Чтение онлайн

— Дальше – как договаривались. И не спускай с него палочку! Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

И даже насмешку – последнее оружие – запечатало на губах предусмотрительное “Силенцио!” А о невозможности позвать на помощь он даже и не подумал…

Блэк подтащил его к креслу и отпустил… довольно бесцеремонно. Впрочем, спасибо и на том, что не бросил на полу.

Поттер–младший тем временем зажег верхний свет. Снейп отметил про себя, что Поттер слишком уж свободно ориентируется в чужом доме. Неужели захаживал? Должно быть, под своей знаменитой мантией–невидимкой; открытые визиты не остались бы незамеченными соседями–маглами. Снейп любил маглов не более, чем они того заслуживали, но еще из детства вынес твердое убеждение в том, что с магловской бдительностью не сравнится ни одно следящее заклинание.

И одеты оба по–магловски. И явно не ощущают неудобств. Ладно бы еще Поттер, но Блэк-то вроде бы никогда с маглами не жил – так откуда привычка?

При свете обнаружилось еще странное обстоятельство: одна палочка на двоих. Сейчас она была у Блэка – направленная прямо в лоб Снейпу. Так что расчихавшийся от пыли Поттер стер со стола серый налет просто ладонью.

А шторы на окнах так и остались задернутыми. И все вещи – судя по тому, что можно было увидеть, не повернув головы – также оставались на местах, никем не потревоженные. При взгляде на холодный, заблокированный камин Снейп мстительно подумал, что ждать его возвращения в неприветливом выстуженном доме наверняка было неуютно.

И тут Гарри сказал такое, что лишило бы Снейпа дара речи и безо всякого заклятья.

Он сказал:

— Извините нас, профессор.

Он был бледен, но выговорил три невероятных слова отчетливо и серьезно. Правда, тут же добавил:

— За “Силенцио”.

Они оба, Блэк и Поттер, находились прямо перед ним, лицом к лицу, у письменного стола – специально развернув к столу кресло Снейпа. Можно было бы сказать: стояли плечом к плечу – если бы не Блэк, привыкший устраиваться с удобством и присевший на край стола. Гарри стоял рядом с крестным. Определенно, он нуждался в опоре, и так же явно поддержки Блэка ему недоставало; поэтому, прислонившись к столешнице, Гарри дополнительно вцепился в нее обеими руками. Снейп представил эти молодые и сильные руки сомкнувшимися у себя на горле и ему стало… немного тревожно. Да уж… пусть лучше держится за стол.

Поттер говорил очень простыми, короткими фразами: не то волновался, не то боялся, что Снейп не поймет. И делал долгие паузы – должно быть, чтобы до Снейпа лучше доходило. А может быть, в паузах он собирался с силами. Он никогда прежде не разговаривал так со вчерашним преподавателем, да еще вернувшимся практически с того света.

— Мне нужно, чтобы вы меня выслушали. И ответили на один вопрос. Всего на один. Касающийся лично меня. Не Дамблдора. Не Ордена Феникса. Не моих родителей, не крестного, даже не моих друзей. Только вас – и меня. Большинство ответов я и так знаю. Вы согласны? – и кивнул Блэку.

— Фините инкантатем!

Как только зельеделу вернули голос, он съязвил:

— Ассистируешь Поттеру? Снова?

— Не твое дело!

— Очень даже мое. Или вы не на мне заклятья отрабатывали?

— Он не пустил меня к вам одного, – остановил готовую разгореться перепалку Гарри. – Как насчет ответа, сэр?

— И Джеймса не пускал, – напомнил Снейп, игнорируя миротворческие усилия бывшего ученика. – Что, сменил сюзерена?

— Король умер – да здравствует король! – философски констатировал Блэк. И этим ограничился, поймав умоляющий взгляд Гарри. А тот, убедившись в своем влиянии на союзника, вновь повернулся к пленнику.

