Чтение онлайн

— Но вы мне еще две недели назад обещали, что будете в моем распоряжении, когда Джек вернется в Париж! Я на вас рассчитывала, что же мне теперь делать? Уже слишком поздно кого-то искать.

— Если угодно, приходите ко мне в салон. Я назначу вам время, — предложил Фердинанд.

Франческа вдруг заподозрила, что он нарочно злит ее.

— Вы же знаете, я никогда не хожу укладывать волосы. У меня слишком много дел. Не сидеть же мне в очереди с обычными клиентами! — высокомерно воскликнула Франческа.

Фердинанд растерялся.

— Извините, но у меня и в мыслях не было оскорбить вас.

— Это хуже оскорбления! Вы нарушили мои планы! — распалилась Франческа.

Фердинанд отпрянул. Лицо его исказил гнев.

— Мадам, если я не устраиваю вас, мне лучше уйти.

— Нет, сейчас вы никуда не уйдете, — резко возразила Франческа. — Сегодня вечером соберутся фотографы. Я должна быть безупречно причесана.

Парикмахер положил расческу.

— Помоем голову? — Он подтолкнул ее к ванной. Усадив Франческу перед раковиной, мастер намочил ей волосы.

Но она не могла позволить ему одержать победу.

— Фердинанд, все-таки вы должны прийти в четверг! Неопределенность меня не устраивает!

— Но мы же не назначили дату…

— Если дали слово, будьте любезны держать его! Я не позволю обращаться с собой как со случайной клиенткой. Не забывайте, кто я!

— О, это я помню. Но у меня есть и свои дела, а их я, уж простите великодушно, ставлю на первое место.

— Это у вас-то свои дела? Да как вы смеете! Какое неслыханное самомнение!

— Мадам, я бы попросил… Но она прервала его:

— Плевать мне на ваши дела, я плачу парикмахеру, а не бизнесмену. Если не умеете держать слова, вам нечего делать в бизнесе. Как вы думаете, долго ли продержится ваш салон, если узнают, как вы вели себя со мной?

Фердинанд не выдержал:

— Мадам, вы забываетесь. Приходя сюда, я делаю любезность, ибо когда-то вы мне нравились.

— Не смейте разговаривать со мной в подобном тоне! — закричала Франческа. По лицу ее текла вода, от шампуня щипало глаза, и она понимала, что мастер кипит от негодования.

— Меня все знают, и я всем нужен. А вы, мадам, никто. Пустое место, диковинный уродец, забава на один сезон. Да, папарацци слетаются к вам как мухи на мед, но только потому, что вы любовница знаменитого актера. Не будь Джека Уэстмана, кто бы заметил вас? Вы-то сами что сделали и чего достигли? Ничего! Простите, оставляю вас на попечение любовника. Возможно, он терпит вашу грубость.

Фердинанд сполоснул руки и исчез. Франческа, вся в пене, с закрытыми глазами, выскочила в спальню:

— Фердинанд! Где вы?

Молчание! Она бросилась в ванную, сунула голову под душ, вытерлась и спустилась в кухню.

— Что случилось, мадам? — спросила экономка.

— Вы не видели Фердинанда?

— Он только что ушел.

— Не мог же он меня вот так бросить! — в отчаянии воскликнула Франческа.

— Мама, мама! Ты босиком! — закричал Кристофер.

Она всегда запрещала Кристоферу ходить босиком, боясь, что он простудится.

Франческа, чуть не плача, подхватила Кристофера на руки и расцеловала в обе щеки.

— Да, дорогой, я нарушила все-все правила! — Она отпустила мальчика.

«Господи, что же я натворила! Как гадко поступила с Фердинандом! — Франческа содрогнулась, внезапно осознав, что это станет известно парижской публике. — Глупая, тщеславная женщина, не желающая смириться с правдой, которую давным-давно знают все».

Франческа вышла из кухни и направилась к себе. Фердинанд, конечно, все преувеличивал, но в его словах есть доля истины.

Дойдя до своей спальни, Франческа бросилась на постель. Неужели ее веру в себя способны подорвать несколько слов какого-то парикмахера? А почему бы и нет? Ведь она всю сознательную жизнь была лишь тем, за кого принимали ее другие. Пока росла и взрослела, считала себя простушкой. Позже, в Венеции, Джек и светское общество убедили ее, что она красавица, и Франческа стала ею. После пожара Эдуард внушал ей, что она не отвратительна. В Париже без его поддержки Франческа почувствовала себя калекой, но Джеку удалось ее спасти. Видя свое отражение в его глазах, Франческа решила, что вновь обрела себя. Увы, ее достоинство и счастье всецело зависят от мнения окружающих.

Теперь Франческа осознала, что погоня за удовольствиями — не решение проблемы, а лишь уловка. Да, грим Джека преобразил ее, но Франческа всегда помнила о своем уродливом шраме, и это разъедало ей душу, отравляло ее. Вспыльчивость, высокомерие, властность стали маской, под которой скрывалась жалость к себе. Однако она презирала себя за эту жалость!

Вернувшись домой, Джек застал Франческу в спальне и испугался, что она заболела. Но лицо ее было искажено обидой. Джек присел на край кровати.

— Привет, Пятнашка. — Услышав это ласкательное и привычное прозвище, Франческа внутренне содрогнулась, но промолчала. Лицо ее было мертвенно-бледным, мокрые пряди золотисто-рыжих волос рассыпались по плечам и груди.

— Не забыла, что через час мы должны успеть на прием?

— Я никуда не пойду. — Сегодня ее раздражал даже Джек.

— Я выберу для тебя платье.

— Не стоит трудиться.

— Почему ты не хочешь пойти на вечер?

Франческа вдруг взорвалась:

— Неужели ты не можешь никуда пойти один! Зачем повсюду таскаешь меня за собой? Я устала оттого, что все пялятся на меня, глазеют на мой уродливый шрам! Ты представляешь себе, как я выгляжу рядом с тобой?

Джек взъерошил волосы. Он всегда терялся при вспышках Франчески, поэтому вел себя по-ребячески.

Франческа же восприняла это как позу и рассердилась еще больше. Фердинанд хотя бы сказал ей правду в глаза, а Джек пытается ею манипулировать! Она вскочила с кровати и закричала: