Чтение онлайн

— Деточка, ты фетиш-то прикупишь, аль так рискнешь? — сказала сидевшая за прилавком старушка.

Ника посмотрела на отражение бабульки в зеркале.

— Фетиш? — спросила девушка.

Старуха с волосами похожими на ярмарочный паричок из серой паутины, кивнула, потрясла берестяным талисманом и объяснила:

— Амулетик, чтобы глазливый не увидел, ядовитый не притронулся, черный не проник, а искуситель не завлек.

Ника кивнув, вспомнила:

— Ах-да, обереги…

— Покупай, деточка, фетиш посильнее, недоброго поймали, грешных призраков немеряно. Побереги душонку-то свою, купи фетиш дорогой, но могучий.

Ника улыбнулась отражению старой торговки, развернулась и подошла к лавке с оберегами.

— А недобрый это кто? — спросила она.

— Ой, тебе лучше не знать, — отмахнулась бабулька и протянула лучший по ее мнению оберег-фонарик из латуни.

— Сколько стоит? — поинтересовалась Верис, пропихивая руку в карман в поисках мелочи.

— Сто пясят, деточка. Хороший амулет, сильный, любых призраков отгонит.

— Сто пятьдесят? — возмутилась девушка. — За простой фонарик? Да мне на пару минут в темницы надо.

Старушка развела руками и философски изрекла:

— Времена такие, деточка.

— У меня нет столько с собой, — сказала Ника, а поскольку заходить в неласковую спиритическую обитель без оберега не решилась, достала удостоверение из сумки и, показав его торговке, спросила:

— Для агентов управления скидки есть?

Бабулька наморщив лоб, посмотрела в документы и, скорчив рожу пойманной хапуньи, ответила:

— Нет. Для вас скидок нет. Но коли своя напрокат бери. Выйдешь, вернешь.

— Батюшки, бесплатно? — удивилась агент Верис.

— А вот батюшки бесплатно не ходют. Эскорт пресвитера за сутки заказывают. Визиточку дать?

Ника взяла фонарик.

— Нет, нет, обойдусь этим, — сказала она.

Бабулька покачала головой.

— Если кто пристанет не забудь сказать «черное обернись белым» и в рожу этому приведению посвети. Поняла?

— Поняла. Спасибо, — поблагодарила Ника, подошла к двери, не спеша отворила ее.

За зеркалом находилась застекленная перегородка и стол дежурного. Толстый мужик жадно откусил плюшку, и громко отпив кофе из чашки, равнодушно спросил:

— Кто такая? Куда идем?

Ника закрыла за собой дверь, подошла к столу, предъявила удостоверение и ответила:

— К троллю. Варп…

— Оберег есть? — перебил дежурный.

Верис показала фонарик.

— Распишись и цель визита укажи, — сказал мужик, плюнув сахарной пудрой и остатком плюшки показал на толстый журнал, — а то ходите и забываете, а мне отчитываться потом.

Ника почувствовала, как озноб предвкушения пробирает тело.

«И зачем я сюда приперлась?» — подумала она.

Девушка склонилась над журналом, взяла ручку, внесла свои фамилию, имя, а в графу цели визита через мгновение раздумий записала «хреновы муки совести».

— Теперь проходи, — сказал толстяк и, махнув последним куском плюшки прокричал:

— Гиибеерт! Принимай! Живой посетитель! А ты девица иди, иди. Одна нога здесь, другая там.

Агент Верис, взволнованно пригладила волосы, прошла под тремя хрустальными арками, и остановилась в небольшом каменном зале, мраморный пол которого был расписан руническими заговорами. Перед девушкой появился бестелесный страж.

— Доброго времени суток, госпожа Верис. Мое имя Гиберт Эсс Ки, — галантно произнес призрак, чье бледное лицо не выражало никаких эмоций.

Ника кивнула. Руны под ее ногой раскрылись подобно бутону и голубоватой волной света поползли вверх по ботинку. Девушка растерянно стряхнула упрямые символы с обуви.

— Не беспокойтесь, мракогонические руны нужны для вашей безопасности. Их не стоит бояться.

— Руны меня как раз и не пугают.

— Тогда следуйте за мной. Я провожу вас, — сказал страж, качаясь в воздухе, словно на волне.

— Я пришла к…

— Мне это известно, госпожа.

— Известно? А по какой причине я к нему иду, случаем не знаете?

— Хреновы муки совести, госпожа. Я знаю только то, что посетители указывают в регистрационном журнале. И… немного больше… Прошу, — призрак указал туманной рукой в восточный коридор и полетел вперед.

Ника помедлив, осмотрелась: со стен на девушку с любопытством глядело множество мертвых лиц. У неупокоенных следивших за преступниками в доме покаяния существовало негласное правило — душам людей дозволялось смотреть на посетителей сверху, а низшим призракам только в почетном поклоне. А вот к инстинктивным нападениям первые были склонны намного чаще. Подавляющей причиной тому была зависть к свободным душам и возможностям живых исправлять ошибки. Агент Верис на всякий случай включила фонарик и поспешила за стражем.

— А вы не знаете, когда состоится рассеивание Варпо Цератопа? — поинтересовалась девушка.

Призрак посмотрел вверх, словно что-то вспоминая, затем ответил:

— Через два дня. В полдень.

— А адвоката ему предоставили?

Страж остановился, свернул голову в сторону Ники.

— Адвоката? Для тролля? — удивленно переспросил он.

— А разве это не стандартная правовая услуга? — удивившись не меньше, ответила агент Верис.

Лицо призрака снова стало равнодушным.

— Для маджикайев — да, — сказал страж. — Требования низших сверхъестественных существ никогда не учитываются. Право голоса здесь имеет только маджикай.

— Что за ерунда? — возмутилась Ника и негодующе случайным движением руки, направила свет фонаря на стража.

Призрак успел увернуться и, появившись за спиной агента Верис, поинтересовался:

— Неужели хотите попросить для тролля адвоката?

Девушка выключила фонарь и обернулась.

— А я могу?