Чтение онлайн

Разве мог понять отец, что его юная дочь слишком многое узнала о людской подлости и лжи. Все громкие слова любви и пылкие признания женихов — разве они чего-то стоили? Где они были, когда она, обезображенная болезнью, рыдала в одинокой башне? Разве кто-то из них протянул ей руку помощи, сказал хоть одно ободряющее слово? И все чаще, Стефка вспоминала Димитра. В его глазах, каждый раз, девушка видела заботу, сострадание и желание помочь. Ни разу он не позволил себе брезгливо поморщиться при виде ужасных гнойных бородавок. Он, как и она, радовался, когда видел, что ужасные гнойники исчезают без следа. И он никогда не ждал благодарности, предупреждал ее о кознях мачехи по доброте душевной.

И каждый раз, при мысли, что она возможно больше никогда не увидит Димитра, в сердце девушки поселялась тоска.

А в замке Триолли, в своей бедной лачуге сидел Димитр, предаваясь тоске и печали. Вся его жизнь перевернулась с ног на голову, и парень не представлял, как вернуть прежнее равновесие и спокойствие. Его давняя мечта об учебе в Академии Магии вдруг поблекла, потускнела и отодвинулась в глубины сознания. Если бы сейчас Димитра поставили перед выбором: учеба в Академии или брак со Стефкой, он бы не задумываясь выбрал второе. Зачем ему всё, если рядом нет любимой? Видимо, вместе с магической силой от прадеда, он унаследовал и веру в то, что лишь истинная любовь дарует человеку счастье.

Георги, каждый раз приходя к Димитру, заставал друга в состоянии глубокой меланхолии. На все расспросы — что с ним случилось — лекарь лишь отмалчивался. Наконец, Георги осенило:

— Слушай, дружище, а ты там часом не влюбился? В белокурую Петру? Или может в госпожицу Стефку?

По тому, как густо покраснел Димитр, при упоминании о Стефке, Георги понял, что попал в точку.

— Ну, я тебя друг понимаю. Если бы не моя незнакомка в зеркале, я тоже бы увлекся Стефкой. Она без бородавок такая красавица. А чего ты грустишь-то? Она что, не ответила тебе взаимностью?

Димитр лишь вздохнул.

— Постой-постой! Только не говори мне, что ты даже не сказал ей о своих чувствах! Так и есть! Димитр, я тебе все больше удивляюсь! А вдруг Стефка ответит тебе взаимностью?

— Георги, ну что ты такое говоришь? Как Стефка может влюбиться в какого-то лекаря, все богатство которого состоит в этой жалкой лачуге? А даже если бы она и сошла с ума и влюбилась в меня, разве ее отец отдаст Стефку мне в жены?

— Димитр, что с тобой случилось? Где твоя вера в лучшее? Я вот вообще не знаю имени девушки из зеркала, не знаю где ее искать. И все равно, я верю, что когда-нибудь мы все-таки встретимся! Ты должен сказать Стефке о своей любви!

— И как ты себе это представляешь?

— А почему бы тебе не написать ей признание? Поверь мне, все девушки любят всякие любовные записочки и все такое.

Димитр с сомнением посмотрел на друга. Не похож Георги на парня, который кружит голову девушкам и имеет большой опыт в сердечных делах. Видимо взгляд Димитра был весьма красноречив, потому как Георги смешался, щёки его заалели и парень добавил:

— Мне Радан говорил, что девушкам нравятся любовные письма.

Стефка сидела у камина и задумчиво наблюдала за языками пламени. Как все странно. Еще недавно она бы все отдала — лишь бы избавиться от бородавок. Тогда Стефка и мечтать не смела о большом количестве соискателей её руки. А сейчас всё это кажется таким неинтересным, скучным. И на сердце почему-то неспокойно, грустно. В комнату зашла Петра и тихонько кашлянула, чтобы привлечь внимание хозяйки.

— Чего ты, Петра?

— Госпожица Стефка, там пришел мой брат Иванко. Говорит, у него для вас письмо. Мол, велено передать вам лично в руки.

— Пусть войдет.

В комнату зашел Иванко. Поклонившись Стефке, он затараторил:

— К нам рыжий лекарь пришел. Тот, что из Триолли. Просил меня передать только вам. Сказал, что это важно!

Стефка взяла письмо из рук мальчишки. Петра тут же увела брата, поняв, что госпожа хочет остаться одна.

