Чтение онлайн

– Куда мне столько!

– С Неверовыми поделишься, у них поди жрать нечего, - ехидничал он.

До этого времени она рыбу не ела, предупреждённая поговоркой, что "рыба гниёт с головы", собственно, и знакома-то была только с килькой в консервных банках, а теперь дня без рыбы не обходилось, так как соседи несли наперебой. С осени из красной кеты делала котлеты, стряпала пельмени, зимой перешла на уху, когда тушёнка кончилась, но больше всего жарила "ершиком" ленков -- только вымыть, даже чистить не надо, совсем без чешуи, и только круглый позвоночник внутри и больше ни единой косточки, а мясо такое нежное, от лёгкого нажатия пальца вмятинка остаётся. Она даже сковородочку купила специально для жарки рыбы -- продолговатую.

В заготконторе посёлка Ясенёвый рассмотрела всё, здесь можно было приобретать химикаты. Очень понравилось чучело белки, всего пять рублей. Та, как живая, с навострёнными ушками, чёрными глазками, хвостом пушистым почти вся прикрытая, сидела на сучке и в цепких лапах когтями передних лап держала настоящую кедровую шишку. Все деревянные части были устойчивы и покрыты лаком, в том числе и шишка.

– Сколько лет простоит?
– Спросила она.

– При хорошей выделке десять точно простоит.

Она купила одну, потом попросила ещё одну, потом ещё одну.

– На подарки, - пояснила она.

Она, конечно, сразу обратила внимание на колодки для шапок, но не хотела при Кирике покупать, он следил за ней, поинтересовался, почему она долго рассматривает прилавок с химикатами, но когда она перешла к белкам, его это не интересовало, и он болтал в другой комнате с кем-то.

– Мне колодки ещё заверните вот эти, - попросила она.

Но заворачивать здесь было не во что, и их выставили перед ней на прилавок. Она уже почти всё сложила в свой пакет -- Кирик тут как тут.

– Всё? Поехали.

По дороге сразу спросил, кивая на белый пакет:

– А это для чего?

– А то ты не знаешь?
– Захохотала она.
– Конкуренцию Зойке устрою.

Он только хмыкнул. И в Ясенёвом у Кирика всё было схвачено. Она не могла сдержать улыбки, удивляясь его проворности, вот на ком здесь держался весь нелегал!

– Тодор!
– Продолжала она свой всё возрастаюший смех.
– Дело у меня к тебе есть.

– Говори, слушаю.

– Ты вот всё можешь.

– Это точно.

– Научи меня "УАЗик" водить.

– Долго думала?
– Хмыкнул он.

– Только сейчас в голову пришло. Как ты, хочу за рулём веселиться.

– Люди-то смеяться будут.

– Пусть тоже повеселятся. Нечем ведь больше развлекаться-то. Ходят же здесь женщины на охоту. А я буду на машине рулить. Сам-то ты ведь насмешек не боишься.

– Над тобой ведь смеяться-то будут.

– Плевала я на них. Лишь бы ты не насмехался.

– Новую забаву себе придумала?

– А что? Я буду хорошая ученица, сам увидишь. Лишь бы у тебя терпения хватило. Только мне не просто за руль держаться, а и все внутренности бы узнать, у меня руки и глаза лучше запоминают. Так как?

– Я ж с утра до вечера кручусь, как заводной. Когда?

– Сезон охоты кончается, - смеялась она, - у тебя время появится.

Он посмотрел на неё, явно заподозрив в недвусмысленности намёка.

– Умничаешь?

– Да нет. Просто весело мне на тебя смотреть, душой сегодня отдохнула. Не отказывай мне в радости, кроме тебя, меня никто не научит.

– Ладно. Буду твоим учителем, может и правда что-нибудь из тебя получится. В воскресение, а может в субботу подъеду. Оденься только попроще и каблуки сними, мешать будут.

– Спасибо. Но лучше после отчёта, съезжу вот в Уссурийск, и начнём.

Он сам занёс на веранду сумку с рыбой и, посигналив, уехал. Перевалив половину в тазик, с остальной пошла к соседке. Та сидела в комнате с девочкой на коленях.

– Лена, где у тебя тазик взять? Рыбы свежей принесла, девать некуда.

– На веранде в кладовке, - не поднимаясь, ответила та совсем безразлично.

Аксана потом всё-таки вошла в комнату.

– Спит?

– Ага.

– Сама-то как?

– Сижу. Что делать-то? Людей совсем не вижу. Всё дома да дома. Хочешь взглянуть?

– Лена, мне детей нельзя показывать, мама с бабушкой говорили, что я глазливая, и подзатыльников от них за это наполучала столько, что до сих пор голова сдвинутая.

– Спасибо за рыбу.

– Как дочку назвала?

– Анюта.

– Ну, ладно, заходи, если что. Весна скоро, повеселее будет, гулять будете. Побежала я.

Выходя, заметила, что на веранде у соседки ящички с землёй под рассаду приготовлены.

– Сегодня же схожу к Рыжему, пусть мне такие же сделает. Пора. И землю в вёдрах надо в прихожую занести, чтоб оттаяла. Завтра некогда -- новоселье у главбуха. И соболей ещё десяток надо купить, на всякий случай.

х х х

Сегодня, хоть и было воскресение, но все были в управлении, подводили итоги марта месяца, пока оперативные. Довольнёхонькие своими отчётными данными за первый официальный месяц работы, до обеда все разбежались. Аксана, счастливая, медленно шла по заснеженной улице, и душа её ликовала:

Домой иду с работы я в хорошем настроении.

Весна уже! Весна уже! К тому же, воскресение!

А снега выпало вдруг много, и всё кругом белым-бело,

зима уходит с поля боя -- пускай попразднует ещё.

Земля последние снежинки, прощаясь, подбирает, вот и всё,

и плачет, плачет, утирая весенним солнышком лицо!

А завтра, завтра-то, друзья, уж первое апреля!

Праздником обмана был этот день доселе.

Пройдёт ещё совсем немного,

апрель пройдёт, наступит май,

а там уж лето на пороге...

Прощай, уныние, прощай!

Теперь её кухню украшали не только роскошные рога, которые довести до ума помог Рыжий -- весёлая белка хозяйничала на холодильнике, в круглых чёрных пуговичных глазах которой отражался свет от лампочки.

Она заканчивала обработку готовеньких гималайских чёрной тесьмой и вспоминала Чугуевку:

– Как там Елена одна справляется в плановом? Вот поеду в апреле с отчётом в Уссурийск, встретимся, поболтаем. Маргарита уже не работает с первого марта -- пенсионерка. Первое сокращение кадров намечено на апрель -- четыреста человек. Интересно, кого Наталья Сергеевна родила? А Токарский-то! Молодец! Ведь что придумал! Пролежать в краевой больнице четыре месяца сподряд, чтобы получить инвалидность и уйти на пять лет раньше на пенсию, да ещё за счёт производства! И с каким диагнозом!
– - Болезнь желудка по причине нервных расстройств на высокой руководящей должности! Обалдеть можно! Интересно, получилось у него, или нет?