Землянка, будь нашей женой!
Шрифт:
— Я хочу больше, — мои щеки горят от смущения, когда произношу свои тайные мысли вслух, и прячу лицо на сильной, влажной от пота мужской груди. Понимаю, что буду выглядеть как хомяк, напихавший в рот орехов, но черт дери этот космос, мне нужно больше! — я хочу больше! — начинаю реветь я, принимая свое бессилие перед этим состоянием.
— Хочешь, чтобы нас стало двое? — заглядывает в глаза мне, и я стыдливо прикрываю ресницы. Боже! О том, что на мою задницу покусится мужчина, я могла только представлять в самых откровенных фантазиях. Но чтобы сразу двое...К такому жизнь меня не готовила.
— Да. Хочу! — чуть ли не реву от обиды на себя и свою похоть, но как только моих лопаток касается чужая рука, затихаю.
Кажется, что даже время останавливается, настолько я в шоке. Но через несколько секунд я возвращаюсь, и спина сама выгибается, поддаваясь ласкам теплых рук.
— Ты позволишь мне стать твоим, ангел? — Вэстор шепчет, лаская теплым дыханием мои ключицы.
— Да... — выдыхаю, смиряясь с тем, что неотвратимо, — пожалуйста, будь моим.
Иксор замирает, крепко удерживая мои бедра в своих огромных ладонях, и Вэстор прокладывает дорожку из поцелуев вдоль позвоночника. Чем ниже он опускается, чем острее ощущения, и, когда, наконец, он касается поясницы, я вздрагиваю, будто внутри меня взорвался маленький флакончик с эндорфинами.
Слегка прикусив попу сбоку, Вэстор продолжает мягкие поцелуи, кружа над тем самым местом, которого не касался ни один мужчина до него.
Я напряжена так, будто сейчас со мной произойдет нечто непоправимое, но Иксор отвлекает меня поцелуем. Глубоким и нежным.
Его руки продолжают насаживать меня глубоко на член, а язык проникает в рот, не давая шанса увернуться.
Я истекаю соками возбуждения и чувствую, как Вэстор собирает мою смазку и растирает ее выше, подготавливая меня к осуществлению просьбы. Но когда его язык неожиданно нежно касается тугого напряженного колечка, я снова падаю в пропасть, где меня подхватывают уже две пары рук.
Судорожные сокращения настолько сильные, что меня трясет, и я не падаю только благодаря крепким объятьям Иксора. И как только мне становится чуть легче, подловив момент расслабления, Вэстор входит в меня. Медленно, но уверенно, так, что пальчики на моих ногах поджимаются от неведомого ранее удовольствия.
— Ох, как это приятно...
Вэстор останавливается внутри меня, а Иксор ускоряет темп, и я снова хриплю от криков. Мне хочется, чтобы это не заканчивалось, так хорошо мне не было никогда!
Я царапаю мужскую грудь ногтями, тереблю свои соски, нащупываю задницу второго мужчины, чтобы сжать ее своими пальцами, показывая, как мне приятно. И даже не успеваю понять, как отключаюсь. Помню лишь одно: на моем лице улыбка. Я в раю?
«Иксор Рай...Вэстор Рай...» Или рай во мне...
6. Спасение утопающих
Легкое покачивание в теплом коконе меня усыпляет, и я сладко посапываю, зарываясь носом в подушку, которая почему-то волосатая и щекочет нос. А еще до одури пахнет мужчиной. Вкусно-то как... Поначалу мне нравится этот безмятежный сон, но он продолжается так долго, что даже во сне я начинаю подозревать, что странный он какой-то. Да и фон из неугасающего желания не дает полностью погрузиться во тьму. Будто я и правда надышалась возбудителем и, когда закончится его действие не понятно.
Стоит подумать о сексе, как тут же мне снится, что мужская рука, теплая и нежная, ласкает мой клитор, помогая достичь оргазма за считанные мгновения. Ну хоть во сне существует тот мужик, который знает, где находится эта неуловимая часть женского тела! Хоть не просыпайся.
Кажется, что этот сон длится вечность. Тело вымотано настолько, что даже пошевелиться лень, и только один орган требовательно пульсирует. Не ожидала от себя подобного, но, видимо, это последствия пережитого стресса. Да и вообще, надо кайфовать, пока есть такая возможность, пусть и во сне.
— Думал ли ты когда-нибудь, что мы встретим истинную при таких обстоятельствах? Да еще и станем побратимами во всех смыслах этого слова!
Низкие вибрации мужского голоса приятно расходятся по телу, и я улыбаюсь от приятных ощущений, удобнее устраиваясь на подушке. Что-то новенькое снится! Только опять про истинных речь. Боже-боже! Загрузили эти инопланетники мой мозг по полной этой своей истинностью!
— Это не подтверждено, Икс. Рано радуешься, «братец», — отвечает другой мужчина. Его голос тоже приятный. Низкий такой, тихий...
— Брось! Ты же видишь, что наши тела сплелись.
Неожиданно во сне появляется большой кот и, потоптавшись горячими лапами по спине, устраивается на моей пояснице.
— А тебя не беспокоит, что даже вдвоем мы не можем обуздать ее? Так не бывает у истинных! — второй голос звучит нервно, и мне это не нравится. Хмурюсь и недовольно мычу. Поласковее можно, мальчики?
— Она землянка. Возможно, есть нюансы.
— Да, продолжай успокаивать себя, — отчаянно хмыкает второй.
— Ты прав. Но не хочется портить такой день необоснованными страхами.
— Но Максору доложить надо.
Оп-па! Что за Максор? Тоже Рай? Это мне подходит! Заверните!
— Уже...
— Когда успел?
— Когда она не отпускала тебя третий час подряд, а ты засветился, как ядро адрианское.
— Ну да. Нештатная ситуация, обязан был доложить. И что Максор?
— Приказал наблюдать. Ну и помочь, если что.
— Так ты мне на помощь приперся? Я и без тебя нормально справлялся.
— Остынь, первый. Я, как и ты услышал ее зов еще у вартанцев.
Оу! Не ссорьтесь, мальчики! Я сегодня добрая, все получат порцию сладкого!
— Думаешь, и его она примет?
Приму, конечно, какие вопросы! Если он такой же горячий, как вы!
— Если двое из пятерки оказались ее истинными, думаю у остальных шансы велики.
Дались вам эти истинные, боже! Прямо бесите!
Тело покрывается мурашками, и низ живота снова леденеет, требуя продолжения.
— Ну вот. Опять. Ты видишь, что вместо того, чтобы расцветать, девушка угасает? Мы питаемся ее силой, а она... Ее желание, не похоже на зов тел истинных. Это что-то нездоровое. Может, стоит показать ее Агру?
— У них совет. Вряд ли отзовется.
Эй! Вы слишком много болтаете! Займитесь делом, спасатели! А то что-то плохо мне...
Сердце сковывает колючей цепью, и становится трудно дышать. Хватаю ртом воздух, но не помогает. Внезапно я срываюсь, и сопровождаемая грохотом цепей, падаю в глубокий колодец, наполненный застоявшейся водой. И дна я не чувствую. Барахтаюсь, но ухожу под воду, так и не успев сделать последний вдох...
— Пульс...ее сердце замедляется. Вест, прикажи Агру, пусть кометой рвет сюда, иначе мы ее потеряем.