Чтение онлайн

Времени на эти размышления у меня не оставалось. Звар пристегнул поводок и дернул в сторону выхода. Похоже, наш час икс настал.

В этот раз немногие шли спокойно. Все понимали, что там, куда нас ведут, что-то изменится. Продадут нас или все же отправят на опыты. Не важно. Главное – мы больше не вернемся в то помещение, где провели последние дни.

Мы пришли… в лабораторию. Худшие подозрения начинали сбываться. Белые стерильные стены, и потолок, и даже пол, а посередине десяток пузатых капсул, к которым нас начали подталкивать в порядке очереди. Причем очередь выбирали не мы.

Первую партию обработали достаточно быстро. Мы с затаенным страхом наблюдали за тем, как всех тщательно пристегивают ремнями на горизонтальном ложе, как закрывается крышка. А потом слышали истошные крики изнутри. Они были приглушены, но все равно хотелось зажать ладонями уши, такая волна ужаса накатила.

Крышки открылись спустя несколько бесконечно долгих минут. Девушек достали и погрузили на низкие каталки. Они все были без сознания. Следующих отправили инопланетянок. У них все продлилось намного дольше, но без криков и это почему-то напугало еще сильнее.

Их тоже доставали в полуобморочном состоянии. Веки подрагивали, а конечности тряслись.

Никто не шел сам.

Настала моя очередь. Меня резко дернули за поводок и наградили слабым разрядом на всякий случай. Кто-то начал кричать и вырываться. Сложно было вести себя после такой демонстрации по-прежнему.

Я теперь завидовала первым. Они хоть не знали, на что шли. Я начала отсчитывать секунды про себя. Десять – мне зафиксировали ноги, девять – руки и грудь, восемь – закрепили ошейник, семь –сняли браслет с руки. Шесть – накрыли кольцом голову и грубо вставили в рот загубник. Не хотели, чтобы мы снова кричали?

Пять – крышка медленно закрылась, четыре – пауза, слышу свое тяжелое дыхание, три – пространство начал заполнять какой-то холодный гель. Я задергалась в своих путах, замычала. Страх сковал разум, но счет в голове продолжался. Два – гель накрыл меня полностью, и я рефлекторно задержала дыхание, один - сильный болевой разряд по всей коже, от неожиданности я заглатываю холодную противную слизь. Она везде и в носу, и в горле. Мне нечем дышать. А тело прошивает новыми вспышками боли. Особенно мощная взрывается в голове. Потом еще одна. Мне словно разрушают черепную коробку изнутри. Понимаю теперь, почему они так кричали… Это просто нестерпимо, нестерпимо больно!

И вот когда мне уже казалось, что я сейчас отправлюсь в спасительную темноту, мне неожиданно стало легче. Точно теплая успокаивающая волна прошла по телу и боль ушла. Я выдохнула, но мышцы так и не расслабила. Ждала подвоха. Почему я еще в сознании? Остальных доставали совсем полуживыми…

Свет ворвался в полуприкрытые веками глаза – это открылась крышка моей пыточной камеры. Я все еще слышала и понимала, что вокруг происходит. Незаметно пошевелила рукой. Она слушалась. Так странно. Почему со мной все пошло не так?

Внезапно мой мозг разобрал понятные слова. Я понимаю их язык? Что они со мной сделали? Со всеми нами? Прислушалась, боясь упустить хоть слово.

– Шо уже здесь. Нужно ускорить процедуру. Они не будут ждать, - пробулькал один голос.

– Что делать с отбракованными? – задал вопрос второй.

– В утилизатор, как обычно. Нам не нужны проблемы. Не забудьте снять ижи.

Ой, мама! А вдруг это про меня? Сжалась и притворилась максимально нетранспортабельной. Мое тело, как остальных погрузили на твердую поверхность и куда-то покатили.

Я боялась даже приоткрыть глаза. Слушала, вслушивалась до звона в ушах. Боялась, что все-таки окажусь в утилизаторе.

Это все та сволочь синекожая мне подстроила! Вот зачем я ей помогала? Идиотка! Ее и подружки ее бросили на произвол судьбы. Надо было включать мозги и не бросаться со своими благотворительными порывами. Вот ничему меня жизнь не учит.

Голова внезапно закружилась. Носилки остановились, и возникло странное чувство, словно кто-то резко откачал весь воздух. Утилизатор? Нет! Не надо!

Навалилась ужасная тяжесть. Вот теперь я действительно не могла пошевелиться. Сознание померкло, и моя последняя мысль была: «Как же хочется жить…»

Пришла в себя и не поверила ощущениям. Я все еще жива! В своем теле! А оно лежит на чем-то мягком и упругом. Сквозь закрытие веки пробивается яркий свет. Осторожно приоткрыла один глаз и сразу зажмурилась.

Да, быть того не может!

– Тэа, открывайте глаза, - строго приказали мне. – Нам нужно провести диагностику.

Я сплю? Иначе, как объяснить вот это? Напротив меня стоял… человек? Ну, почти человек. Когда открыла глаза во второй раз, поняла, что гуманоид все-таки немного отличается от нас. Слишком светлая кожа почти светилась, как искрится снег на под светом фонарей. Не так ослепительно как на солнце, а в меру, приятно и притягательно. Даже волосы искрились и были странного ярко красного цвета. Не рыжего, вот прямо самого настоящего красного, помидорного цвета. Красиво, конечно, но нереально как-то, словно в какое-то анимэ перенеслась. И черты лица у этого пришельца были какие-то непривычные. Немного, но мозг заметил эту чуждость. Не человек – сделала я выводы. Еще один пришелец. Мужского пола. Но вот какой?

Он деловито заставил меня сесть, нацеплял на спину и грудь каких-то висюлек. Разговаривать или просто посмотреть в глаза не посчитал необходимым. Ладно, выжидать – лучшая позиция. В этом я уже у зваров убедилась.

Далее молча снял показания, а я продолжила осматриваться. Находились мы совсем в другом интерьере. Это точно был не корабль зваров. Молочные стены с непривычным светящимся узором. Какие- то точки, черточки, закорючки хаотично раскиданные по стенам. Одежда на нем тоже светлая. Какой-то свободный комбинезон с красными вставками. Точно не звары…

Тогда где мы? И как я здесь оказалась? Что меня дальше ждет?

– Тэа, показатели в норме. Можете встать. Головокружение и тошнота - нормальная реакция. Потеря памяти тоже. Вам помогут все восстановить. Сейчас вас проводят на вводный инструктаж, а потом более подробно проведут подготовку. Не волнуйтесь, здесь вы находитесь в полной безопасности. Вставайте и одевайтесь. Ваш провожатый уже ждет.

Он отвернулся и отошел. Какая потеря памяти? Я вроде все помню. Или не все?

Мать моя! Я в шоке уставилась на свои руки. Они тоже светились. Почти также как у него, но более приглушенным перламутром. Схватилась за прядь волос. Фуух! Родные! Черные!

Осторожно встала, но неприятных последствий не ощутила. Из одежды мне предложили какую-то свободную накидушку, вроде длинного жилета и сорочку на двух бретельках, серебристого отлива. На ноги - какие-то серые чулки с твердой подошвой. Натянула все это. Порадовало, что я тут не совсем голая перед этим красноволосым щеголяла. Широкие бинты закрывали и грудь, и промежность, мягко растягиваясь и ничего не сдавливая, так что я почти их не ощущала.

– Вы готовы, тэа?

– Почему вы так меня называете? – осмелилась задать вопрос. Надеюсь, бить меня за это никто не будет.