше не в машине! – пошутил Артём над моей пословицей.

* * *

Прошло уже более трёх часов с того момента, как Кузьмич выходил на связь. Мы успели пообедать и уже начали волноваться. Но, помня его просьбу не нарушать тишину в эфире, я терпеливо ждал, периодически косясь на рацию, длинная антенна которой была высунута в приоткрытый люк машины.

Когда дисплей на ней наконец засветился, я сразу схватил её в руки и услышал немного искаженный помехами голос Кузьмича:

– Ну что, соскучились? Короче, чтобы враги не поняли, где я, ищите на карте название, при виде которого наша четырёхглазая мумия впадёт в экстаз, и шуруйте сюда. Я тут нашел интересную тусу, как слышно, приём?

Я ответил, что слышно его хорошо, но судя по тому, что он переспросил меня раза три, услышали мы его или нет, у него с приёмом были проблемы. В итоге мы смогли с помощью азбуки Морзе дать ему понять, что услышали его и поняли.

Взяв карту, я посмотрел на Артёма и сказал:

– Ну вот, видишь, а ты спрашивал, зачем я с антеннами колдую, утверждая, что он всё равно не уйдет из зоны уверенного приёма, как видишь, ушел.

– Не факт, что ушел! Может, пока нас нет, он выпил и упал в канаву, вот и пгинимает плохо. – пошутил Артём, внимательно разглядывая карту и практически сразу ткнул пальцем в одно из названий на ней:

– Они сто процентов тут.

Я присмотрелся к мелкому шрифту и прочитал название: «Красная заря». Подняв взгляд на Артёма, я ответил ему:

– Тоже так думаю, но надо проверить на Вите, точно у него это вызовет экстаз или мы ошибаемся.

– А что там написано?

С любопытством спросил Виктор.

– Кгасная загя! – с усмешкой произнёс Артём.

Витя улыбнулся и сказал:

– Вызвало бы, если бы ты не исковеркал оба слова! Можешь не сомневаться, они там.

– Тогда поехали, и так много времени потеряли, нарезая круги. Раньше за это время, можно было доехать до Москвы! – раздраженно сказал я, на что получил ответ от Артёма:

– Ну ты сгавнил… Ганьше – это ганьше, сейчас всё по-дгугому. Сейчас главное вообще доехать до места живым.

– Согласен. Заводи мотор и старайся нас довезти живыми. – не стал я спорить с Артёмом.

Первое время мы ехали по полям, потом выбрались на дорогу и направились в посёлок с явно коммунистическим названием: «Красная заря».

У нас, в отличие от Кузьмича, путь до него занял не три часа, а всего 40 минут.

Въехав в поселок, мы увидели беспорядочно валяющиеся тела кем-то давно убитых зомбаков и услышали громкую музыку и веселый смех. Чёрт пойми, что тут происходит! На окраинах людей не было видно, и дома, как и сам поселок, выглядели давно заброшенными.

Взяв рацию, я вызвал Кузьмича и спросил:

– Это ты тут дискотеку устроил?

– Не совсем я, но вы всё правильно едете, только выходите без оружия в руках, тут люди хорошие и мирные, не надо их лишний раз пугать! – предупредил меня Кузьмич.

Артём, услышав это, удивленно вскинул бровь и приговорил:

– Вот уж не думал, что где-то ещё уцелели непуганые идиоты…

– Дураков в стране на сто лет припасено было. – философски произнёс Виктор, с любопытством рассматривая в окно поселок, по которому мы ехали.

Посмотреть тут действительно было на что. Не скажу, что, оказавшись тут, создавалось впечатление, будто время застыло и всё вокруг было как при советской эпохе, словно ты оказался в прошлом, это не так. Были вполне современные дома. Встречались брошенные, покрытые пылью осиротевшие иномарки и ещё много чего, что нарушало иллюзию попадания в прошлое.

Но было немало зданий и памятников, которые уцелели ещё с советской эпохи, сохранив свой первозданный вид.

Поэтому современные стелы, раскрашенные в черно-оранжевые цвета георгиевской ленты, сменялись белыми памятниками и бюстами вождю пролетариата, дедушки Ленина. Не обошлось и без памятника защитникам, которые погибли, сражаясь с немецкими захватчиками за свою землю во время Второй мировой войны.

Судя по сверкающим глазам Виктора, который заинтересованно смотрел в окно, он действительно получал экстаз, видя всё это.

Когда мы наконец добрались до источника шума, то от увиденного я раскрыл рот от удивления.

Одноэтажное зеленое здание с надписью: «ВОКЗАЛ» было всё изрисовано цветными граффити, антенну сотовой связи на его крыше украшала новогодняя гирлянда.

Около вокзала стоял грузовик с цистерной, в которых обычно возили молоко или воду, и вокруг этого грузовика праздно тусовалась большая толпа явно пьяного народу.

Остановившись неподалеку, я увидел устремившегося к нам навстречу Кузьмича. Когда он подошел близко, по его походке сразу стало понятно, что он изрядно принял на грудь. Поэтому я не удивился, когда он открыл дверь и чуть не убил всех в машине густой волной перегара.

– Ну, чё уселись, как неродные? Пойдёмте, я вас с народом познакомлю.

– Что это за народ? По мне так они больше похожи на каких-то бомжей, решивших устроить праздник. – удивился Виктор.

Кузьмич опасливо оглянулся назад, проверяя, что никто не услышал, что сказал Витя, и, сделав страшные глаза, ответил:

– Ты, мумия, будь поаккуратней со словами! А то обидишь ненароком хороших, добрых людей и станут они злыми и плохими.

Артём засмеялся и произнёс:

– Ты тоже будь аккугатен в своих гечах, Витя у нас, как оказалось, тоже не пгостой человек, ты сейчас газговагиваешь с настоящим огужейным багоном!

Кузьмич непонимающе посмотрел на Артёма, затем на Виктора и, плюнув себе под ноги, прикрикнул:

– Не дури мне голову, картавый! Пойдёмте, позырите на местный быт.

Скривившись от свежего перегара, который исходил от Кузьмича, я сказал ему: