Чтение онлайн

– Последний!
– победно объявил Витченко.
– Больной дает дуба! А пока, я думаю, Гриня, ты в самом начале второго этапа. И мой совет - иди-ка ты к врачу. Ну, как только вернемся с полигона. Командир, - подошел он к Волкову, пойдемте чего-нибудь поедим, сегодня гороховый суп с тушенкой. И бросьте все время думать, а то "кондратий" хватит, таких случаев сколько угодно. Не сжигайте вы себя раньше времени, а то на саму стрельбу пороха не хватит.

Волков с трудом выпил кружку чая, затолкал в себя кусок хлеба, намазанного свиным паштетом. Его начинал "бить колотун", от возбуждения всего трясло. Ведь если сегодня промахнешься - с позором снимут с должности. Худая слава, будь ты хоть трижды не виноват в неудаче, долгие годы будет ходить за тобой, как тень: "Это какой Волков? Который стрельбу завалил в восемьдесят втором году?"

"Да что это я, в самом деле, раньше времени сливаю, - встрепенулся Волков и немного успокоился.
– Техника отлажена, люди не подведут".

Для облегчения он длинно выругался и дал команду - всё, едем на площадку! Постоим за честь родной Пятой армии ПВО!

И вот началось...

Волков хорошо знал правила полигона. Никто из начальства не скажет командиру дивизиона перед стрельбой - я отменяю твои приказы и решения, они неправильны. Если кто и против, то обозначит свое мнение голосом в присутствии свидетелей. Настаивать никто не будет. В случае успеха про эти предупреждения никто не вспомнит. Но в случае промаха каждый будет выпрыгивать из штанов - мы же ему говорили! Мы его предупреждали! Мы советовали! А он... И первыми будут обвинять "помогавшие" ему генерал-майор Квасов и полковник Пасюк.

Волков окинул взглядом все четыре заряженные ракеты и скомандовал:

– По местам! Всех лишних, всех зрителей - на бугор, пускай оттуда смотрят.

Заняв свое место в кабине управления, он доложил на КП о готовности и впился глазами в оранжевый экран, в район предполагаемого старта ракеты-мишени. Прошло несколько томительных минут. Все молча смотрели на экраны.

Вдруг ожили динамики громкой связи:

– Боевую стрельбу выполняет войсковая часть 22922, командир части полковник Бушуев!
– торжественно, как о запуске космического корабля, объявил по громкой связи руководитель стрельбы.
– Всем выключить радиопередатчики команд!

Первым стрелял дивизион двадцать пятой зенитной ракетной бригады полуостров Рыбачий, почти соседи, тоже из Пятой армии.

– Есть старт первой мишени!
– доложили Волкову.

– Есть старт второй мишени!

И через некоторое время:

– Наблюдаю старт ракет Рыбачьего!

"Молодцы "рыбачинцы", - подумал Волков, - если ракеты пустили, значит, мишени обнаружили и сопровождают".

– Наблюдаю подрывы!

Если подрывы есть, то уже не меньше четырех баллов Рыбачьему обеспечено. Молодцы, нормально отработали, у них уже все позади.

– Боевую стрельбу выполняет войсковая часть номер..., командир части подполковник Арутюнян!
– опять объявили по громкой связи.

– Всё, мы за ними!
– Волков схватил микрофон.
– Приготовиться!

Все находившиеся в кабинах замерли. Волков, операторы средств разведки, боясь мигнуть, всматривались в экраны, страшась пропустить момент старта "своей" мишени. Но старта всё не было и не было. Что-то не заладилось на точке пуска.

Так прошло почти сорок минут. Волков то и дело охрипшим голосом запрашивал в микрофон:

– Частота? Напряжение? Температура воды и масла? Давление? Уточнить исходные данные!

Сколько еще ждать? Так можно и свихнуться.

Вдруг в животе Волкова подозрительно заурчало. "Вот еще, - с ужасом подумал он, - только поноса мне сейчас не хватало!" Придется бежать за ближайший бархан, а тут мишень и стартует... Такие случаи бывали.

Он представил себе заседание партийной комиссии полка с повесткой дня: "О предательском поведении коммуниста Волкова на полигоне, приведшем к срыву боевой задачи". Не дай бог...

Размеренно гудели дизеля. В жаркой и липкой темноте на лица номеров боевого расчета ложились зеленые и оранжевые отсветы от экранов. И наконец:

– Старт РМ!*** Азимут - девяносто! Дальность - сто восемьдесят пять!

– Старт РМ!
– срывающимся голосом объявил Волков станции наведения ракет. И перевел дыхание. "Ну вот, еще девяносто секунд, и все будет ясно - какие мы ракетчики".

– Высота "один", высота "два", высота "три"...
– отсчитывал оператор километры, на которые стремительно, вертикально вверх забиралась ракета-мишень.

На отметке "девять километров" Волков скомандовал:

– Включить передатчик! Узкий луч! Поиск!

Однако обнаружить и "схватить" мишень быстро не удалось.

– Высота "пятнадцать", высота "семнадцать"... Мишень в точке перегиба! РМ - на курсе!

– Дальность - сто пятьдесят!
– выкрикнул оператор.

– Угол - семь тридцать! Азимут - девяносто один двадцать пять! Угол - семь тридцать пять...

– Дальность - сто сорок пять! Дальность - сто сорок! Дальность - сто тридцать пять!

– Ты смотри, как шпарит!
– сказал кто-то.
– Не меньше тысячи метров в секунду.

– Дальность - сто!
– выкрикнул оператор.
– Скорость - девятьсот метров в секунду!

Ракета-мишень, с пугающей скоростью проглатывая километры, стремительно приближалась. Но станцией наведения ракет обнаружить ее никак не удавалось. "Всё, пропускаем... Пропускаем!
– Несмотря на шестидесятиградусную температуру в кабине управления, Волкову стало зябко.
– Обделались..."

Он вдруг понял, что если сейчас ни на что не решиться, стрельба закончится неудачей для дивизиона и катастрофой для него лично.

– Режим широкий луч! Выставить точку встречи в широком луче!
– заорал он.
– Высота двадцать три! Азимут... Дальность - семьдесят пять! Сейчас мишень сама в сектор обзора влетит!
– Какая-то дьявольская уверенность появилась в нем.

Томительно тянулись секунды ожидания. И наконец - долгожданное:

– Есть цель!

– Пуск! Пуск!
– громовым голосом взревел, вскочив со своего места, Волков.

................................................

Меньше всего видят парад его участники - старая истина. Волков на секунду представил, как рванула ракета (предмет в глазах Волкова практически одушевленный) с шестой пусковой установки: с грохотом, отдаленно напоминающим выстрел из очень большой пушки, подняв струями раскаленных газов тучу пыли и песка и разбрызгивая горящие пороховые макаронины стартового двигателя... И с громоподобным рыком - пошла, пошла, пошла - все быстрее и быстрее, навстречу своей неизбежной гибели в смертельных объятиях с мишенью.