Чтение онлайн

Что-то прошуршало мимо по коридору, затем еще раз. Что-то выбило из стержня решетки робкий звук.

“Камни бросает… Зачем?..”

– Эй! Ты же не спишь? Скажи хоть что-нибудь. Тебе что жалко? Ну, хоть звук подай.

Марк вздохнул, этот окрик вывел его из погружения в бессмысленную пустоту, возвращая к беспросветной действительности. Он протянул руку влево, щелкнул по решетке.

“Не будь на моих руках этих цепей, она бы звенела и дрожала. До чего же быстро мы привыкаем игровой реальности, к этой иллюзии силы и могущества. И обратить эту иллюзорную силу в реальную - мечта, манящая многих.”

– Слушай, - задумчиво протянул голос из темноты.
– Давай так, я задаю вопрос, если ответ да - щелкаешь один раз, если нет - два, пойдет?

Отвечать было лень, и Марк щелкнул по решетке.

– Отлично!
– обрадовался невидимый собеседник.
– Не хочешь, говорить хоть так отвечай. Итак… Готов?

Один щелчок.

– За что тебя сюда?

Марк впал в легкий ступор. А после поднес обе руки к решетке, и начал выстукивать нехитрый ритм польки Рахманинова. Когда-то он часто слушал классическую музыку, не из удовольствия, а из необходимости. В кругах общения обеспеченных людей было полезно знать представителей искусства в разных областях. Главное - не слишком этим знанием форсить.

После двухминутного перестука Марк ощутил приятный покой, с легкой примесью радости.

“Набаффал я на себя что-ли?”

– Хм, - крякнул сосед, - а что? Неплохо поболтали…

Помолчал немного.

– Ладно, чувство юмора у тебя есть, и ты даже утер мне нос, признаю. Но не будешь же ты молчать вечно?

Марк поймал себя на том, что действительно хочет поговорить.

Два щелчка.

– Э… Блин, чтоб тебя спросить?

– Может, для начала сам представишься?

– Ох-хо! Где мои манеры? Сударь, вы удостоились чести соседствовать с самим Рофо-неудачником!

– Длинноватое у тебя имя, Рофо.

– В самый раз. Рофоданд мне не нравиться.

– Неудачник звучит лучше?

– Все спрашивают. Вот всегда - сто из ста. И я всегда им отвечаю одно и то же - да, неудачником быть лучше. Мое имя повод для гордости. Еще ни разу, пойдя на дело, я не смог избежать попадания за решетку.

– Странноватый повод для гордости, не находишь?

– Был бы странным, если бы я провалил хоть одно дело.

– О, неужели моим соседом оказался настолько великий ммм… “делец”, что сумел даже зеркало истины обмануть.

– Ты знаешь про зеркало?
– в голосе Рофо послышалось разочарование.
– Вот же… Я хотел подсказать тебе как отсюда выбраться, если ты действительно невиновен в краже.

Марк молчал.

– Выходит есть что скрывать?

– Есть.

– И что если не секрет?

– А что за дело у тебя сейчас горит настолько, что такая, без сомнения, значительная во всех отношениях личность стелиться перед первым встречным?

Теперь уже Рофо не спешил отвечать.

– Хорошо, - прогнал тишину сосед - ты знаешь чего я хочу, но я не знаю чего хочешь ты. Назови свою цену.

– Двадцать шесть уровней.

– А тебе руку в рот не клади, по ногу откусишь, да?
– затем Рофо настолько артистично изобразил задумчивое мычание, что Марк против воли улыбнулся.
– Это будет трудно, но вариант есть. Хочешь по быстрому подняться, чтобы вступить в клан? Что? Не угадал? Ты из одиночек, но все достают? Опять мимо? Э… ладно, сдаюсь. Да, и какая разница зачем тебе уровень. Это твои дела, верно?
– Рофо сделал паузу, но Марк не спешил отвечать.
– Хорошо, твои цели - это твои цели, и я в них не лезу. Но прежде, чем заключать уговор мне нужно знать какой уровень у тебя уже есть, и за какое время тебе нужна прокачка.

