Чтение онлайн

«Когда на небе загорается новая звезда, значит, на Земле родился хороший Человек. Когда Звезда падает и, умирая, скользит по Своду Небес, это чьё-то Сердце, обожжённое пламенем Настоящей, но Безответной Любви, отдаёт свой Жар Любимому Человеку».

Часы пробили двенадцать. Тёмное небо за окном было по-зимнему холодным и далёким. Февраль. Алмазы звёзд мерцали ровным светом, даря земле своё холодное сиянье. Вдруг одна из них сорвалась, но не сгорела мгновенно, подобно искре на ветру, а медленно заскользила по сине-чёрному граниту ночи.

«Странно, почему звезда так медленно падает?» – подумала Она, глядя из окна тёмной комнаты на звёздное небо. В открытую форточку острыми морозными иглами врывались звуки ночи.

«Одна минута первого», – мысль возникла ниоткуда. И неожиданно Она поняла, что давно уже не слышно звуков ночного города: глубокая тишина вошла в крохотный мир её комнаты, словно живое существо, заполняя собой пространство.

Звезда, казалось, не спешила сгорать. Она словно отдавала кому-то свой последний и потому особенно яркий огонь. Как будто пыталась поведать миру свою историю.

Девушке у окна вдруг вспомнилось, что завтра, а вернее, уже сегодня, наступает День святого Валентина. «А пока – и только для меня – ночь Падающих Звёзд», – усмехнувшись, подумала Она и прошептала:

– Здравствуй, Падающая Звезда.

– Здравствуй, девушка у окна, – хрустальными брызгами ворвался в комнату ответ.

– Кто ты? – удивилась Она.

– Я Падающая Звезда, – серебряными колокольчиками отозвался кто-то.

– Ты сгораешь. Почему?

– От любви и во имя любви.

– О, как бы мне хотелось так же, как ты… – выдохнула Она отчаянно, – так же сгореть, отдав всю любовь свою Ему.

– Это так просто для тех, кто действительно любит, – голос Падающей Звезды был нежен и ласков.

Она замерла в ожидании ответа.

– В Ночь Валентинок звёзды не сгорают. Когда-то я так же, как и ты, стояла у окна в такую же ночь. Мне было грустно и одиноко: тот, кого я любила всей душой и болью своего сердца, меня не любил. И тогда я решила: пусть будет так, как есть. А я научусь ждать и стану ему путеводной звездой. И однажды, когда придёт его время, подарю ему волшебство вечной любви, жар и силу своего сердца.

– У тебя получилось?

– Как видишь. В эту минуту Он стоит у окна и следит за мной напряжённым взглядом. С ним рядом его Мечта: та, что разожгла в нём пламя любви. Их желание обоюдно, но они оба боятся сами себя и своих чувств. И я счастлива, что могу исполнить мечту любимого, подарить ему веру в счастливое будущее.

– Тебе не страшно? Ведь ты умрёшь.

– Падающие Звёзды не умирают в эту ночь, но остаются в душах тех, во имя которых сорвались с неба. Настоящая любовь бескорыстна и не требует ничего взамен.

– А если… – девушка у окна не договорила.

– Попробуй. Сегодня волшебная ночь. И если желание твоё велико, а любовь безгранична, ты станешь его путеводной звездой и однажды поведёшь любимого за собой по дороге счастья.

Падающая Звезда скользнула совсем низко, почти задев ночной горизонт. Но огонь её по-прежнему был ярок.

– Прощай, – в последний раз еле слышно прозвенело в комнате.

Звезда мигнула и растворилась, утонув в океане ночи.

– Прощай, Падающая Звезда, – прижав руку к сердцу, прошептала девушка у окна.

Холодный ветер давно выстудил пустую комнату. Еле слышно позвякивали стеклянные льдинки бра над тахтой. В раскрытое окно влетали робкие снежинки. Стекло фотографии, оставленной на подоконнике, заиндевело, причудливой морозной рамкой обрамив чьё-то лицо…

А высоко над землёй в холодном февральском небе засияла новая звезда».

Когда я оторвалась от чтения, южное небо уже мерцало огоньками. «Это ангелы приглядывают за нами с небес», – всегда говорила мама, когда заставала меня летом у распахнутого окна, и сгоняла с подоконника. Отец утверждал, что звёзды – это души умерших людей. И только бабушка ничего не говорила, тихонько хмыкала и пыхтела трубкой.

История о падающих звёздах вызвала во мне какие-то смутные воспоминания, будто всё, что я прочла в рассказе, случилось на самом деле, и я была тому свидетелем. Я сползла с кресла, с трудом поднявшись на затёкшие ноги. Эдина лениво приоткрыла один глаз, тут же закрыла и снова засопела. Я сладко потянулась, всё ещё размышляя над прочитанным. Плеснула воды в высокий стакан и подошла к окну.

Широкий подоконник располагался близко к полу, словно кто-то хотел сделать французское окно, но потом передумал. Зато получилась прекрасная ниша для отдыха с книгой: сиденье из мягкого матрасика, обшитого диванной тканью, несколько подушек и обитые текстилем откосы создавали иллюзию кушетки. Прекрасный вид на слегка запущенный сад дополнял антураж писательского кабинета и места для отдыха. Именно здесь тётя Ди создавала свои шедевры: обстановка располагала. Да и прекрасный письменный стол, примостившийся возле другого окна, не оставлял сомнений.

Взглянув на часы, я решила, что звонить маме уже поздновато. Вопросы, возникшие в голове после прочтения звёздной истории, вполне могли подождать до утра. Я подхватила тетрадку и посуду и отправилась готовиться ко сну. По пути в ванную комнату машинально посмотрела в большое квадратное зеркало и остолбенела: тёмное бархатное южное небо загадочно мерцало звёздами внутри стекла. Я зажмурилась и резко распахнула глаза: призрачная поверхность отражала слегка растрёпанную и перепуганную меня. Оглянувшись через плечо, я убедилась, что много читать на ночь всё-таки вредно: за моей спиной ни окна с небом, ни картины с изображением не было.

«Воображение. Это всё моё буйное воображение», – уняв сердце, заполошно токующее в груди, выдохнула я и отправилась по слегка скрипучей лестнице в спальню. Тётя Ди под опочивальню отвела огромную мансарду. И это мне тоже очень нравилось. Тем более что у одного из окон, так же выходящих в сад, разместился небольшой столик, на котором с комфортом разместился мой ноутбук. А рядом встало добротное широкое кресло с высокой спинкой.

Забравшись в кровать, я недолго спорила с собой. «Ещё один рассказ – и спать!» – убедила я сама себя и раскрыла следующую страницу.

«Люблю тебя до умопомраченья,

До черноты в глазах,

До немоты в словах,

До ломоты люблю

Во всём уставшем теле.

Люблю тебя душой, не напоказ.

До коликов в груди,

До темноты в висках,

До судорог люблю

В своей пустой постели.