Димитр прислал ей письмо! Может, он что-то узнал о новых кознях мачехи и хочет предупредить? Девушка торопливо развернула пергамент и начала читать. По мере прочтения, ее глаза все больше застилали слезы, а на щеках разгорался румянец. В сердце, словно эхом, отдавались фразы из письма: «….милая госпожица Стефка…», «…в дали от вас мое сердце переполняет тоска…», «… мне так не хватает света ваших глаз и звука вашего голоса…», «… ваш преданный и верный слуга Димитр».

Стефка снова и снова перечитывала письмо, не понимая, что теперь ей делать.

На следующий день в замок Майстора прибыл гонец с сообщением, что в окрестностях охотится княжич Захари и после охоты он намерен остановиться именно в замке Грегора. Что тут началось! Такого переполоха не помнила даже главная экономка. Все комнаты срочно протапливались, перины и подушки выбивались, горничные сбивались с ног, снимая паутину и тенету по углам.

Даже Ивона Майстора поддалась всеобщему волнению. Она металась по спальне, лихорадочно соображая, какую выгоду можно получить от этого визита. И тут её осенило. Ну, конечно! Стефка! Если она понравится княжичу, то есть шанс стать родственниками самого князя Любена. И не беда, что княжич Захари младший сын! Если постараться и приложить определенные усилия, то Захари может стать единственным наследником…

Ивона вызвала свою старшую горничную:

— Милена, беги в башню к Стефке. Скажи ей, чтобы готовилась к визиту княжича Захари. И если она вечером не будет благоухать и цвести как садовая роза, я… — Ивона осеклась. Угрозы ни к чему. Только ласка и хитрость.

— Скажи Стефке, что я прошу её выглядеть очаровательно, как никогда. В кои-то веки такое событие, нужно быть на высоте.

Но вот на Стефку просьба её мачехи не возымела желаемого действия. Девушка всю ночь проворочалась без сна, раздумывая, что же делать с признанием Димитра. С одной стороны, это так волнительно — знать, что в тебя влюблен мужчина, который тебе тоже нравится. Но с другой, поощрять чувства лекаря, это так необдуманно и легкомысленно. И нужно ли ей что-то отвечать на письмо? И спросить не у кого… Молодая госпожа так задумалась над этим вопросом, что на все просьбы Петры заняться, наконец, выбором платья на вечер, отмахнулась:

— Петра, да выбери сама! Какая разница в чем я буду на этом вечере…

И уж Петра расстаралась. Она-то понимала, что визит княжича неспроста. И охота может быть всего лишь предлогом, чтобы полюбоваться на госпожицу Стефку и убедиться, так ли она хороша, как говорит молва. Приготовив платье из голубого шелка, что подчеркивал цвет глаз госпожицы, Петра чуть ли не силой усадила Стефку завивать локоны.

Когда на закате в открытые ворота замка Майстора въехали около двадцати всадников все обитатели замка уже изнывали от ожидания и нетерпения. Грегори Майстора встречал дорогих гостей на крыльце. Выделив среди всадников самого разряженного и разодетого, он решил, что это именно и есть княжич Захари. Стыдно признаться, но Майстора никогда не был во дворце князя и понятия не имел как выглядят его сыновья. Грегори спустился с крыльца и с радушной улыбкой направился к разряженному всаднику:

— Для меня большая честь приветствовать сына Светлейшего князя…

Но разряженный мужчина фыркнул и довольно грубо развернул Грегори в противоположную сторону и кивком указал княжича. Майстора смутился, но вынужден был повторить приветствие княжичу Захари. Княжич был одет довольно скромно, его одежда почти не отличалась от одежды его свиты и лишь при внимательном рассмотрении можно было заметить, что материя более дорогая, да камень в перстне стоит чуть ли не как весь замок Майстора.

Уже внутри замка представлены были Ивона и Стефка Майстора. И если по лицу Ивоны Захари лишь скользнул взглядом, то вот на Стефке взгляд княжича задержался. По правилам этикета Стефка должна была потупить взор и всем видом изображать скромность и смущение. Но госпожица так долго была лишена общества, что сейчас пренебрегла правилами и дала волю своему любопытству. Княжич был довольно привлекателен. Высокий и хорошо сложенный, с горделивой осанкой и уверенностью во взгляде. В голове Стефки вдруг мелькнула мысль, что наверняка Петра бы нашла княжича красивым, ей же нравятся темноволосые. А Захари был жгучим брюнетом с выразительными карими глазами, прямым носом и красиво очерчеными губами.