Землянка на продажу
Шрифт:
Я разорвала поцелуй и выпрямила спину. Арсеф окинул меня восхищенным взглядом. И это тоже было правильным и уместным. Мне и в глову не пришло удивляться или сомневаться в его эмоциях. Так и должно было быть. Я знала это, чувствовала где-то внутри.
Откинулась назад, руками оперлась на его колени. Мужчина замер, осторожно положил свои ладони на мою талию, бережно придерживая.
Я качнула бедрами и услышала такой желанный хриплый вдох. Арсеф одобрительно наблюдал за мной через полуприкрытые веки. Я начала двигаться, так как чувствовала, как хотелось новой мне, шалея от собственной смелости, ускоряя темп и все яростнее виляя бедрами. Мужчина подо мной уже не наблюдал, он откинул голову назад, отрывисто, тяжело дышал сквозь зубы. Иногда прорывалось рычание пополам с хрипом и тогда он стискивал свои пальцы на моей талии до боли.
Во мне же рождалось ликование от странной свободы и непонятной пока власти, что я имела над ним. Вода вокруг нас бурлила, пенилась, стреляя все новыми и новыми искрами.
Мы дошли до пика одновременно. Он с силой вжал меня в свой пах, сплющивая до ярких звездочек перед глазами. Я почувствовала себя сверхновой, разносящейся на атомы. От нас полыхнуло во все стороны ветвящимися молниями. Но меня они не удивили совершенно. Я откуда-то знала, что так будет, и знала, что это правильно. Я обессиленно распласталась на воде, раскинув руки и жадно ловя ртом влажный воздух.
Отстраненным сознанием следила, как Арсеф меня вынес из воды, обсушил нас обоих потоком горячего сухого воздуха и отнес на кровать. Он лег рядом, обнял и ждал пока я приду в себя.
Я лежала в кольце его рук и прокручивала в голове все случившееся. Понемногу меня начало отпускать эта порочная лихорадка, и я могла мыслить ясно. Линии на теле постепенно гасли, Я смотрела на его руки на своем животе и сравнивала их со своей, лежавшей поверх них. Разница теперь была незначительна. Моя кожа просто изначально была намного светлее. К ней даже перламутровый оттенок вернулся.
Проснулся вялый пока интерес к своей новой внешности, но пока было слишком лень вставать и куда-то идти, чтобы рассмотреть себя. Я чувствовала полнейшую расслабленность и странное умиротворение и сытость. Довольная нега растекалась по жилам, даря новые ощущения.
– Арсеф, - тихо позвала я.
– Да, Лика, - откликнулся он, задумчиво поглаживая мой пупок.
– Почему ты так назвал меня? Даром Арана?
– Потому что так и есть. Ты мой дар. Моя алтея, - его губы мягко коснулись моей шеи.
– Как ты это понял? Раньше ведь… когда мы встретились, ты…
– Я не понял это сразу, это так. Но потом Аран открыл мне глаза. Спрашивай, Лика. Я знаю у тебя сейчас много вопросов.
– Кто такой Аран? Ты можешь понятнее мне объяснить.
– Аран, - он вздохнул. – Это сложно объяснить в двух словах. Для нас это что-то большое, чем просто слова. Я попробую. Если будут вопросы, уточняй.
Он прижал меня крепче к себе, положил подбородок на мое плечо и начал рассказ. Он действительно занял много времени и говорили мы не только об Аране, который как я теперь поняла был смесью божества и что-то вроде дальнего общего предка, живущего сейчас в крови каждого тши. Именно через эту кровную генетическую связь он мог влиять на своих потомков и объединять их подобной связью.
– А почему на мне появились узоры? Ты сказал, что так и должно быть, но до обряда ты про них не упоминал.
– Я не ожидал, что Аран свяжет нас так крепко. Это дар - подобная связь.Твои эсферии прекрасны, они уже меняют тебя. Ты чувствуешь?
– Да, но насколько эти измения будут сильны? – я невольно вздрогнула.
– Не волнуйся, раз Аран счел тебя достойной, все должно пройти без негативных последствий.