— Вы будете отвечать, сэр?

В третий раз – как и полагается при обращении к темным силам. Мерлин… а ведь Поттер даже дыхание задержал в паузе. Снейп поморщился от неприятной аналогии, выбросил ее из головы и ехидно поинтересовался:

— Подразумевается игра в одни ворота?

Гарри вздохнул с явным облегчением:

— Нет, сэр. Спрашивайте, что хотите знать, я отвечу.

— О чем мне вас спрашивать, Поттер?

— Тогда не жалуйтесь, сэр! – огрызнулся Гарри.

Поттер, не спешивший открывать окна и обнаруживать свои намерения, зато посчитавший нужным извиниться, хотя и огрызающийся – это был нереальный, незнакомый Поттер. Повзрослевший – и оттого еще более внешне похожий на своего отца.

Девять лет назад это сходство сыграло злую шутку со Снейпом–преподавателем.

Очки и черные лохмы, и рыжий приятель – прямо с поезда, и взрыв аплодисментов за гриффиндорским столом, и наглые ответы на уроках, и сминусованные баллы, и постоянные отработки, и игнорирование правил, и поблажки директора… и ЭТОТ КВИДДИЧ!!!

Снейп хотел видеть перед собой Поттера–старшего. И видел. Так же успешно, как после него – Блэк. Прошлое воплотилось в настоящее – и соблазн свести старые счеты оказался непреодолимым. Это была настоящая одержимость. Наконец-то Снейп брал верх над Поттером. Только почему-то от долгожданных побед оставался неприятный осадок…

Он-то сам знал, что мстил Гарри вовсе не за отца – ну, может, только отчасти. Он мстил Поттеру с чужими глазами за него самого – ибо потерял Лили не из-за Джеймса, ставшего ее мужем; не из-за Сириуса, предложившего идиотский, провальный план; не из-за предательства Петтигрю; не из-за собственных чересчур длинных ушей и языка; даже не из-за роковой случайности, приведшей его к дверям кабака, за которыми пророчествовала Трелони… а из-за мальчишки, которого судьба – на беду Снейпа – выбрала своим оружием.

Джеймс… что – Джеймс? Сколько лет Снейп лелеял мысль, что Лили разочаруется в Джеймсе и вернется… Ничто не было окончательным – пока испуганная и разгневанная молодая мать не встала между колыбелькой с ребенком из пророчества и ужалившим ее зеленым лучом.

Это Гарри отнял ее у него.

…Что он там говорит, этот мальчишка?

— Я не собираюсь держать это в себе всю жизнь. Но прежде, чем забыть, я хочу понять. Я ДОЛЖЕН понять.

Снейп пожал плечами: понимай на здоровье что хочешь, я тут при чем?..

Он отлично знал – ему ли не знать! – что магически можно заставить человека молчать и – с меньшей долей вероятности – правдиво отвечать на вопросы. Но не вести светскую беседу! Однако Гарри по наитию – а вернее, по глупейшей случайности – ляпнул то единственное, что могло вызвать профессора на разговор:

— Особенно в свете того, что вы выплеснули на меня… тогда, в Хижине…

— В Хижине? – взгляд непроизвольно метнулся к Сириусу. Снейп даже подался вперед, несмотря на удерживающее его связывающее заклинание. – Он… ЗНАЕТ?!

Блэк, опустивший было палочку, вскинул ее – обновить заклятье. Гарри чуть заметно мотнул головой.

— Разумеется.

— Что “разумеется”?! Разумелось, что эти воспоминания предназначены вам одному!

— У меня не было и нет секретов от крестного, – возмутился Гарри. — Это раз. Два – я и смотрел их один. Но будь я один в Хижине – боггарта с два я бы их вообще увидел! Это Гермиона сообразила трансфигурировать фляжку. Так что…

— А три, – вмешался Сириус, – можно подумать, я этого раньше не знал! Весь Хогвартс знал.