Чтение онлайн

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, а гнев вспыхивает внутри, горячий и острый, как раскалённый клинок. Они делали вид, что слушают, но их тон — слишком осторожный, слишком снисходительный — выдавал правду: для них я была лишь приложением к Тареку и Кайлану, а не частью плана. Мои щёки запылали, и я шагнула ближе, голос задрожал от раздражения:

— Я здесь не для того, чтобы сидеть и ждать их одобрения! Я буду бороться за Землю так же, как вы, и хочу быть в этом деле по-настоящему!

Келан бросил быстрый взгляд на Тарека, словно проверяя, можно ли мне возразить, но Тарек кивнул, его скулы напряглись, и он прорычал:

— Она права. Пусть будет на связи. Это не помешает.

Кайлан оторвался от устройства, его стальные глаза блеснули в полумраке, и он хмыкнул, добавляя веса:

— Её мозги нам пригодятся. Она не просто украшение, Келан.

Мирра кашлянула, её улыбка стала чуть шире, но в ней всё ещё чувствовалась натянутость.

— Хорошо, Лина, — сказала она, голос деловой, но с лёгким усилием. — Ты будешь координировать, раз тебе это так важно. Теперь к делу.

Она ткнула пальцем в карту, и её тон стал резче, отсекающим спор:

— План простой. Пункт на Аркатоне был старым узлом их сети — заброшенным, но всё ещё связанным с главной системой. Кайлан ввёл ложные коды, заменив цель с Аркатона на станцию. Они сами запустят вирус, проверяя его, но он пока не уничтожит ядро.

Кайлан поднял взгляд, его пальцы замерли на устройстве, и он уточнил:

— Я успел ввести коды за секунду до удара дрона. Это была приманка — процесс начался, но нужен финальный удар на месте, чтобы разнести их систему в клочья.

Я кивнула, чувствуя, как их слова подтверждают мою роль, но их взгляды — слишком осторожные, слишком подчёркнуто уважительные — всё равно жгли меня. Они слушали меня только из-за Тарека и Кайлана, и это бесило. Келан повернулся к Тареку, его голос стал твёрже:

— Ты поведёшь группу к шаттлу. Кайлан заманит их сюда сигналом. Ударим быстро.

Тарек скрестил руки, его грудь вздымалась под чёрной рубашкой, и он бросил короткий взгляд на меня, острый, но непроницаемый.

— Согласен, — прорычал он, голос низкий, как далёкий гром. — Но Лина остаётся здесь.

Я замерла, чувствуя, как кровь приливает к лицу, и шагнула к нему, голос сорвался:

— Что? Я не останусь в стороне, Тарек! Это моя война так же, как ваша!

Кайлан отложил устройство, его движения были ленивыми, но взгляд стал серьёзным, когда он посмотрел на меня.

— Ты нужна здесь, Лина, — сказал он, голос мягкий, но властный. — Если мы не вернёмся, кто-то должен позаботиться о твоем брате. Поэтому ты останешься. Ты слишком важна, чтобы рисковать тобой там.

Тарек кивнул, его янтарные глаза впились в мои, и в них мелькнула тень чего-то тёплого, но непреклонного.

— Мы не дадим тебе рисковать понапрасну, — добавил он, голос стал тише, но в нём звенела сталь. — Это не обсуждается.

Я открыла рот, чтобы возразить, но их тон — твёрдый, как гранит — придавил меня, и я почувствовала, как гнев смешивается с усталостью. Они смотрели на меня с этой их властной уверенностью, будто знали, как лучше, и это злило до дрожи в руках. Келан и Мирра молчали, их лица были нейтральными, но я видела, как они ждут только их слова, а не мои.

Я стиснула зубы и кивнула, хотя внутри всё кричало, что что-то не так. Их взгляды — слишком спокойные и уверенные — оставляли подвох, который я пока не могла уловить.

День прошёл в суматохе.

Тарек ушёл с Келаном тренировать повстанцев — я слышала его резкие команды сквозь шум ветра, видела, как он отрабатывал удары с бойцами, его массивное тело двигалось с грацией хищника.

Кайлан сидел у костра, окружённый проводами и устройствами, его пальцы летали по экрану, заманивая шаттл Корпорации в ловушку.

Я пыталась помочь, уточнила схему связи, и они кивнули — Келан с натянутой улыбкой, Мирра с вежливым «хорошо», — но их внимание было на Тареке и Кайлане, а мои слова растворялись в воздухе, как дым.

Ночь опустилась тяжёлым одеялом, дождь стих, оставив только сырость и запах мокрой земли. Я легла на узкую койку в палатке рядом с Дарином, слушая его тихое дыхание, и закрыла глаза, но сон не шёл. Что-то грызло меня изнутри — их слова, их взгляды, их властная уверенность, что они решают за меня.

А потом я услышала шаги, приглушённые голоса за брезентом, и сердце сжалось. Я вскочила, бросилась к выходу, но было поздно — тени Тарека и Кайлана исчезли в темноте, повстанцы ушли с ними, оставив только Мирру и Дарина со мной.

Гнев вырвался наружу, как раскалённый пар, и я ударила кулаком по столу, чувствуя, как дерево отдаётся болью в костяшках.

— Они думают, я бесполезна без них! — выпалила я, голос дрожал от злости, и я повернулась к Мирре, что стояла у входа, её худощавая фигура напряглась.

Мирра вздохнула, её взгляд стал холодным, и она покачала головой.

— Они велели нам держать тебя тут, — сказала она, голос резкий, без той вежливости, что была при них. — Ты не боец, Лина, и не гений, как Кайлан. Они правы — ты не пострадаешь, если вступил в бой.

Келан вошёл следом, его лицо скривилось в усмешке.

— Подстилка ты галактианцев или нет, ты тут лишняя, — бросил он, голос хриплый и грубый. — Сиди с братом и не мешай.

Я задохнулась от их слов, чувствуя, как слёзы жгут глаза, но смахнула их, шагнув к Мирре.

— Я не их подстилка или собственность! — крикнула я, голос сорвался от ярости. — Они обманули меня, и вы с ними заодно! Я полечу за ними, с вами или без вас!

Дарин зашевелился на койке, его слабый голос прорезал тишину:

— Лина… не злись. Они хотят тебя защитить.

Я посмотрела на него, его бледное лицо в свете фонаря было таким родным, и гнев немного отступил, но решимость осталась. Я не была такой, как Тарек или Кайлан, но я была частью этой войны, и они не могли отнять у меня это право. Я повернулась к Мирре, голос стал твёрже:

— У вас есть ещё шаттл. Я знаю. И я полечу за ними. Одна или нет — мне все равно.

Мира сжала губы в тонкую линию, её взгляд метнулся к Келану, но тот только фыркнул, скрестив руки.