– Но ты скрыл это от жреца, - не отставвала я.
– От кого? – нахмурился он. – От вестника, ты хотела сказать? Ему ни к чему знать об этом раньше времени, - он зарылся лицом в мои волосы. – Я и сам боялся ошибиться.
Он развернул меня к себе лицом и еще раз ощупал его глазами, точно хотел убедиться, что все это реальность.
– А куда ты собрался лететь, после того как закончишь с делами? – поинтересовалась я, жмурясь от его щекочучих пальцев, что невесомо ласкали мою спину в области лопаток.
– Домой, - коротко ответил он. – На Граасе мало кто живет постоянно. Это место паломников и просителей. Я здесь остался потому что… - он сжал челюсти.
Я понимала его чувства. Наверно, его тоже кто-то предал. Слишком яростно загораются его глаза при упоминании об этом. Я подняла руку и погладила его по плечу.
– Если не хочешь говорить об этом, то не нужно, - тихо сказала ему.
Мужчина удивленно взглянул на меня и осторожно кивнул.
Не знаю отчего, но было стойкое ощущение странной близости между нами. И это не физическая близость. Это было совсем другое… Словно мы с ним знаем друг друга чертову бездну времени, и от этого шла такая легкость в принятии своего партнера таким какой он есть. Я не чувствовала больше ни капли неловкости от того, что лежу голой в его объятьях. Никогда у меня не было ощущения такой правильности ситуации.
– Я расскажу, - тихо сказал он.
Глава 28
Мне захотелось развернуться к нему лицом, чтобы видеть его глаза, но я не решилась. Понимала, что момент откровенности может быть сбит любой мелочью и иногда проще рассказывать вот так, словно незримому собеседнику.
Поэтому притихла и приготовилась слушать.
– Я бы мог сказать, что меня тоже обманули, но это не так. Я знал, на что шел, - тяжело выдохнув, произнес он. – Знал и то, каким ударом это станет для всего рода. Но мне тогда казалось, что Дэиша важнее, чем кто бы то ни было.
Я вдруг подумала, что буквально месяц назад он был без ума влюблен в эту Дэишу, раз добровольно обрек себя на смерть. Почему-то эта мысль неприятно отозвалась во мне. Странная ревность вспыхнула к этой незнакомке, когда я представила, что и ее он целовал и обнимал, говорил ласковые слова и…
– Сейчас, когда я возвращаюсь в то время, понимаю, что это была какая-то ненормальная одержимость. Но тогда я был не состоянии анализировать что-либо…
Его история была проста и сложна одновременно. Встретил он эту Дэишу вполне привычным образом. Их семьи, или род, как здесь называли, организовывали такие встречи, где свободные тши могли найти себе пару. Она была из слабого, малочисленного рода, который был рад породниться с ее помощью с любым мало мальски влиятельным семейством. Девушка очаровала Арсефасвоей невинной беспомощностью и красотой, и мужчина, что называется поплыл. Дэиша вполне охотно оказывала ему знаки внимания и не только ему… Его братья попали под ее влияние тоже. Каждого она успела привязать довольно крепко, за что они потом и поплатились.
Девушка внезапно передумала. Я не знаю чем они думали, но логика была какая-то странная. Дэиша призналась, что ее род заставлял оказывать все эти знаки внимания мужчинам, а она на самом деле любит другого. Но он не возьмет ее, если узнает о метке отвергнувшей дар. В отчаянии, она даже грозилась покончить собой и Арсеф дрогнул: взял на себя всю тяжесть вины и за нее и за своих братьев. Принял удар гнева Арана на себя.
Он не знал что было дальше с Дэишей, да и не хотел знать. Любовный туман из мозгов выветрился достаточно быстро. Но вот его род, а вернее его братья его до сих пор заботили. Они не получили метки, просто потому что он им ничего не сказал о своем решении. Опасался, что остановят или решат разделить с ним его наказание, но он этого не хотел. Чувствовал свою вину. Это ведь он познакомил их с ней. В Храм Арана они с Дэишей пришли тайно от всех. Так тоже было можно, оказывается.