Зерно богоподобной силы
Шрифт:
Злобный взгляд Фонтейна не смягчился ни на йоту.
— Да ведь он распространяет свое гнусное треклятое подрывное откровение, так что его слышат все мужчины, женщины и дети, которые могут добраться до радио- или телеприемника!
— Таков был уговор, — рассудительно заметил Эд. — Дуайт Хопкинс немало потрудился, чтобы все согласились. Но это был единственный способ преодолеть кризис.
Дженсен Фонтейн хлопнул по столу костлявой рукой.
— Нет, вы так ничего и не поняли! — крикнул он и театральным жестом указал на громоздящуюся в углу кипу мешков с почтой. — Это все письма! Письма со всех концов Земли. Просто ужасно, что этот ультрарадикал продолжает изрыгать свои подпольные…
— Едва ли их можно назвать подпольными, — пробормотал Эд.
— …подрывные лозунги на английском языке, но ведь их еще и переводят во всех странах мира!
— Это часть соглашения, — спокойно заметил Эд, оценивающим взглядом окидывая мешки. — Почта слушателей его программы продолжает расти, а? Какая популярность, черт возьми!
Вид у Фонтейна был такой, словно он вот-вот лопнет от злости.
— До вас невозможно достучаться. Эд Уандер! Неужели вы не понимаете, чего добились этот идиот Дуайт Хопкинс и коммунисты, окопавшиеся в Большом Вашингтоне, заключив договор с Таббером?
Эд поднял брови.
— Мне казалось, что понимаю — они дали моему тестю шанс выйти со своим откровением в эфир.
— Вот именно! Только учли ли они возможные последствия?
Эд вопросительно посмотрел на него. Владелец станции снова театральным жестом указал на мешки.
— Девять писем из десяти в пользу Табберовой передачи. Вы понимаете? Они начинают ему верить!
— Ну и ну! — проговорил Эд.
— А вы видели результаты опроса общественного мнения? Люди начинают становиться последователями этого… этого… безумца. Если так пойдет и дальше, уже к следующим выборам он со своим дурацким Элизиумом может собрать большинство голосов.
— Ну и ну! — только и повторил Эд.