Зеркало души
Шрифт:
«Ефим Федорович, я даже не знаю, что и сказать. Всего час тому назад делали обход пациентов – не было отмечено никаких признаков ухудшения. Мониторы отслеживания состояния опять же ничего не зарегистрировали…» – опустив глаза, нерешительно промямлил глава отделения, озадаченно добавив – «Я даже не знаю, как всё произошло – меня самого не проинформировали. Сейчас пытаемся разобраться, кто и как проводил предписанные в подобных случаях реанимационные процедуры…».
«Вот и разберитесь! И чтобы через полчаса Вы были у меня – с историей болезни и полным отчётом о назначенных пациенту препаратах и динамике состояния основных физиологических параметров!» – безапелляционно произнёс Горшаков и, повернувшись лицом к вновь вошедшим, тем же тоном продолжил – «Господа, что Вы себе позволяете?! Это реанимационное отделение, а не зал для визитов, в конце концов!».
«Ефим Федорович, нам необходимо увидеть одного из пациентов Вашей больницы, Логинову Анастасию, и, по возможности, немедленно» – протянув удостоверение, спокойно и невозмутимо произнёс Георгий.
Мельком взглянув по протянутую ему корочку уважаемого ведомства, Горшаков, заметно переменившись в лице, проглотил подступивший к горлу комок, после чего с грустью глядя на стоявшего перед ним молодого человека и его товарищей, печально и медленно произнёс – «Господа, мне очень жаль, но двадцать минут тому назад Анастасии Логиновой не стало…».
«В смысле?!» – опешив от неожиданности, переспросил Арзамасов, после чего схватив за ворот и со всей силы тряхнув профессора, резко переспросил – «Что за бред?! Да нам только что в регистратуре сказали, что с ней всё в порядке и её состояние стабильно! Что у Вас тут, чёрт возьми, произошло?!».
«Постоперационные осложнения – внезапная остановка сердца…» – едва выдавил из себя главврач, быстро добавив в своё оправдание стандартную реплику – «Предпринятые реанимационные процедуры не помогли. В регистратуру данные ещё просто не поступили…».
«Где она?! Где?!» – ослабив хватку и заметно побледнев, дрожащим голосом переспросил Георгий, всё ещё отказываясь верить словам медика…
«В нашем морге – при госпитале…» – печальным голосом понимающе произнёс Ефим Федорович, разглаживая мятый ворот белоснежного медицинского халата.
Спустя несколько минут полной тишины, нарушаемой лишь равномерным чеканным звуком шагов, разлетавшихся по полупустынным коридорам госпиталя, мрачный и бледный Арзамасов в кампании своих товарищей преодолел оставшиеся метры дистанции, войдя в двери, последнего пристанища пациентов данного лечебного учреждения, с характерной вывеской из четырёх чёрных букв…
«Вы к кому?» – увидев столь многочисленную и представительную делегацию посетителей, оживлённо поинтересовался молодой человек в белом халате, сидевший за столом в небольшом кабинете.
Арзамасов, привычно показал липовое служебное удостоверение, после чего, проглотив подступивший к горлу ком, надломленным голосом медленно и тихо выдавил из себя – «Около получаса тому назад Вам доставили труп… В смысле тело – тело Логиновой Анастасии. Мы бы хотели на него взглянуть – и, по возможности, немедленно…».
Быстро вняв авторитету корочки офицера федеральной службы безопасности, молодой медик вытянулся по струнке, озадаченно ответив – «Господа, да я бы с радостью Вам показал, но не вполне понимаю, о ком конкретно Вы говорите. С такой фамилией у нас никого не значится, да и вообще сегодня к нам ещё никого не провозили…».
«Чего ты нам горбатого лепишь?» – резко ударив кулаком по столу, прямо перед самым носом испуганного парня, эмоционально выпалил Эльдар, добавив – «Что значит, не привозили?! Да нам десять минут тому назад главврач сказал, что она у вас тут – в морге!».
«Я… Я вовсе нет, что Вы…» – дрожащим голосом ответил молодой человек, быстро уточнив – «Вот журнал регистрации. Сами взгляните – сегодня поступлений не было…».
Схватив со стола журнал и, быстро пробежавшись по последним двум листам рукописного текста Георгий, закрыл глаза, чувствуя, как до характерной боли в висках поднялось давление.
«Гриш, да чего за хрень тут у них творится?» – начал было фразу Эльдар, но быстро умолк, увидев, красноречивый жест шефа.
«Сегодня Вы оформляли вывоз чьего-либо трупа из морга?» – поинтересовался Арзамасов, холодно глядя на до смерти перепуганного санитара…
Отрицательно покачав головой, молодой человек сбивчиво произнёс – «Сегодня – нет, Вы же видели по журналу. Да и, вообще, обычно у нас ранее двенадцати за жмуриками не приезжают…».
«Эльдар, ты всё понял?» – переспросил Георгий, быстро распорядившись – «Подними всех наших! Пробейте машину по базам, возьмите копии записей с видеокамер, опросите персонал больницы, делайте, что хотите, но найдите мне этот грёбанный чёрный катафалк и тех двух санитаров!».
Здоровяк, от одного вида которого, бедному медику, всё ещё смирно сидевшему за столом, было не по себе, моментально выхватил трубку телефона и, давая на ходу кому-то указания, стремительно выбежал из здания морга…
«Шеф, ты и вправду думаешь, что это они её вывезли? Вывезли нашу Настю прямо у нас из-под носа?» – мягко поинтересовался один из стоявших рядом в штатском, скупо добавив – «Дело дрянь… Двигаем?».
Арзамасов, на лице которого застыло странное сочетание неистовой ярости с одной стороны и надежды с другой, слегка кивнул головой, после чего, взглянув на санитара, медленно произнёс – «Покажите мне труп девушки, которую привезли к Вам накануне вечером – я хочу видеть эту тварь!».
Парень, несколько опешив от подобной риторики силовиков, тем не менее, быстро схватил ключи, после чего, послушно провёл гостей в небольшое помещение, медленно выдвинув поддон с телом из холодильной камеры.
«Женщина в возрасте около 32 лет. Предполагаемая причина смерти – множественные огнестрельные ранения. Дата смерти – датирована вчерашним числом. Личность пациента не установлена…» – быстро процитировал короткую записку, прикреплённую к торцу поддона один из сопровождавших.
Георгий, подошёл ближе и, небрежно откинув угол белой простыни, накрывавшей остывшее тело, взглянул на лицо покойной, после чего резко побледнев, он медленно, отшатнулся и, уткнувшись лбом в стену, сжал зубы, чтобы не закричать от переполнявшей его в данный момент вполне конкретной физической боли утраты…
Оба его товарища, посмотрев на мертвенно-бледное лицо Логиновой, лежавшей на холодном металлическом поддоне, с тоской молча опустили глаза…
«Эти сволочи мне заплатят – заплатят за всё! Я заставлю умыться кровью – их всех!» – яростно ударив по стене кулаком, исступлённо произнёс Арзамасов, после чего, несколько взяв себя в руки, надломленным голосом добавил одному из сопровождавших – «Влад, проконтролируй, чтобы после проведения всех необходимых процедур, тело Насти выслали бортом в Москву для проведения похорон. Похорон достойных героя, отдавшего свою жизнь во благо этой страны, будь она неладна…».