Землянка в Межгалактической Академии
Шрифт:
— Правда? И что же выдало меня? — я постаралась говорить спокойно, хотя внутри чувствовала странное напряжение.
Он остановился за моей спиной, и его голос прозвучал почти у самого уха, низкий, слегка насмешливый.
— Простота. Вы всегда выделяетесь этим.
Я повернулась к нему, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. Но он уже стоял рядом, его взгляд был изучающим и немного насмешливым.
— Чем ещё? — я заставила себя спросить, хотя боялась услышать ответ.
— Тем, что во многом уступаете другим расам, — спокойно ответил он, как будто перечислял очевидные факты. — Физически слабее, менее выносливы, примитивны в технологиях. Но… — он сделал паузу, его взгляд стал более внимательным, — у вашей расы есть одно преимущество.
— И какое же? — холодно спросила я, хотя внутри всё дрожало от возмущения.
— Вы очень… плодовиты, — протянул он с улыбкой, в которой читалась смесь вызова и провокации.
Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. От злости или от смущения — неважно. Он явно наслаждался своей властью над ситуацией.
— Спасибо за столь… научное наблюдение, — выдавила я, стараясь не показать, как меня задели его слова. — Возможно, мне стоит проконсультироваться у вас на эту тему?
Его улыбка стала шире, он чуть наклонил голову, как будто признал мой ответ достойным.
— Если понадобится, — ответил он, чуть усмехнувшись. Затем, вместо того чтобы уйти, он сделал шаг ближе. — Комната 217, верно?
— Откуда вы знаете? — я нахмурилась, крепче сжимая ключ в руке.
— Слышал, — спокойно ответил он, не отводя взгляда. — Позвольте вас проводить.
— Спасибо, но я справлюсь сама, — я подняла голову, пытаясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя.
— Уверен, что справитесь, — он пожал плечами, — но я всё равно провожу. Здесь легко заблудиться.
Я хотела возразить, но что-то в его голосе заставило меня промолчать. Он говорил так, будто уже принял решение, и мне оставалось только следовать за ним. Я сделала глубокий вдох и направилась вперёд, стараясь держать спину прямо. Его присутствие за моей спиной было слишком ощутимым, и с каждым шагом я чувствовала себя всё более напряжённо.
2
Элла
Мы шли по коридору в тишине. Его шаги звучали ровно и уверенно, в то время как мои звучали чуть торопливо, как будто я старалась держать его темп. Коридоры Академии были широкими и светлыми, с мягко светящимися стенами, которые казались почти живыми. Но я не обращала внимания на окружающее. Всё моё внимание было сосредоточено на фигуре, идущей рядом.
Я не могла понять, что ему от меня нужно. Почему он вызвался проводить? Почему вообще решил подойти? Его спокойное, уверенное присутствие заставляло меня чувствовать себя неловко. Я нервно сжимала ключ в руке, стараясь не думать о его словах, которые всё ещё эхом звучали в моей голове.
Мы подошли к двери с номером 217. Я остановилась, вставляя ключ в замок, и на мгновение оглянулась на него, ожидая, что он наконец развернётся и уйдёт. Но он остался стоять, скрестив руки на груди, будто совершенно не собирался уходить.
Когда дверь открылась, я сделала шаг вперёд, оглядывая комнату. Она была небольшой, но уютной. Две кровати, аккуратно заправленные белоснежным бельём, стояли вдоль противоположных стен. Между ними находился небольшой шкаф, а у окна стояли два стола с лампами. Всё выглядело строго, функционально и безупречно. Академия явно заботилась о комфорте своих студентов.
Я вошла, поставила сумку на одну из кроватей и обернулась, ожидая, что Ранар всё-таки уйдёт. Но он переступил порог, окинул взглядом комнату и остался стоять, словно это было совершенно нормально.
Я нахмурилась, чувствуя, как напряжение в груди нарастает.
— Почему вы не уходите? — выдохнула я, стараясь звучать спокойно, но голос всё равно слегка дрогнул.
Его взгляд задержался на мне, и уголки его губ снова приподнялись в той самой насмешливой улыбке, которая, казалось, была его фирменной.
— Любопытно, — ответил он, словно это объясняло всё. Он сделал шаг вперёд и лениво окинул комнату взглядом. — Хотел увидеть, как обустраивают Землян.
— Теперь вы увидели, — я сделала шаг в сторону, указывая на дверь. — Можете идти.
Но он не двинулся с места. Вместо этого его глаза снова встретились с моими, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Его взгляд был изучающим, почти притягательным.
— Ты всегда такая колючая? — спросил он, его голос звучал мягко, но в нём угадывалась насмешка.
— А вы всегда такой… настойчивый? — я сжала руки в кулаки, стараясь не показать, как меня задевает его присутствие.
— Только когда мне интересно, — он чуть наклонил голову, его улыбка стала шире. — А ты… мне интересна.
Эти слова прозвучали как вызов. Я замерла, не зная, что ответить. Воздух между нами стал странно плотным, и я вдруг осознала, что держу ключи так крепко, что они впиваются мне в ладонь. Его голос, его манера говорить, даже эта ухмылка — всё это заставляло моё дыхание сбиваться.
Я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Он не отрывал от меня взгляд, и это напряжение, повисшее в воздухе, становилось невыносимым.
— Если вы настолько любопытны, может, тогда объясните, зачем вам это? — я подняла голову, стараясь встретить его взгляд уверенно. — Что вас так интересует во мне?
Он слегка приподнял брови, будто мой вопрос его позабавил.
— Я же сказал, — его голос был низким и спокойным. — Ты Землянка. Это само по себе… редкость. А редкости всегда привлекают внимание.
— И поэтому вы решили проводить меня до комнаты? — я скрестила руки на груди, стараясь скрыть, как сильно дрожат пальцы.
Он сделал ещё один шаг ближе, и теперь между нами оставалось меньше метра. Его присутствие было почти ощутимым, его взгляд изучающим, но не отталкивающим. Скорее… притягательным.
— Могу ли я признать, что у меня есть и личные интересы? — произнёс он, его голос стал ниже, почти шёпотом.
Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь позади нас внезапно открылась. В комнату влетела девушка с короткими, сверкающими в свете тёмно-синими волосами. Её большие глаза, ярко светящиеся в полумраке, тут же остановились на нас.
— О, извини! — воскликнула она, подняв руки, но её лицо озарилось широкой улыбкой. — Я, кажется, не вовремя.
Я почувствовала, как облегчение накрыло меня волной, хотя моё лицо всё ещё горело. Я быстро отступила на шаг назад, отвернувшись от этого грубияна, чтобы взять себя в руки.