– Прокачаться нужно за несколько дней. В идеале - мгновенно, можешь такое устроить?

– Э… А ты умеешь удивлять. Но, боюсь, этого не может устроить никто в мире. И ты не сказал про уровень.

– Предположим, выше пятидесятого.

Эту цифру Марк назвал не случайно. Примерно после сорок седьмого уровня поднятие уровня превращалось в сущую муку. При этом, после пятьдесят второго становилось даже чуточку легче. Именно на сорок седьмом Марк уперся в стену при прокачке впервые. Тогда-то он и пошел просить помощи у старого знакомца - Михаила Братова. Марк не знал какими путями “Cassiopeis corp.” вызнала о истинных целях игры, когда подсуетилась. Весь новосозданный отдел занимался вовсе не финансами, а прокачкой. Созданный клан подчинялся четким правилам корпорации, и потому численность увеличивал медленно и неохотно. Клан назвали “Орден”, во главе поставили Братова-младшего. Он был Посвященным, и белый ромб возле имени говорил сам за себя. Сын главного аналитика действовал исключительно в рамках правил, возможно потому и не добился больших успехов на поприще прокачки. Естественно, никакой помощи Марк не получил. Руководство корпорации отнеслось к этому крайне негативно, а Братов, очевидно, имел недостаточное количество андрогенов в организме, чтобы поступать так, как он сам хочет.

– Насколько выше?
– настороженный голос соседа вернул Марка к реальности.

– А сколько нужно?

– То есть, ты из топов, - Рофо вздохнул.
– Прости, но поднять тебе уровень я не могу. Я даже монстров не знаю таких, чтобы тебе в противники сгодились.

– Я не из самой верхушки, даже в десятку не вхожу.

– Уперся в стену, да? У всех так бывает - растешь в уровнях, растешь и тут - раз! Понимаешь, что дальше никак. Хоть убейся. Почему, отчего? Никто не знает. Прими это, и все. Такова жизнь…

– Тогда, я изменю эту жизнь.

“Насколько быстро она будет расти в уровнях? Даже с баффером ей понадобятся подходящие противники, а их крайне мало… Время еще есть. Я должен придумать что-нибудь. Что-нибудь…”

– Смелые слова, но еще никому не удалось стать искрой, что подожжет весь мир.

– А мировые войны? Кто-то же их разжег?

– Ха! Насмешил. Как будто, они действительно охватывали весь мир. Если думаешь так, то явно не представляешь насколько наш шарик огромен. Сколько всего в нем прекрасного и жуткого. Сколько уголков полных дикости, и сколько уникальных цивилизаций, ментальностей. Люди одинаковы, но в то же время настолько разные… Никогда не говори за весь мир, парень. Не говори о том, чего не видел, чтобы не прослыть глупцом даже среди невежд.

– Ты так и не сказал, чем тебе помочь.

– Возьмешься за просьбу того, кому нечем отплатить?

– Разговор. Чем не плата?

– Хо-хо! Тогда я должен платить не меньше. Но если ты действительно поможешь… Рофо-неудачник будет твоим должником.

– Так, что надо?

– Дом на Бакалейной улице. Пятый от перекрестка с королевским проспектом, если на восток идти. Скажи мяснику Панглу, что я попался, и попался крепко. Он поймет.

– Считай, что ты уже мне должен, Рофо.

Марк продолжил сидеть в камере, но она уже не была наполнена беспросветной темнотой. Внутри крепла уверенность, и невидимый мистический свет красил окружающую черноту невидимым светом.

“Все будет хорошо. Я смогу. Не знаю как, но смогу.”

По субъективным ощущениям Марка прошло от одного до трех часов после разговора, когда в коридоре появился страж. Факел оглушающе трещал в тюремной тишине. Красно-оранжевое сияние кольнуло глаза, освещая окружение.

– Выходи. В твою защиту выступили перед зеркалом истины, - дверь зарешеченной камеры, открылась с противным скрипом.

“Странное дело. Этот скрип возвещает о свободе, но мое лицо кривится. Интересно, сколько времени нужно провести в цепях, чтобы этот скрежет несмазанных петель, показался прекрасной музыкой?”