Зеркальный Донбасс
Шрифт:
И его слова вмиг успокоили её, вернее, она растеряно слушала его, тая в этих словах. Эти чувства Любава уже никогда от себя не отпустит.
– Знаешь, мне наш недавний гость, барс, сказал ещё кое-что. Что-то странное. Он сказал: "Верь в свои ощущения!". Что бы это могло значить?
– Не знаю, - задумалась Любава: - Он именно так сказал?
– Да. Он из всех сил обращал на это внимание.
Они оба задумались, и Любава опять вспомнила о Парне, но тут же попыталась отгородиться от этих мыслей.
В окне мимо мелькали однообразные пейзажи, и ночь постепенно укрывала их своими тенями.
– Я, наверное, глупая девчонка, которая позволила себе любить Облако, - смеясь, сказала Любава, и тут же решительно сконцентрировалась на чувствах, проверяя его ответ, который непременно должен был быть отрицательным.
– Вовсе нет. И хватит меня проверять. Я знаю, что ты сейчас в моих чувствах была, - весело возразил Дар, ловя её мысли.
– Твои мысли, словно птицы, - добавил он, опережая её вопрос, готовый сорваться с языка. Поэтому она непосредственно пожала плечами, но тут же добавила:
– Я просто не смогла удержаться. Вот настолько, - она поднесла пальцы к лицу и оправдательно прищурила глаза: - Прости!
– По-секрету, знаешь, как меня сейчас здесь все зовут?
– начал Дар, откровенно приоткрывая часть своей души: - Мечтатель!
– Да?
– восхитилась Любава.
– Они считают, что всего этого просто не может быть. И если я всё это вижу, то это всего-навсего мои мечты. "С вами связаться просто невозможно!" - говорят они. Поэтому я тебя понимаю, - Дар улыбнулся. Но это была очень оптимистичная и счастливая улыбка - она уж точно это почувствовала.
– Ну, так что? Будем Заре помогать?
– с сияющей улыбкой на лице, напомнила Любава.
– А ты не боишься?
– добродушно предостерёг её Дар: - Опасно, всё-таки.
– Неа!
– замотала головой она (мысленно, конечно): - С тобой не страшно!
– Хорошо, - почти торжественно произнёс он, и в его мыслях появился образ Зари.
Он был потерян и напуган. Болезнь прогрессировала. Теперь его золотой свет стал походить на серые громоздкие пятна, которые жадно разрастались по его воздушному телу.
Любава с сочувствием протянула к нему руку, но тут же опомнилась, и приглушила все свои собственные чувства. Теперь она вновь стала эмпатом.
– Он боится, - прислушиваясь к нему, ответила она.
– Эти серые пятна болезни реагируют на страх, на абсолютно любой страх, независимо от его причины.
– Значит, просто не надо бояться?
– спросил Дар, подходя к ней в своих мыслях.
– Ухты!
– отвлеклась Любава: - А мы теперь с тобой в одном измерении рядом стоим!
– не переставая быть сконцентрированной, улыбнулась она.
– Нет. Это только может помочь не заразиться. Если болезнь уже есть, нужны будут методы посильнее, - и она вновь присмотрелась к Заре.
– Ладно! Поехали!
– сказала она и спокойно закрыла глаза.
Рядом с Зарёй начал появляться белый свет. Он становился всё ярче, полностью захватывая его.
Дар глянул на неё. В это время на её лице была спокойная счастливая улыбка.
Свет был настолько ярким, что, казалось, он лился уже откуда-то сверху. Затем всё понемногу успокоилось, и Дар увидел Зарю. Весь этот свет теперь словно ушёл в него, и серые пятна на его воздушном теле стали таять в его яркости. Его дыхание стало ровным, и на лице, впервые за это время, появилась умиротворённая улыбка.
– Теперь с ним всё будет в порядке!
– весело отозвалась Любава из-за его спины. Дар удивлённо повернулся: такого он ещё никогда не видел.
– Спасибо тебе!
– произнёс он, всё ещё не понимая, как у неё это вышло.
– Да не за что!
– добродушно отмахнулась Любава, и легонько пошатнулась.
– Ой! Что-то я устала очень!
– растеряно улыбнулась она: - Отведи меня, пожалуйста, обратно!
– Хорошо!
– забеспокоился Дар, аккуратно удаляя образ Зари из своего сознания.
И Любава вновь мыслями оказалась в автобусе, который быстро двигался по дорожному полотну.
– Ты потеряла слишком много энергии, - заволновался Дар: - Тебе лучше вообще сейчас ничего не делать.
Любава улыбнулась:
– Ты предлагаешь мне сейчас поспать?
Дар ненадолго задумался.
– Если ты так отдыхаешь, то - да. У нас никогда не спят, - чуть смущённо ответил он.
– Ладно, - рассмеялась Любава: - Только это будет тяжело. Здесь столько людей, от которых я не знаю, чего ожидать.
– Не переживай! И забудь обо всех своих страхах! Я с тобой, - нежно произнёс он.
– Давай я тебе спою песню, - воодушевлённо подхватил он: - Она очень лёгкая и воздушная. Тебе станет легче.
– А она о чём?
– отвлеклась она, забывая обо всём другом.
– Услышишь!
– рассмеялся он: - Это одна из наших любимых. Её сотворил союз ветра и рассветной небесной росы, очень давно. Это очень нежная история, воспоминания о которой дарят радость всем нашим поколениям. И он запел:
Давным-давно,
В другом, счастливом мире,
История одна произошла.
Как капля света небо озарила,
Пришла она, Небесная Роса.
Её улыбка солнце затмевала,
А взгляд лазурью красил небеса.
С ней ветер рядом был огромный,
Могучий как сама душа.
Друзьями были, мир любили,
Построили Небесные Врата.
Их радость Солнце отварила,
Их память Лунные построила врата.
Веками жили, мир дарили, и вот,
Пришла пора уйти им навсегда.
Они исчезли ярко, в свете тая,
Оставив капель солнца след.
То место Светлым стало Океаном,
Что бережёт печать заветных лет.
Любава слушала его, и на душе у неё становилось тепло и спокойно. Эта песня, словно тихо плывущие облака в лунном сиянии, ласково ложилась на её сердце.
Она увидела нежное мерцание звёзд, почувствовала необыкновенный, едва уловимый запах влаги и всю необъятную свободу неба. Она была там, вверху, среди белых пушистых облаков. Это было настоящим. Настолько настоящим, что она даже не задумывалась над этим. Дар был с ней. Здесь. И эту реальность она никому б не дала оспорить.